Прошлой ночью с герцогом - Амелия Грей

Тихий стон сорвался с ее губ, и она услышала, как участилось его дыхание.

Он ждал.

Его рука так же медленно поползла вниз и сжала холмик у развилки ее бедер.

Она ахнула от удивления, но не пошевелилась, все еще слишком поглощенная своими ощущениями.

– Вы неотразимы. Я хочу лечь с вами и сделать своей. Теперь вы понимаете, почему не можете оставаться здесь, где мне так просто добраться до вас?

Тело Эсмеральды горело от желания и страсти. Рука Гриффина была теплой, твердой и странно успокаивающей, хотя ей должно быть страшно оттого, что он дотрагивался до нее столь непристойным образом. Как бы то ни было, она не желала, чтобы он отнял руку.

– Если пытаетесь запугать меня, ничего не получится.

– Это пугает меня, Эсмеральда. – Его голос был тихим, хриплым, манящим. – Ты искушаешь меня, как ни одна другая. Знаешь ли ты, что теперь, после того как я держал тебя в объятиях и целовал, мне будет еще труднее держаться на расстоянии?

Он убрал руку и отступил:

– Что же мне теперь с тобой делать?

– Оставьте здесь. Не отсылайте. Позвольте мне по-прежнему приглядывать за юными леди.

Она продолжала настаивать, несмотря на то что не имела на это права.

– Если вы действительно человек чести, то не отступитесь от данного мне слова.

– Честь? – с кривой усмешкой произнес Гриффин. – По двум причинам я, как человек чести, вообще не должен был вас касаться. Первая – вы у меня на службе, и вторая – вы благородная невинная леди, а я таких никогда не трогаю.

– Я вам верю.

– Вот в этом я сомневаюсь. Я хоть и неслабый, но всего лишь мужчина, а перед вашим очарованием устоять невозможно.

– Я понимаю ваши чувства и принимаю их.

– Ну а я не могу, – прошептал Гриффин и отвернулся.

Откуда-то у нее нашлось мужество не спасовать перед ним. Возможно, страх исчез потому, что ей просто нечего терять.

Эсмеральда неожиданно для себя схватила его за руку и вынудила повернуться к ней лицом.

– Вы, как человек справедливый, должны понять, что, если уволите меня, найти другую работу в Лондоне мне будет очень трудно. Вряд ли меня захочет держать и мистер Фортескью. Нам с Джозефиной будет просто негде жить.

– Вы слишком многого просите, Эсмеральда.

– Приходится. Вы так добивались моего согласия, добились, так не выгоняйте!

Его взгляд словно царапнул ей лицо, и она содрогнулась от желания, которого не могла объяснить.

– Хорошо. Пока можете остаться здесь и продолжить выполнять свои обязанности. Но дать такое обещание на дальнейшее время я не могу.

– Что ж, вполне справедливо, – прошептала Эсмеральда.

«Дражайшие читатели!

Прошлым вечером состоялся долгожданный дебют сестер герцога Гриффина, близнецов леди Сары и леди Веры. И да, они удивительно похожи: и внешне, и манерами, и темпераментом. Однако непонятно, знал ли герцог, сколько внимания уделялось ему самому, когда все хотели увидеть, как он выполняет обязанности опекуна юных леди. Я бы сказала, что справлялся со своей задачей он идеально, к великой досаде всех молодых леди, надеявшихся, что он покинет наблюдательный пост ради танца с кем-нибудь из них. Но, возможно, самая пикантная сплетня, облетевшая весь Лондон после первого бала сезона, касалась не герцога и не его сестер. Всех буквально заинтриговала их компаньонка, мисс Эсмеральда Свифт».

Еженедельный скандальный листок мисс Гоноры Труф