Любовный кусь - Анна Рыжак

В зале было прохладно и сумрачно, горели только боковые фонарики. Дэн ненадолго отпустил меня, чтобы я села в кресло. И тут произошло это! Мой каблук зацепился за ковровую дорожку, которая покрывала лестницу. Хрясь! Стопа вывернулась в сторону, и голеностоп пронзила резкая боль. Повезло, что кресло оказалось совсем близко. Я допрыгала до него и свалилась на красный бархат сиденья.

– Ай!

– Что такое? – подскочил Дэн.

– Не знаю… Кажется, подвернула ногу. – Я поморщилась от боли и попыталась снять туфлю.

– Можно посмотрю? – Голос Айвэна был немного встревоженный.

– Ты в этом разбираешься?

– Да.

Пожала плечами и кивнула. Нога болела жутко. Но стала ныть чуть меньше, когда он дотронулся пальцами до лодыжки. Второй рукой Айвэн расстегнул ремешок над косточкой и аккуратно снял туфлю. Свет в зале еще не выключили, но все равно он дополнительно подсвечивал себе телефоном.

– Мгм…

– Что?

– Вывиха нет, таранная кость на месте. Возможно, связки потянула. После концерта съездим на рентген, чтобы исключить перелом. А пока надо приложить что-то холодное, иначе опухнет еще больше. Еще понадобится мазь и эластичный бинт. – Он будто рассуждал сам с собой. – Сейчас вернусь.

– Подожди!

– Что?

– Откуда ты знаешь, как оказывать первую помощь?

Его лицо помрачнело. Он резко выдохнул.

– Все должны уметь ее оказывать.

Потом Айвэн бросил пару слов, предупреждая, что скоро вернется, и ушел, сложив руки в карманы брюк.

Погас основной свет, зрители притихли, софиты устремились на сцену, где начался концерт. Нога жутко ныла, и первые несколько композиций я совершенно не могла расслабиться. Но совсем скоро я отвлеклась от боли, потому что рядом со мной шевельнулся воздух, меня окутал запах льдистой чистоты, лайма и кашмерана. Идеальный дуэт аромата с белой рубашкой.

– Сейчас доктор Айвэн тебя полечит, – улыбнулся он.

– Дурак! – Я не могла сдержать ответную улыбку.

Айвэн развернул на соседнем сиденье настоящий медпункт: достал какой-то тюбик, намазал мне ногу через капроновые колготки, забинтовал стопу и лодыжку чем-то тягучим. Пальцы его были нежные, но в то же время движения точные и уверенные.

– Тебе нельзя ходить через боль и греть ногу в теплой ванне.

Чтобы перекрикнуть музыку, ему пришлось нагнуться очень близко к моему лицу, он даже слегка коснулся губами мочки уха. По моим рукам поползли мурашки.

– Поняла? – Теперь он отстранился и посмотрел мне в глаза. Расстояние между нашими лицами было каких-то двадцать сантиметров, и я смутилась.

– Хорошо.

Откуда он знает, как действовать? Довольно быстро среагировал. И тогда, после ночного клуба, дал мне сорбент.

Выполнив свою миссию, Айвэн развалился на кресле и уставился на сцену. Так и просидел до антракта, не проронив ни слова. Зато Дэн был в ударе. То и дело наклонялся ко мне и отправлял бесконечные восторженные голосовые сообщения прямо в ухо.

– Во-о-оу! Что вытворяют эти парни на сцене! Тот, что за роялем, – самый огненный. Хотя и барабаны, и саксофон, и вот эта вот большая гитара тоже хороши…

– Это контрабас, Дэн, – улыбнулась я.

– Ну да, вылетело из головы название… Все-таки живая музыка – это нечто! Я никогда раньше не был на концерте артистов такого уровня. Иногда воспитатели водили нас в театр, но на джазовом концерте я впервые.

Когда объявили антракт и включили общий свет, Дэн опять болтал без умолку, слишком впечатленный увиденным.

– Просто вау! У меня даже в горле пересохло. Сбегаю за водичкой! Хотите что-нибудь?

