Наследник для миллионера - Рина Старкова

А ещё быстрее вернётся настоящая, добрая и любящая Вероника, если я найму няню.

Пока хожу по длинному коридору, держа на руках спящего сына, мечтаю только об этом… О спокойствии.

Время тянется бесконечно. Первый час на руках с ребёнком проходит нормально, на втором часу начинаю зевать, в сон клонит. Возвращаться в комнату к Веронике и пробовать уложить Максимку в кроватку не вариант. Сын закапризничает, и своим плачем призовёт тысячу демонов в лице Волковой. Ника взбесится и отчитает меня. Мне ссоры ни к чему.

Поэтому принимаю решение улечься вместе с малышом в своей спальне. На удивление сын не просыпается. Ложусь рядом, закрываю глаза.

— Стёпа! — ужаснувшийся визг заставляет меня резко подскочить.

Вероника прижимает к себе Максимку, тот моментально начинает плакать.

— Ты чего не спишь? — смотрю в разъярённое лицо жены.

Тяжело дышит, ноздри раздуваются. Свирепый взгляд прекрасных голубых глаз упорно пытается испепелить меня с лица земли.

— А ты почему спишь?! Ещё и Максимку рядом положил! А если бы раздавил его во сне? А если бы он упал с края кровати? Ты совсем не думаешь о безопасности ребёнка!

— Вероника, ничего ведь не случилось, он прекрасно спал рядом со мной.

— А если бы случилось? — с надрывом.

Закрываю глаза и устало сжимаю пальцами переносицу.

— Ничего тебе доверять нельзя! — выдаёт упрекающим тоном.

Вот опять. Истерит мама, малыш чувствует и заводится.

Вероника уходит, забрав плачущего Максимку с собой. Смотрю на часы — пять утра. Принимаю душ, бодрит.

Трогать жену сейчас опасно для жизни. Видимо, она выспалась и готова пережить ещё один день.

Хоть все встречи по работе я отменил, в офис поехать всё же пришлось.

В своём кабинете я быстро разбираюсь с документами, Оксана приносит кофе. Секретарша уже выучила как дважды два, что нужно приносить бодрящие напитки, даже если я не прошу.

Пошла вторая неделя, как Максим дома.

Пью ароматный крепкий кофе, мечтая побыстрее закончить с делами и вернуться домой. Куплю Веронике огромный букет цветов. Погода прекрасная, повезу свою семью гулять в парк. Осень в этом году просто потрясающая. Листья уже жёлтые, красочные, но всё ещё тепло. Идеально для мирных прогулок с коляской.

Аппарат на столе противно пикает, и слышится тихое: " Господин, к вам пришла Эвелина Орлова. Пустить?"

Закрываю глаза на секунду, тяжело вздыхаю.

Что ей опять нужно?

Мы же всё решили, обсудили, договорились.

С тех пор, как Эльдар Орлов домогался до Вероники, Эвелина сама не своя.

Нажимаю кнопку на переговорнике:

— Пусть заходит!

Дверь распахивается, и бывшая жёнушка вплывает в кабинет. Молча смотрит своими выразительными глазами, подбородок дрожит.

— Здравствуй, Эвелина, — начинаю первым, продолжая изучать девушку.

— Привет, — тихо, еле шевелит бледными губами.

Прикид у неё сегодня "классный". Никогда не видел эту рыжеволосую бестию в потёртых джинсах и дешёвом драповом пальто.

— Присаживайся, — указываю рукой на стул для посетителей.

— Стёп, — опускает взгляд, скрещивает пальцы на руках и смотрит на них внимательно, выдерживая паузу.

Странная она сегодня.

Жизнь хорошо её помотала.

Орлов оказался подонком и изменщиком. Так ещё и воришкой. Я всё понять не мог, откуда такой помпезный дом, тридцать три дорогие машины, квартиры заграницей, но всё стало ясно, как только он попался на махинациях.

