Дочь обмана - Виктория Холт

— Она сама так решила, — язвительно заметила леди Констанс. — Ведь ты предлагал ей комнату, не так ли ?

— Да, предлагал.

— И она не согласилась. Полагаю, можно считать вопрос исчерпанным.

Родерик вопросительно посмотрел на мать.

— Я думаю, она не хочет переезжать из-за тебя.

— Из-за меня? Какое я имею к этому отношение?

— Ты хозяйка этого дома. И если ты постоянно даешь ей понять, что против ее присутствия здесь, она не может сюда приехать, не так ли?

Леди Констанс виновато взглянула на меня, и я почувствовала жалость к ней.

Я сказала:

— Очевидно, мисс Вэнс предпочитает работать поближе к месту раскопок.

— Это она так говорит, — ответил Родерик. — Но я уверен, мама, если бы ты пригласила ее, она бы переехала, хотя бы временно, пока не закончится ремонт.

— Ты ждешь от меня именно этого?

— Я не жду этого, но мне было бы приятно, если бы ты так поступила.

— Не вижу для этого причин. Мои желания не имеют никакого отношения к этому делу.

— Нет, имеют. Ты только подумай, ведь мисс Вэнс будет очень неудобно там работать, когда флигель начнут приводить в порядок. Если бы ты пригласила ее временно переехать сюда, я уверен, она бы согласилась.

— Но она уже отказалась.

— Потому что считала, что ты этого не хочешь. К тому же, она и сама не представляла, сколько будет хлопот. Это, конечно, мешает ее работе.

— Что ж, хорошо. Я поговорю с ней.

— Поговоришь, да? — воскликнул Родерик, не скрывая своей радости.

— Раз ты считаешь, что я должна это сделать, и винишь меня в том, что эта девушка оказалась в таком затруднительном положении, я поговорю с ней. Схожу к ней завтра днем.

Я была изумлена, Родерик тоже. Вернее, он был в восторге. Я с интересом наблюдала, как леди Констанс наслаждается его одобрением. Она, без сомнения, искренне любит своего сына. Сын и муж — это два любимых ею существа. Я вспомнила об альбоме, о том, как она собирала вырезки о маме, зная о любви к ней Чарли, и попыталась представить всю глубину ее страдания. Ее неприязнь ко мне вполне понятна, и Чарли поступил по отношению к ней жестоко, пригласив меня сюда. Тем более мне следует как можно скорее уехать. Я также поняла прохладное отношение леди Констанс к Фионе. В общем, я многое поняла, что касается леди Констанс. И мое отношение к ней стало постепенно меняться. Я уже испытывала сочувствие к ней, могла простить ее недоброжелательность, потому что знала причину этого. Она, с ее гордостью и самолюбием, была вынуждена терпеть горькое унижение; она, решившая быть сильной, управлять домом и строить честолюбивые планы на будущее для мужа и сына, была очень ранима.

На следующий день Родерик уехал рано. Все утро не переставая шел дождь, небо прояснилось только во второй половине дня, после ленча, который был подан каждому в его комнату. И я была этому рада. Мне не хотелось оставаться один на один с леди Констанс.

Мне было интересно узнать, что она скажет Фионе и каков будет ответ. Фиона умела быть решительной. Результат этой встречи интересовал меня еще и потому, что положение Фионы не слишком отличалось от моего.

Обычно я навещала Фиону во второй половине дня. Мне очень хотелось услышать, чем закончился визит леди Констанс, и я решила немного повременить и наведаться к Фионе после ее возвращения.

Я видела, как леди Констанс отправилась к Фионе после ленча. Небольшое расстояние до места раскопок она решила пройти пешком. Она выглядела необычно оживленной, как будто готовилась к бою. В руках у нее был черный зонтик. В тот момент дождя не было, но он мог вновь начаться в любой момент.

Я подумала, что беседа будет недолгой.

Мне не терпелось услышать об этом от Фионы. Уже час я просидела у окна, поджидая возвращения леди Констанс. Меня удивило, что она так задерживается. Дорога могла занять у нее не более четверти часа туда и столько же обратно. Прошел уже час. О чем они могли разговаривать все это время?

Может быть, я пропустила ее возвращение? Нет, едва ли. Уж не решила ли она зайти куда-то еще? Маловероятно, но возможно.

Прошло еще полчаса, и я решила, что пора навестить Фиону. Леди Констанс, наверное, уже ушла, а если по каким-то причинам она еще там, мне придется извиниться и уйти.

Я надела плащ, удобные туфли, взяла с собой зонтик.

День был серый, и пейзаж выглядел безрадостно. Все кругом настолько пропиталось водой, что, хотя дождь уже кончился, в воздухе висели мельчайшие капельки. Ветра почти не было, и темные тучи низко повисли над землей.

Когда я подошла ближе к месту раскопок, дождь начался снова. Раскрыв зонтик, я свернула на тропинку, ведущую к флигелю. Она выглядела совсем по-другому. Повсюду валялись комья земли. Должно быть, размыло дождями, подумала я.

Я взглянула на бани и мозаичную мостовую. Они выглядели как обычно. Потом — увы, слишком поздно — я заметила разверзшийся передо мной провал. Я попыталась сразу же остановиться, но при этом земля у меня под ногами поехала вниз. Меня швырнуло вперед, зонтик отлетел в сторону, и я стала падать… в темную бездну.

Я была настолько испугана и ошеломлена, что в течении нескольких секунд не могла сообразить, что же происходит. Как видно, это было одним из тех мест, о которых предупреждал Родерик. Земля проваливалась у щеня под ногами, сыпалась в глаза. На какое-то время я их зажмурила. Я пыталась за что-нибудь зацепиться, но сырая земля скользила у меня под руками.

Мое падение не было стремительным. Этому мешали комья земли, проседавшей под моей тяжестью. А потом я вдруг осознала, что падение прекратилось. Я открыла глаза. Нельзя сказать, что было хорошо видно, но через дыру, в которую я провалилась, пробивалось немного света.

Оказалось, что я стою на чем-то твердом. Это немного успокоило меня — по крайней мере, я больше не падаю. Я наклонилась и, протянув руку вниз, дотронулась до того, на чем стояла. Поверхность была гладкой и на ощупь напоминала камень. Комья земли все еще продолжали сыпаться сверху на меня и на каменную плиту. Я увидела, что проход на поверхность сохранился. Так что свет еще кое-как пробивался в глубь провала.

Я почувствовала огромное облегчение. По крайней мере, меня не завалило совсем. Кто-нибудь должен найти меня. Но кто? Когда-нибудь они обнаружат, что земля просела, но как долго я еще смогу здесь продержаться? Я понимала, что пытаться выбраться бесполезно — сырая земля тут же обваливалась под пальцами. В следующее мгновение я сильно испугалась — мне послышался человеческий голос.

— Помогите, помогите! — доносилось откуда-то.

— Эй! — крикнула я в ответ. — Эй, кто там?

— Я здесь, здесь!

Я узнала голос леди Констанс.

В голове мелькнула догадка — то же самое случилось и с ней. Она тоже, как и я, шла к Фионе. И, как видно, выбрала ту же тропинку.