– Не-е-ет, – протянули мы в один голос.

Когда Дэн ушел, повисло неловкое молчание. Мимо нас шныряли люди, кто-то невдалеке тихо переговаривался. Я рассматривала аккуратно перебинтованную ногу и валяющуюся рядом туфлю.

– Спасибо, что так быстро сориентировался… Но все-таки. Откуда ты знаешь, как действовать? Сначала помог мне, когда я перепила, теперь вот – нога.

Он нахмурился, но все же ответил.

– Раньше хотел стать врачом. Детским хирургом. – Он покрутил в руках телефон.

– Серьезно? Почему тогда поступил на программиста?

Он фыркнул и улыбнулся.

– Ты будешь смеяться…

– Не буду. Если ты отказался от своей мечты, значит, произошло что-то серьезное…

– Ничего серьезного. – Он закинул ногу на ногу и продолжил крутить телефон. – Когда был маленьким, ходил на прием к одному и тому же педиатру. Она была доброй, отзывчивой, очень мне нравилась. И тогда я решил – буду как она, помогать людям. Как-то раз я сильно заболел, плакал и капризничал у нее на приеме, лет семь мне было, наверное. Врач была не в настроении, дала мне пощечину и приказала заткнуться. И тогда внутри меня все перевернулось, я передумал… – Он ухмыльнулся. – Ее светлый образ разбился, как цветочная ваза о мраморный пол. Вдребезги. Дети же очень впечатлительные. Но это полдела. Из семьи ушел отец. И даже если бы я сейчас решил поступать на врача, спонсировать меня некому: у мамы всегда была очень маленькая зарплата, а он не платил алименты. Не помогал никак и сейчас не помогает. Абсолютно. Когда подвернулась возможность уехать из Заводоуковска в Тюмень, чтобы учиться в математическом классе гимназии при университете и при этом получать стипендию, – я с радостью согласился. Всегда любил точные науки, учился на отлично. Освоившись на новом месте, постепенно начал искать подработки и сейчас полностью содержу себя сам.

– Почему согласился переехать с радостью?

– Вы хотите поговорить об этом? – поддразнил он меня.

Я усмехнулась.

– Не хочешь, не рассказывай. В любом случае, жаль, что мир не получил еще одного талантливого врача – тебя. Я в этом уверена!

Он пожал плечами и замолчал. Смотрел куда-то перед собой, будто вернулся в те дни, когда решалась его судьба.

– Я вообще-то тоже поступила не туда, куда планировала изначально.

– Да? Хотела стать танцовщицей pole dance?[50]

– Очень смешно! – фыркнула я, а он улыбнулся. – Я хотела быть юристом, но после случившегося с Максом передумала, впечатлилась работой психологов, которые помогали его родителям и мне. Глядя на них, тоже захотела приносить пользу людям, облегчать их душевную боль.

– А как твоя физическая боль? – он кивнул на ногу.

– Ноет.

– Скоро поедем на рентген. – Айвэн посмотрел на наручные часы.

– И хочется же тебе возиться со мной!

– Так поступил бы любой здравомыслящий человек. Помощь другому должна быть в порядке вещей. Быть эгоистом уже немодно.

Рядом со мной появился Дэн, он все же принес нам по бутылке воды. На этот раз Айвэн не отказался и выпил сразу половину своей.

На сцене начали собираться музыканты, антракт закончился, и мы снова уставились на сцену. Ансамбль действительно был очень хорош. Видимо, эти парни давно играли вместе, потому хорошо чувствовали друг друга. Музыка лилась будто не из-под пальцев, а из их душ, она была слегка небрежна и полна любви, счастья, ярких искр озорства. Закрывая ненадолго глаза, я представляла, будто танцую на облаках. Было в их композициях что-то чистое, легкое и искреннее. Даже захотелось самой взять гитару в руки. Может, попросить как-нибудь у Сержа?

Ближе к концу концерта Дэн успел снять несколько видео для сторис.

– А ты почему не