Невесты дракона-императора - Северина Мар

Входов в туннели было несколько. Ближайший к лагерю находился, как раз за веревочным мостом. Теперь, путь туда был закрыт. Им следовало ехать вперед до горной гряды и там, разыскав скалу, похожую на три поставленных друг на дружку черепа, пройти в оскаленную пасть того, одного из них.

Они ехали сквозь рощу дикого граната, когда фернали вдруг начали вести себя беспокойно. Фифи, Фран и Тия нервно крутили головами, угрожающе щелкая клювами.

— Что-то не так! — встревоженно прошептала Агата. — Они, что-то чувствуют. Быстрее — в кусты!

Она дернула Фифи за поводья, уводя ее в густые заросли олеандров. Остальные последовали за ней. Они приказали птицам затаиться и те послушно присели на лапы, опустив головы и прижав к бокам крылья. Девушки тоже постарались спрятаться, нагнувшись вперед и прижавшись к спинам ферналей.

Вскоре послышался тихий скрежет когтей по земле и клокотание. Из-за гранатовых деревьев показались трое всадниц. Среди них была Камилла — близняшка, решившая присоединится к группе Фелиции, и Ренита — каменная колдунья, которая взорвала кусок скалы, едва не убив их с Фифи. При виде нее у Агаты сжались все кишки в животе от обуявших ее ярости и страха. Третью девушку звали Тасия и, обычно, она была такой скромной и тихой, что едва ли за все это время Агата слышала от нее больше трех слов подряд.

Все трое остановились. Их птицы нервничали, щелкали клювами и рыли лапами землю. Они явно чувствовали своих соплеменниц, притаившихся в кустах, но их наездницы были недостаточно осведомлены о повадках ферналей, чтобы это понять.

— Мне показалось, что я слышала тут чьи-то голоса, — неуверенно проговорила Тасия.

— Ну, как видишь, тут никого нет, — чуть раздраженно ответила Ренита, и Агата, испугавшаяся было, что они их заметили, облегченно выдохнула.

— Может вернемся обратно? — тоненьким голоском взмолилась Камилла. — Мы же уже все оглядели, вряд ли мы тут кого-то найдем.

— Фелиция сказала нам провести разведку и найти оставшихся фавориток его величества, вряд ли она обрадуется, если мы вернемся с пустыми руками, и, поверь мне, куколка, ты не захочешь ее злить, — мрачно проговорила Ренита. — В любом случае, их теперь на две меньше: Агата свалилась со скалы, Лидию завалило камнями. Так что остались деревенщина Магда, бедная овечка Пинна, и Елена. С последней придется повозиться, но мы справимся. И тогда все будет так, как и должно быть — по честному.

— А разве до этого было не так? — тихонько спросила Камилла.

— Нельзя быть такой наивной, — упрекнула ее Ренита. — Разумеется нет. Елена и Лидия попали на Отбор из-за связей и денег своих семей. Все знают, что Елена сводная сестра генерала Аверина, а Лидия — дочь предыдущего гласа дракона-императора. Разумеется, для них все было предрешено. Агата раздвинула ноги перед верховным служителем, и тот протолкнул ее в Отборе.

— А Магда и Пинна? — спросила Камилла. — Как они стали фаворитками?

— Не знаю, как, но тоже едва ли честно, — повела плечом Ренита. — Как по твоему его величество мог заинтересоваться крестьянской беднотой с грязными ногтями, которая даже не умеет читать, и бесприданницей, которую, хоть она и дочь барона, в Альторе никто не знает? Ясно, что тут тоже дело не чисто. Тем более, что Пинна с самого начала вела себя подло. Половина из нас едва не покинуло Отбор на первом же испытании, когда она разрезала наши платья.

— Так разве платья резала не Мира?

— Чушь! — махнула рукой Ренита. — Судьи это выдумали, чтобы выгородить свою любимицу. Ладно, хватит болтать. Пора двигаться дальше. Когда найдем Пинну — она ответит за порванные платья!

Они дернули за поводья, и вскоре скрылись за стволами гранатовых деревьев.

Агата все так же прижималась к шее Фифи, не в силах выпрямиться.

Потянувшись к ней, Лили мягко сжала ее плечо:

— Агата, пора уходить, пока они не вернулись.

— Ты слышала, что они сказали, — протолкнув стоявший в горле ком, прошептала Агата. — Лидию завалило камнями… Она мертва… Ее больше нет…

— Ты этого точно не знаешь. Может быть, ей еще удалось спастись. В любом случае, тут уже ничего не сделаешь.

— Это я привела ее туда и решила заночевать перед мостом. Если бы мы поехали тогда дальше…

— Тогда случилось бы, что-нибудь еще. Не кори себя, ты не виновата ни в чем.

Агата вдруг дернулась, ухватив Лили за рукав и проговорила, как безумная, глядя ей в глаза:

— Они ведь правы! Правы в том, что на Отборе не все честно! Скорее всего и Лидия и Елена и даже ее подруги прошли в Отбор из-за своего происхождения и из-за связей семьи. А я… я не спала с Фролом Зерионом, но он все равно, почему-то ко мне благоволит.

— Агата, ты прошла Испытание Оловянного кольца, только потому что кто-то подкинул тебе кобру, пытаясь убить. Едва ли это был жест помощи от верховного служителя, если, конечно, он не совсем безумен, — холодно сказала Лили.

— И все равно, здесь много чего несправедливо, — горячо проговорила Агата. — Теперь я понимаю, почему они так обозлились на нас…

— Жизнь вообще несправедлива, — сказала молчавшая до того Магда. — Но, лично я, не имею не богатства, ни связей, не вожу дружбу с верховным служителем, и стала фавориткой только потому, что понравилась дракону-императору, и, что только за это надо теперь меня убивать?

Агата опустила взгляд, не зная, что ответить.

— Ладно, пойдемте отсюда, — скомандовала Лили. — Нам и правда следует поторопиться, пока они не вернулись.

Они потянули за поводья, выводя ферналей из зарослей олеандров. Не успели они сделать и двадцати шагов, как издалека донесся девичий визг. Затем замолк. Затем раздался вновь.

Они замерли. Визг раздавался с той стороны, где скрылись приспешницы Фелиции.

— Знакомый голос, — пробормотала Лили, когда визг раздался вновь.

— Такой нежный и высокий, — согласилась Магда. — Это же…

— Это Пинна! — завершила ее мысль Агата.

Все трое переглянулись.

Искушение смалодушничать было так велико…

Просто сделать вид будто они ничего не слышали, натянуть поводья, и пустить ферналей галопом в другую сторону. Они ведь уже даже не были подругами.

Снова раздался визг. Такой высокий и отчаянный, будто человека, из чьей груди он вырывался, освежевали живьем.

Больше ни одна из них не могла этого терпеть. Они понеслись вперед так быстро, как только могли.

Вскоре они выехали к лугу, раскинувшемуся посреди гранатовой рощи и, притаившись в густых зарослях, увидели, как трое наездниц кружат вокруг третьей.

Сидя верхом на крупной бирюзовой фернали, Пинна размахивала тонкими костяными стилетами, зажатыми в проворных пальцах. Действовала она