Наследник для миллионера - Рина Старкова

— Хм… — задумчиво трёт подборок, а после резюме отправляется в мусорное ведро. — Ты права, она нам не подходит.

Следующая претендентка заплывает в кабинет, словно дирижабль. Грузная, на вид ей около пятидесяти лет.

— Вы нам не подходите. Извините, — не даю ей даже рта раскрыть.

— Подожди, я ещё не изучил резюме, — тормозит меня Стёпа, но я лишь цокаю языком.

— До свидания! — грубо прощаюсь с женщиной, и она молча уходит.

— Что не так? У неё не было ни короткой юбки, ни ногтей! — шикает Стёпа.

— Ты серьёзно? — недоумевающе смотрю в его глаза. — Она уже в возрасте, и очень полная! Когда Максик начнёт бегать, она не сможет его догнать!

— Зато она по образованию акушер-гинеколог.

— Думаешь, Максимке нужен гинеколог?

Волков вздыхает:

— Тебе не угодишь.

_6_.

— Степан-

Вероника сегодня рвёт и мечет, отсеивая претенденток на вакантную должность одну за другой.

Длинные ногти — до свидания.

Нет образования — до свидания.

Возраст за пятьдесят — прощайте.

Сначала пытался заступиться за потенциальных нянь. Потом понял, что это бесполезно. Ника непреклонна. Её строгий взгляд полон льда и цинизма. Кажется, эта особенность передалась ей вместе с фамилией. Как только Канарейкина стала Волковой, её характер переменился. Более жёсткая, менее наивная. За год она повзрослела, и из хрупкой девчушки, которая тряслась передо мной лишь от одного взгляда, превратилась в стальную женщину, готовую дать отпор любому, кто осмелится как-то задеть или обидеть.

— Осталось ещё пять, — со вздохом перекладываю в руках распечатанные резюме.

— Уверена, что среди них не будет достойных. Мы уже посмотрели на тридцать две девушки, — устало. — Пойду проверю как там Максик, а потом мы продолжим.

Вероника покидает кабинет, и время, кажется, останавливается.

Я встаю с кресла, прохожу от стола к полке с книгами, внимательно окидываю взглядом свою коллекцию. Это фиаско. Веронике не угодишь.

— Здравствуйте, можно? — хрупкая шатенка стучится в дверь и заглядывает с опаской.

— Проходите, садитесь, — отзываюсь чуть слышно.

Девушка просачивается в кабинет, словно лёгкий ветерок. Симпатичная. Стройная. Отмечаю сдержанную одежду на ней и отсутствие длинных ногтей.

— Как вас зовут? — перестаю рассматривать претендентку и возвращаюсь к полке с книгами.

— Олеся, — она, кажется, скромно улыбается. — Мне двадцать девять лет, за плечами медицинский институт по направлению педиатрия, а ещё я проходила многочисленные курсы и стажировки по перинатальной медицине. И я работала медсестрой в родильном доме.

Вновь перевожу взгляд на Олесю, и она смущается. Поджимает розовые губки и опускает взгляд.

— Богатый опыт, — констатирую факт. — Вы молодая, почему хотите работать у нас? Вы читали условия?

— Да. Я знаю, что жить придётся в вашем доме. Я готова на это.

— Почему? — вскидываю бровь.

— Так сложились обстоятельства.

В её глазах скользит смятение и грусть.

— Вы принесли документы, подтверждающие ваше образование?

— Да, — спешно зарывается в сумке. — Вот диплом об образовании, вот сертификаты о прохождении курсов, а здесь отзыв со стажировки в Германии.

— В Германии?

Удивлён, честно.

— Там живёт и работает моя сестра. Она помогла мне попасть в ту больницу.

— А в России у вас есть родственники? — изучаю её диплом.

Красный. Четвёрок почти нет! И отзыв со стажировки идеальный. Видно, что Олеся хороший специалист.