А дальше орест.

Орлова теперь ждут восемь лет в исправительной колонии, а Эвелину жизнь, которой она всегда боялась.

— Что ты хочешь, Эвелина? — пауза явно затянулась, а мне нужно быстрее вернуться к своей семье.

— Мне нужна помощь, Стёп, — из глаз Орловой прыскают слёзы, и она закрывает лицо руками, утопая в собственном горе.

Жалкое зрелище. Слёзы бывшей жены выводят меня из состояния равновесия, начиная изрядно злить.

— Ты сама оказалась в этой заднице, Эвелина, — смотрю ей в глаза.

Орлова вытирает мокрое лицо, аккуратно, по аристократически.

— Мне нужны деньги, Стёп, — в голосе её тут же проскакивают холодные нотки.

— Деньги? — усмехаюсь.

В этом вся её суть. Сначала Эвелина сделает очень много плохого и отвратительного, потом как ни в чём не бывало придёт просить финансовой помощи. И ведь не стыдно ей! После всего!

— Стёп, мне больше не к кому обратиться, — подходит ближе, наконец-то садится напротив меня.

Холодной ладонью осторожно накрывает мою руку и выдаёт скорбящую улыбку.

— Стёп, мы же не чужие люди. Помоги мне, пожалуйста!

— Не чужие? — одёргиваю кисть. — Это после чего мы с тобой стали не чужими? Может, после того, как ты секретную информацию моей корпорации сливала своему Орлову? Или после того, как аборт сделала? М? А может, после нашего скандального развода?

— Стёп, — виновато качает головой. — Прости меня.

В кабинете повисает тишина.

Замученная Орлова снова заливается слезами, а я отвожу взгляд к окну. Раньше я ненавидел бывшую жену. Безумно хотел отомстить, растоптать, уничтожить. Стремился сделать побольнее, вывести на ревность, чтоб её накрыло. А судьба вон как всё по полочкам разложила. Теперь я счастливый семьянин и отец замечательного мальчишки, а она… с вершины жизни, с золотых гор и неба в алмазах падает на самое дно. А мне настолько безразлично, что даже посочувствовать этой стерве я не могу.

— Стёпочка, — голос вот вот сорвётся. — Ты же знаешь, что у меня никого нет, что мне никто не поможет. Ты единственный мой близкий человек.

— Ошибаешься! — получается яростнее, чем я хотел.

— Стёп…

— Эвелина, этот разговор окончен. Я тебе не помогу.

— Стёпа… — шепчет одними губами.

— Уходи, иначе я вызову охрану.

Орлова всхлипывает. Смотрит на меня исподлобья. Ненавидит.

— Я так и знала, что ты мудак. Думаешь, Вероника с тобой по любви? — усмехается. — Ей тоже только деньги твои нужны. У тебя невыносимый характер, ты злой и циничный, и как только Вероника это поймёт, то бросит тебя!

Закончив пламенную речь, Эвелина вскакивает с места и стрелой проносится к выходу. Хлопает дверью так, что окна дрожат.

Шумно выдыхаю и возвращаюсь к документам. Голова и так не варит после бессонной ночи, так ещё и бывшая кукушку выдолбила. Мне бы поспать хотя бы полчаса.

Открываю шкаф и вхожу в просторную спальню. Скинув обувь, падаю на кровать. Вырубает мгновенно.

— Ты что, спишь? — голос звучит отдалённо, как будто под водой.

Морщусь и отмахиваюсь.

— Стёпа, просыпайся! — знакомый голос… как у Вероники.

Замечательно! Нигде нет покоя.

Дома она тиранит всех, кто попадается на глаза, а меня в первую очередь. От наших глупых перепалок и её постоянных упрёков уже глаз дёргается, честное слово! Так теперь и во снах меня достать решила.

— Волков! Ты совсем обнаглел? — вскрикивает Ника и стучит мне подушкой по голове.

Моментально поднимаюсь на