Обраслечена поневоле, или Чешуйчатая подстава - 2 - Екатерина Ивановна Романова

— Он ваш брат.

— И я стыжусь такого родства. Здесь не о чем говорить, более того…

Не успел договорить, как в кабинет, взмыленный, ворвался глава магической охраны гнезда.

— Владыка. Охранная система зафиксировала попытку проникновения из Гардии. Кто-то рвется в гнездо. Блокировать?

Он поправил шлем, падающий на глаза и облокотился о дверной косяк, тяжело дыша.

— Семь боевых драконов в телепортационный зал. Пропустите гонца, я сейчас буду.

Когда глава охраны вышел, я вернулся к советнику:

— Не спускайте с Нэйтана глаз.

— Как скажете, милорд. Но я не разделяю ваше решение.

— Твое право, — задержался в дверях и, не оборачиваясь, процедил. — Собственный брат воткнул мне кинжал в спину, Бридж. В тот момент, когда поймешь, что больше не доверяешь мне как владыке, что сомневаешься в решениях, принимаемых мною… поступи как мужчина. Либо брось мне вызов, либо оставь должность.

Я не стал дожидаться ответа и отправился встречать незваных гостей.

Ариана

Многие заклинания и зелья, искажающие сознание, на менталистов действуют иначе. Как, например, любимое Рейнхартом заклинание глубокого сна. Полагаю, я не должна была слышать и чувствовать, но выхватывала отдельные фразы и реплики, а иногда даже диалоги.

— …так не договаривались! — мама говорила сбивчиво и рвано.

— …мне… звезда! Пришлось… — объяснения владыки ускользали от сознания.

Меня куда-то несли. Тело сковало холодом, я дрожала так сильно, что стучали зубы. Как оказалась на кровати — не помню, боль от уколов — помню смутно. Сознание билось как муха в липком меде. Отдаленный крик Шаамни скорее угадывался, а, может, вообще придуман мной. Может, зелье не сработало как нужно именно из-за нее.

Через какое-то время я услышала знакомый голос — Жози.

— … делаете?!

Подруга кричала громко, но половину слов я не могла понять и разобрать.

— …ди… не смеешь, пон…

— Я все… жу!

Постепенно слова оформлялись в фразы, а то, что я не смогла услышать, я угадывала или, быть может, додумала.

— Не посмеешь…

— Ты не можешь так… она… подруга!

— Не говори… не разбираешься… не расскажешь Ариане, приказ владыки!

— Плевала я на твои… равно расскажу!

— Попробуй! — жесткая усмешка и громкий стук двери.

Я чувствовала тепло ладоней Жозефины, ее слезы капали на мои руки, но пошевелиться все равно не получалось. Сознание уже ближе и ближе подбиралось к поверхности, казалось немного, и я вынырну из забытья, как из-под воды, но не получалось! Я силилась шевельнуться, сказать хоть слово, но тело не слушалось.

Как от меня оттащили Жозефину — помню. Как она кричала и билась волчицей, бросаясь на слуг — тоже помню, как я кричала от боли — вряд ли забуду, даже если захочу. И обжигающие слезы на щеках, и кровь от искусанных от крика губ… А потом в горло скользнуло что-то горячее, сладкое с привкусом календулы и горчицы.

Блаженное забытье…

Рейнхарт

За сапфировой защитной пеленой проявилась фигура высокого широкоплечего мужчины в форме императорских гончих.

— Кто вы?

За спиной выстроились боевые драконы, готовые к атаке.

— Меня зовут Персли Т'Аркан Аркхарган. Я… император Гардии.

Столько неуверенности в голосе, что даже забавно.

— Любопытно, — скрестил на груди руки. — Мне казалось, император Гардии — Ирхель Аркхарган.

— Он утратил право на трон.

— Кейлар тоже мертв?

Не то, чтобы я печалился по этому поводу, но жалко же идиота.

— Императорские гончие во главе с бывшим принцем Шаэртрасским присягнули мне на верность. Власть перешла к роду Т'Аркан Аркхарган. Совет Семи утвердил решение несколько минут назад.

Выходит, теперь Ариана — принцесса Гардии?! Ну и шутки у судьбы! Я столкнулся с замарашкой из квартала прокаженных, а она, как в детской сказке, на поверку оказалась принцессой. Великолепно!

— Не слишком ли рискованно для императора Гардии являться в гнездо сапфировых, да еще без сопровождения?

Персли окинул присутствующих напряженным взглядом, а потом устало выдохнул.

— Милорд, я своевременно получил письмо от младшей сестры — Арианы, в котором она описывает вас как…

Он замолчал, вероятно, подыскивая самое приличное слово из описанного.

— Не уверен, что стоит доверять ее оценке. Наши отношения… довольно специфические.

— Она считает, что вы — благородный мужчина.

Да неужели?

— И заслуживаете моего доверия.

Персли опустил взгляд на линию защитного контура. Фактически его физическая оболочка все еще в Гардии и на разговор он тратит невероятное количество сил. Я разломал защитный барьер, впуская императора в зал.

— Поговорим? — предложил он.

— А гром-птицы на пороге моего гнезда для убедительности?

— Их отправил не я. И маг, отдавший приказ об атаке, убит.

Замечательно! Значит, птицы должны выполнить приказ или умереть.

— И чего они ждут?

— Остальных, — тревожно произнес император.

Драконы редко испытывают страх, но в этот момент у Гардиана чешуйки встали дыбом — сработал инстинкт самосохранения. Тридцать две гром птицы — это уже внушительная армия и будет еще!

— Сколько?

— Не знаю.

— Когда?

— Не знаю. Гончие спешно собирают информацию. Пока все, что нам удалось выяснить — Ирхель, Мерийтель и ваш брат действовали не одни. В сговоре правители и других уязвимых государств. Точно определили участие Фэа. Маг отдал приказ всем гром-птицам, а не только тем, которые вскормлены на границе Гардии. Сколько их по всей Нории — мы не знаем.

Масштаб катастрофы вырисовывался эпический, а они не знают. Хуже, что мы тоже ничего об этом не знаем.

— Бридж, всех женщин и детей немедленно эвакуировать в центральное гнездо и дальние пещеры. Оповестите Повелителя, полная боевая тревога!

Дракон взволнованно кивнул и кинулся выполнять поручение.

— Милорд, — император шагнул ближе и понизил голос. — В силу сложившихся обстоятельств я настоятельно рекомендую вам покинуть гнездо. Силы неравны. Армия Гардии не успеет на помощь, и другие стаи вряд ли долетят к началу атаки. Нападение случится с минуты на минуту.

Откровенно говоря, ситуация незавидная, но, чтобы драконы бежали?

— Я польщен, ваше величество. Но есть один способ выгнать дракона из собственного дома — вынести его вперед ногами. Мы дадим бой, а затем установим всех причастных к нападению и жестко отомстим.

Персли приподнял подбородок, готовый с достоинством встретить решение относительно Гардии.

— Вы имели смелость прийти ко мне и предупредить об опасности. Я это уважаю. Но впредь, если Гардия станет плести интриги за нашей спиной, мы утопим ее в огне.

— Справедливо, — согласился мужчина. — В таком случае, я желаю вам удачи, владыка. И… Не знаю, вправе ли говорить такие вещи, но знаю,