Тогда почему она метит быть няней, а не построить карьеру врача?

Перинатальная медицина сейчас востребована, и Олеся легко бы могла найти себе хорошо оплачиваемую работу в любом частном детском центре.

— В России у меня… — осекается, прикусывает губу и тревожно качает головой.

— Олеся, успокойтесь. Если вы не хотите говорить, я не настаиваю.

— Простите, — растерянно. — Всё в порядке, — выдыхает, и, собравшись, продолжает говорить. — В России у меня бывший муж. Мы развелись совсем недавно, для меня это очень болезненно.

— В моём доме работают люди с тяжёлыми судьбами. Мой персонал стал одной большой семьёй. Думаю, вы вольётесь в коллектив.

— Вы меня берёте? — с надеждой и радостью смотрит мне в глаза.

— На испытательный срок.

Дверь распахивается, и в кабинет врывается Вероника. Она одаривает Олесю холодным взглядом, от которого даже у меня мурашки по коже.

— Здравствуйте, госпожа! Меня зовут Олеся, я буду работать у вас няней! — шатенка встаёт и с волнением моргает, смотря на мою жену.

Вероника загадочно улыбается и ведёт бровью.

— Ты что, уже сделал выбор? — перекидывает убийственный взгляд на меня.

— Да. Олеся отличный специалист.

— Специалист в чём? — складывает руки под грудью в защитном жесте.

— Вероника, ты ревнуешь? — усмехаюсь.

— Я? Ревную? — фыркает. — Я не способна на это чувство, Стёпа.

Пока жёнушка скалит зубки, Олеся застенчиво слушает нас. Надо бы отпустить её, чтобы готовилась к переезду, вещи собирала. Чувствую, что Вероника сегодня будет вымещать на мне злость за то, что принял важное решение без неё.

— Олеся, сколько вам лет?

— Вероника, я всё уже решил, обсудим все детали вечером, — торможу допрос с пристрастием. — А вы, Олеся, можете ехать домой и собираться. Завтра начнётся ваш испытательный срок.

Ника закатывает глаза и демонстративно цокает языком. А новоиспечённая няня разрывается от благодарностей.

— Почему ты выбрал сам, без меня? — свирепый голос звучит за моей спиной, как только Олеся уходит.

— Вероник, она соответствует всем требованиям, которые мы выдвигаем.

— И какие же у тебя требования? Симпатичная мордашка и подтянутое тело?

— Ты точно не ревнуешь? — оборачиваюсь и улыбаюсь, глядя на разъярённую Волкову.

— Ответь! — гневно сужает глаза.

— Ты — единственная женщина, которой я отдал своё сердце, — делаю шаг, сокращая расстояние между нами, осторожно глажу по её щеке тыльной стороной ладони, наклоняюсь к губам, чтобы вдохнуть опьяняющий запах кожи. — Я так по тебе соскучился. По твоей ласке, любви. Помнишь, во время беременности ты постоянно меня хотела.

— Это были гормоны! — отстраняется.

— Ника, врач уже разрешил…

— Я лучше знаю, когда будет можно! — рычит и выбегает из кабинета, громко захлопнув дверь.

Оставляет меня наедине с каменным стояком.

_7_.

— Вероника-

Олеся приезжает к назначенному времени, и пока Виктор показывает ей дом, я укладываю Максимку спать.

Засыпает почти сразу. Сажусь возле его кроватки, и сердце заходится от нежности. Такой маленький, хрупкий, родной мой комочек. С непередаваемым запахом молока вперемешку с счастьем. Осторожно укрываю розовые пяточки тоненьким одеялом, невольно ловлю себя на мысли, что мой сын — самый лучший ребёнок на земле.

И как я буду делить его с какой-то няней? Конечно, Стёпа прав, иногда мне нужен отдых. Но ведь чужая женщина будет жить с нами постоянно, видеть моего сына каждый день! Я не хочу делиться с ней радостными моментами.