Нечестная игра - Кэнди Стайнер

– М-хм, – выдавила я и закрыла глаза, наслаждаясь ощущением.

– Это самое интересное, – сказал он, повторяя свои слова с той первой ночи. – Ты нервничаешь, потому что взволнована, и потому, что я вызываю у тебя некие эмоции.

Я сглотнула, когда его руки скользнули немного вверх под майку, которую я надела под толстовку. Подушечки пальцев прошлись по груди.

– Ты хочешь прикоснуться ко мне, – выдохнул он, прижимаясь бедрами к моей заднице. Я ахнула от ощущения его стояка и осознания, что он уже возбужден.

– Да, – выдохнула я.

Зак переместил руки выше, скользнув пальцами под бретельку лифчика. Он нежно погладил нижнюю часть моей груди, а затем кончиками пальцев прошелся по каждому из моих сосков, одновременно посасывая зубами мочку моего уха.

– И ты хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе.

– Боже, да. – Дыхание стало тяжелым, и я невольно выгнула спину. Мне хотелось, чтобы его руки прошлись по всему моему телу. Хотелось прижаться к каждому сантиметру его тела.

Бокал едва не выскользнул из руки, поэтому я сделала шаг к столику, где Зак оставил свой бокал. Но его руки крепче сжали мои ребра, удерживая на месте.

– Нет, – скомандовал он, пробегая пальцами вверх, снова касаясь моих сосков. Я застонала, кладя голову ему на плечо. – Держи бокал с вином крепко, – приказал Зак, проводя языком по моей шее сзади. – И не пролей ни единой чертовой капли.

Он сильнее сжал мои соски, после чего отпустил их – я тут же захныкала, сотрясаясь всем телом от потери.

Зак поцеловал меня в шею, прикусывая кожу. Его руки выскользнули из-под моей толстовки и опустились к джинсам. Я едва успела сделать еще один вдох, прежде чем он расстегнул пуговицу, а затем и молнию. Схватившись за ремень, он стянул джинсы с моих бедер, сильнее прижимаясь ко мне сзади.

– С той ночи, когда впервые прикоснулся к тебе, я умирал от желания повторить это, – выдохнул он, стягивая с меня джинсы, пока я извивалась, помогая ему. – Снова попробовать тебя на вкус.

Я застонала и потерлась задницей о его твердый член, как только джинсы оказались спущены до колен. На обнаженной коже он ощущался невероятно большим, толстым, твердым и готовым действовать. Однако Зак не собирался дальше стягивать с меня джинсы, не мучил меня своими прикосновениями и не раздевался сам.

Вместо этого он позволил мне самой выбраться из джинсов, держа бокал с вином так крепко, как только мог. Затем Зак перекинул мои волосы через плечо, слегка потянув их на себя, и прошептал мне на ухо:

– Могу я попробовать тебя на вкус, Джемма?

– Да, – выдохнула я, и это слово эхом отдалось во мне. – Пожалуйста, пожалуйста.

Я почувствовала, как его губы прижались к моей коже, и Зак запечатлел еще один поцелуй у меня под ухом. После этого его руки пробежали вниз по моей спине, по бедрам, и он крепко сжал их, опускаясь позади меня.

Он встал на колени, и его лицо оказалось прямо напротив моей задницы.

Я втянула воздух, одной рукой сжимая чертов бокал с вином, пока другая неловко свисала сбоку. Я не знала, что делать с ней, куда положить, к чему прикоснуться. Мне хотелось запустить ее ему в волосы, но он стоял позади. Я хотела прикоснуться к нему, но до него было не дотянуться.

Но когда Зак провел языком по моей левой ягодице, из его горла вырвалось удовлетворенное рычание. Затем он прикусил мою кожу – и мне больше не нужно было думать о том, что делать со свободной рукой.

Я ахнула, опершись рукой об окно, когда смесь боли и всепоглощающего удовольствия захлестнула меня.

Зак усмехнулся, обеими руками крепко схватив меня за задницу.

– Ты любишь трясти ею, чтобы подразнить меня, – прохрипел он, массируя руками мои ягодицы. – Это сводит меня с ума.

Он шлепнул меня, и я взвизгнула, в очередной раз забыв о стакане. Красная жидкость едва не перелилась через край.

– Ай-ай, – цыкнул он, потирая покрасневшую кожу ладонями. – Не пролей.

Я застонала, запрокидывая голову, когда Зак просунул одну руку между моих бедер. Он потер указательным пальцем мой клитор – кружево трусиков создавало идеальное трение, пробуждающее к жизни каждый нерв.

Ни с Карло, ни с кем другим я не ощущала ничего подобного. Как и в любом другом аспекте моей жизни, я всегда сохраняла контроль в спальне. Первая опускалась на колени. Принимала позы. Инициировала каждое действие, задавала темп, и кончала тоже первая.

Но когда Зак прикасался ко мне, он высасывал из меня все самообладание, словно бог забирал мою душу. Когда его руки оказывались на мне, я принадлежала ему.

Ему принадлежало все, что он хотел.

Я и представить не могла, какое удовольствие может принести отпускание контроля.

– Черт возьми, – выдохнул Зак, гортанный стон вырвался из его горла, когда он скользнул кончиком пальца под мои трусики. – Ты такая чертовски мокрая, Джем.

У меня не было времени застонать, охнуть или согласиться с его оценкой, так как он резко скользнул пальцами в меня, погрузившись по костяшки пальцев. Я ахнула от ощущения, попытавшись ухватиться рукой за стекло, но тщетно. Поэтому я сжала в кулаке ножку бокала, позволяя мурашкам пройтись по всей моей коже.

– Наклонись, – скомандовал Зак, надавливая на мою поясницу. Другой рукой он обхватил мое бедро, показывая, как хочет, чтобы я встала.

Я наклонилась, прижавшись щекой к окну, и выпятила задницу, стараясь не сгибать ноги.

– Хорошая девочка, – похвалил он, после чего подцепил большими пальцами края моих стрингов и стянул их вниз по бедрам до самых ступней.

Я попыталась высвободиться из них, но он обхватил руками мои лодыжки.

– Нет.

Он больше ничего не произнес, но в следующую секунду я почувствовала, как кружевная ткань трусиков натянулась вокруг того места, где только что были его руки. Он завязал их в узел, зафиксировав ноги на месте, и после обхватил мою талию руками, наклонив еще сильнее.

А затем, без предупреждения, не дав мне возможности перевести дух, зарылся лицом между моих бедер.

Он прошелся языком по моему клитору, а затем нырнул языком внутрь меня, от чего я едва не задохнулась.

Окно запотело от моего дыхания, а рука, держащая бокал с вином, ослабла до такой степени, что было невыносимо больно продолжать держать его.

– Черт, – выдохнул Зак, его голос прогрохотал у меня между