Дочь обмана - Виктория Холт

Дверь моей комнаты тихонько приоткрылась. Вошла Герти. Вид у нее был взволнованный и выжидающий.

— Я заглянула узнать, не проснулись ли вы, мисс, — сказала она. — И не надо ли вам чего. Я подумала, лучше я не буду стучать, а то еще разбужу вас, если вы еще спите.

— Спасибо, Герти. Я уже не сплю.

Она подошла к постели, глядя на меня широко открытыми глазами, как будто перед ней был совсем другой человек, не похожий на того, кого она знала раньше.

— Уж как я благодарю Бога, что вы живы, мисс.

— Спасибо, Герти.

— И я этому тоже чуть-чуть помогла. Ах, как ужасно что с вами случилось. И подумать только, если бы я не смогла… Вы знаете, мисс, я была просто счастлива, что я… После всего, что вы для меня сделали, я тоже смогла что-то сделать для вас.

— Что ты хочешь этим сказать, Герти?

— Да это все она, Китти. Когда она прибежала сюда, ко мне. Вся такая расстроенная. Она все знала, понимаете? Она сейчас здесь и больше туда не вернется. Мистер Родерик сказал, ей надо дать комнату. Надо думать, и работа здесь для нее найдется. А ее светлость тоже возражать не станет, раз уж она спасла ей жизнь.

— Герти, я ничего не понимаю.

— Да это она, Китти, прибежала сюда. Она была в таком страхе, не знала, что делать. Вот и пришла ко мне. Я вам рассказывала, что мы подружились, когда я помогла ей с сумкой и она глядела на меня, как будто я важная персона. Поэтому теперь, когда она чего-то пугается, то приходит ко мне. Вот она и рассказала, что старая миссис Карлинг убрала табличку.

— Какую табличку?

— С предупреждением не ходить по этой тропинке.

— А там была табличка?

— Ну да. Вот ведь какое злодейство. Китти считает, поэтому-то вы и провалились. Миссис Карлинг знала, что вы почти каждый день ходите навещать мисс Вэнс. Как она подстроила, так и вышло.

— Герти, я не могу в это поверить. Неужели миссис Карлинг убрала табличку в надежде, что я попадусь в ловушку!

Герти кивнула и с глубокомысленным видом заявила:

— У нее не все дома. Последнее время с ней просто сладу нет. Это ведь она подожгла флигель. Потому что хотела, чтобы мисс Вэнс переехала работать сюда, в Мейнор.

— Подожгла флигель!

Герти опять многозначительно посмотрела на меня.

— Она хотела, чтобы мистер Родерик достался Фионе. Она все время ходит и бормочет это себе под нос. Китти сама слышала. Поэтому она и старалась, чтобы ее взяли в дом, а вы чтобы из дома убрались. Вот, думаю, в чем все дело.

— Нет, этого не может быть.

— Тогда зачем она убрала табличку? А в ночь, когда случился пожар, Китти видела, как она выходила ночью из дома и брала с собой керосин. А потом еще своими глазами видела, как она убирала табличку. Китти вышла из дома и ждала там. И видела, как вы шли по тропинке. Леди Констанс она не видела, а вас видела. Она сперва не знала, что ей делать. Потом пришла ко мне. Меня — как обухом по голове. Бросилась об этом рассказывать. Сразу же разыскали мистера Родерика, он собрал людей, с веревками и всякими приспособлениями. Вот так они вас и вытащили. Но Китти боялась возвращаться после того, что сделала. Поэтому она сейчас здесь. Я оставила ее в своей комнате. Я ей все твержу, что она правильно сделала, что рассказала про свою хозяйку. Я говорю, она может теперь не бояться, ей не придется возвращаться к миссис Карлинг. Я буду о ней заботиться.

— О, Герти.

Она бросилась ко мне и обхватила руками за шею. Какое-то время мы стояли, обнявшись.

— Уж я так рада, что вас спасли, мисс, так рада! Просто голову потеряла от радости. Вы живы и здоровы, и я тоже для этого что-то сделала… Ладно, не принести ли вам чего-нибудь поесть? Может, кофе с тостами?

— Да, Герти, пожалуй. И еще — горячей воды. Я хочу встать.

— Сейчас все будет.

Я опять легла в постель, удивляясь услышанному и размышляя, возможно ли, чтобы это было правдой.

Я поспешно умылась, оделась и немного поела. Должна признаться, я чувствовала некоторое головокружение, но это было скорее из-за множества событий, случившихся за такой короткий срок, чем из-за физического недомогания.

В голове у меня беспорядочно мелькали воспоминания жуткие мгновения моего падения, разговоры с леди Констанс, спасение, рассказ Герти и, самое главное — слова Родерика о том, что он меня любит.

Больше всего мне хотелось увидеться с Родериком.

Перед тем, как сойти вниз, я подошла к окну и сразу увидела его. Он сидел на плетеном стуле и смотрел вверх на мое окно. Он сразу же увидел меня.

— Я сейчас спускаюсь, — крикнула я и бегом бросилась из комнаты вниз по лестнице. Он быстро подошел ко мне, взял мои руки в свои.

— Ноэль, как ты себя чувствуешь сегодня? Я счастлив тебя видеть! Как только Герти сказала, что ты собираешься вставать, я сел сюда и ждал.

— Мне так хотелось поговорить с тобой!

— А мне — с тобой. Ты хорошо спала?

— Приняла успокоительное, которое оставил доктор и заснула как убитая. А когда проснулась, солнце уже светило в окно.

— А мне снились кошмары, будто мы не можем вас вытащить.

— Забудь об этом, ведь я здесь, рядом.

— И ты всегда будешь здесь, Ноэль. Давай сядем, поговорим. Я люблю тебя, Ноэль. Очень. Я давно хотел тебе это сказать. Но я боялся, что еще слишком рано. Твоя мама умерла совсем недавно, и я знал, что ты все еще переживаешь свое горе. Я боялся, что ты не сможешь думать ни о чем другом. И сказал себе, что должен подождать, пока ты немного придешь в себя. Но вчера все получилось само собой. Я не мог сдержаться.

— Я этому рада.

— Означает ли это, что ты тоже любишь меня?

Я кивнула. Он крепко обнял меня.

— Мы не будем тянуть с помолвкой, — сказал он. — Отец обрадуется. Он увидит в этом возможность удержать тебя здесь.

— Это счастье пришло так внезапно, — сказала я. — Я уже не думала, что опять буду счастлива. Жизнь казалась такой мрачной. В Лондоне было невыносимо. Там все напоминало о ней. И там я была далеко от тебя. Потом ты приехал, и мне стало легче. Я не могла решить, что же мне делать, а сейчас, может быть, я опять буду счастлива.

— Мы будем счастливы, обязательно.

— А что твоя мама? Ты узнавал, как она сегодня себя чувствует?

— Все еще спит. Она перенесла сильное потрясение. Ей необходим длительный отдых.

— У нее на тебя другие планы.

Он засмеялся.

— Ты говоришь о женитьбе? Ей придется смириться, когда она поймет, что это неизбежно. Не думай о препятствиях. Их не должно быть. А если и будут, мы их преодолеем.

— Я все время о них думаю.