Одно идеальное лето - Пейдж Тун

В пятницу вечером я допиваю вторую пинту пива в пабе «Пикерел» с Джесси, Эмили и компанией, и тут Лукас пишет мне смс с вопросом, что я делаю. Мы не виделись с понедельника – он был очень занят в лаборатории, но я часто о нем вспоминала. Я отвечаю, что я в пабе, и уже собираюсь отправлять сообщение, но тут додумываюсь спросить, чем он занимается. Ответ приходит быстро. Он говорит, что он в баре Тринити-колледжа. Не знаю, какой реакции он ожидает на эту информацию, но потом приходит еще одно сообщение с приглашением к нему присоединиться. Запоздалая мысль? Или сомнения?

– С кем переписываешься? – любопытствует Джесси.

– С Лукасом, – смущенно признаюсь я.

– Что он говорит?

– Предлагает пойти с ним выпить.

– Пойдешь?

Да…

– Сначала допью. Кстати, ты знаешь, как называется самка павлина?

– О чем ты?

– Знаешь, как называют павлинов женского пола?

– Черт, нет. Они все называются просто павлинами, разве нет?

– Оказывается, нет.

– Тогда как?

– Пава, – с торжествующим взглядом объявляю я.

Он фыркает от смеха, я хихикаю и допиваю пиво.

Бабочки переполняют мой живот, пока я жду возле Тринити. Через минуту появляется Лукас в футболке и джинсах.

– Ты не замерз? – с улыбкой спрашиваю я.

– Я бежал, – отвечает он, слегка задыхаясь, и наклоняется, чтобы поцеловать меня в щеку. Я вдыхаю аромат его лосьона после бритья, и мой пульс учащается. Я немного шокирована, когда осознаю, насколько он мне нравится.

– Красотка Элис! – вопит Гарри на весь зал, когда мы заходим в паб. Я издалека вижу, что он уже пропустил несколько стаканов. Я смотрю на Лукаса и пытаюсь определить, сколько он выпил. Сложно сказать: он всегда так сдержан.

Гарри подскакивает и тащит мне тяжелое кресло. Лукас садится слева от меня на кожаный диван, рядом с еще одним парнем в светло-голубой рубашке, расстегнутой у ворота, нашим ровесником. Загорелый, со светлыми волосами, очень привлекательный. Меня поражает, сколько в Кембридже красивых парней и девушек. Высоких, спортивных и очень умных… Враг Джеймса Бонда мог бы плодотворно провести здесь время, если бы захотел отобрать нескольких для начала новой расы. Об этом ведь был какой-то фильм? «Лунный гонщик», точно.

– Элис, это Мэтью.

– Привет, – поднимает он бровь.

– Привет.

Лукас встает, словно что-то вспомнив.

– Что будешь пить? – спрашивает он у меня. Я смотрю на стол: перед ним, похоже, стоит чистый виски. Мэтью тоже пьет виски, а у Гарри в руках бокал с пивом.

– Водку, лимонад и лайм, пожалуйста, – отвечаю я. Он направляется к бару, и я обращаюсь к Гарри: – Ну как, в Большом зале поселилась еще одна утка?

Он выглядит смущенным, и Мэтью игриво бьет его кулаком по плечу. – Кое-кто другой выиграл соревнование, верно?

– Мне жаль, – сочувствую я. – Но есть один плюс – ты жив.

– Следующая будет моей, – целеустремленно заявляет Гарри.

– Несомненно, – поддразнивает Мэтью.

Я улыбаюсь и оглядываюсь вокруг. Необычный бар для колледжа, хотя кроме этого я бывала только в своем. Но здесь есть настольный футбол и… Да! Бильярд.

– Играешь? – спрашивает Мэтью, наклоняясь вперед, чтобы поговорить.

Я снова поворачиваюсь к нему.

– В настольный футбол – нет. В бильярд – да.

– Правда? – с интересом спрашивает Гарри.

– Да, немного. – Папа научил меня играть в пабе по соседству, когда мне было десять. Мы ходили туда почти каждое воскресенье несколько лет. Я неплохо наловчилась.

– Хочешь сыграть? – спрашивает Мэтью.

– Гм… Можно.

– Давайте! – подстегивает Гарри. – Двое на двое!

Возвращается Лукас с напитками.

– Сыграем в бильярд? – спрашивает у него Мэтью, указывая на меня. – Элис не против.

– Конечно, – отвечает Лукас.

– Скорее, он свободен, – торопит Гарри.

– Вы против нас? – спрашивает Мэтью, кивая на нас с Лукасом, и достает из кармана монету. Гарри натирает мелом кий.

– Да. – Лукас ставит напитки на ближайший подоконник и неожиданно подходит сзади и кладет мне руки на бедра. У меня внутри все сжимается.

– Орел или решка? – спрашивает Мэтью, опустив взгляд на руки Лукаса.

– Орел, – выбирает Лукас.

Мэтью бросает монету.

– Орел. – Гарри протягивает нам кий и выбирает еще один для себя.

– Хочешь разбить? – спрашивает Лукас.

– Нет, давай ты. – Я начинаю волноваться. Надеюсь, я не опозорюсь.

Лукас разбивает, и три шара отправляются прямо в лунки – два полосатых и один цельный. Я с восхищением наблюдаю, как он прицеливается, чтобы забить третий полосатый, но он случайно отправляет биток в угол. Лукас бьет, и полосатый шар отправляется в сторону лунки, но не докатывается.

– Неудача, – комментирует Мэтью, поднимая кий. Он забивает «спот», потом еще один.

– А ты хорош! – шепчу я Лукасу на ухо, пока он передает мне кий.

– У нас дома есть бильярдный стол, – шепчет он в ответ с улыбкой, не сводя взгляда со стола.

– Оставьте мне хоть что-нибудь, – ноет Гарри, когда Мэтью прицеливается, чтобы забить еще один цельный шар.

Он промахивается и смотрит на Гарри:

– Ты меня сбил.

Наступает моя очередь. Надеюсь, руки трястись не будут. Я делаю большой глоток и пристально изучаю стол. Можно пойти по легкому пути и забить полосатый шар, который подогнал к лунке Лукас, но я уже приглядела себе другой, на противоположном конце стола. Опускаюсь к столу и выставляю кий. Мяч катится прямо в лунку.

– Ух ты! – хором восклицают Гарри и Мэтью. Я готовлюсь к следующему удару: хочу загнать мяч на другой стороне стола в противоположный угол. Снова все получается.

– Нас поимели, – шутит Гарри, подталкивая локтем Мэтью, который смотрит на меня с восхищением. Лукас удивленно поднимает брови. Я забиваю еще один «страйп», но вслед за шаром залетает биток.

– О нет, – вздыхаю я.