Передружба. Второй шанс - Алекс Хилл

– Добрый вечер! – хриплый голос заглушает аплодисменты. – Я рад быть здесь снова. Рад быть среди вас. Ну что, погнали?

Из колонок звучит спокойная мелодия, которую разрывает в клочья качевый бит, пробирающий до нутра. Сильный голос врывается в зал и завоевывает всеобщее одобрение и восхищение. К сцене подтягивается народ, забыв обо всем, что было до. Девушки танцуют, позволяя музыке управлять телами, парни шевелят губами, повторяя слова.

Замечаю в толпе Богдану рядом с друзьями. Темыч обнимает свою девушку, пританцовывая, Бо с ленцой покачивается под музыку и мотает головой на высоких протяжных нотах. Рыжие густые волосы скользят по спине, бедра рисуют восьмерки… Позволяю себе нагло любоваться желанной фигурой, пожирая ее взглядом. Плевать! Этого у меня никто не отнимет! Глаза даны, чтобы видеть, и мне слишком нравится та, на которую я смотрю.

                  Расскажи, чего же ты хочешь?

                  Как труден и долог был путь?

                  Скажи, сколько сегодня ты стоишь?

                  Возможно, сможем вместе уснуть…

Ноги касаются пола, но я сам себя торможу. Никакого давления. Я же обещал. Не хочу сломать тот хрупкий мост, что сегодня внезапно возник между нами.

                          Я знаком с правдой.

                          Тебе она не по зубам.

                          Сколько было обмана,

                          он не испортил мой храм.

                          Оковы сброшены.

                          Меня уже не остановить.

                          Весь мир изношенный,

                          Но я выбираю в нем жить…

Около десяти треков подряд, и все с разным настроением и подачей. Гратис действительно хорош, но бриллиантом его выступления лично для меня становится Богдана, раскрывающаяся под его песни. Я уже очень давно не видел ее такой, а может, и никогда не видел. Кажется, она растворяется в музыке. В моменте. Все-таки не выдерживаю и встаю со стула. Хочу переброситься с ней парой фраз, перед тем как уйти, и отсутствие Егора на горизонте только подстегивает к действию.

                                   Сила в тебе.

                                   Не сворачивай…

                                   Волю в кулак.

                                   Не сдавайся…

                                   Все, что хотел, —

                                   Заворачивай!

                                   Ради мечты…

                                   Смелее…

                                   Сражайся!

Перехватываю настороженный взгляд Артема, но не останавливаюсь. Подхожу к Бо, и она задевает ладонью мою грудь, взмахнув рукой, поворачиваясь.

– Ой! Изви… А, это ты… – произносит она, убирая волосы с лица.

                        Не сдавайся!

                        Ты знаешь, куда это все приведет.

                        Защищайся!

                        Страх вместе с болью уйдет.

                        Стань сильнее!

                        Прыгают вверх этажи.

                        Это Вера…

                        Ты ее крепче держи…

– Кажется, «король загадок» тебя все-таки впечатлил.

– Музыкой да, но маскарад все еще раздражает, – бросает Бо и отворачивается.

Хватаюсь за соломинку, даже не подумав о том, насколько она крепка:

– А где Егор?

– Не знаю, – отвечает она отстраненно, глядя на сцену.

Понятно. То, что случилось у входа, ничего не меняет. Поступок Бо всего лишь благотворительность. Чувствую себя невыносимо лишним в шумной толпе. Голос певца и музыка смешиваются в грохот, разрывающий барабанные перепонки. Делаю шаг в сторону, ловить тут больше нечего.

– Эй! – Бо хватает меня за плечо. – Тебе плохо?

Ее жалость превращает меня в беспомощного червя. Отвратительно. Это совсем не то чувство, которое я хочу читать в ее глазах. Выдергиваю руку резче, чем нужно, и стараюсь загладить вину улыбкой, которая вряд ли выглядит искренне:

– Все отлично.

– Кот… – настороженно произносит она.

Громкие аплодисменты и крики наполняют зал. Концерт окончен, и теперь мне точно пора уходить. Возвращаюсь к барной стойке, чтобы дождаться Егора и предупредить об окончании смены охранника.

– Заха, не видел брата?

– Не-а.

– Твою ж…

– Не ругайся, Кот. С тобой рядом дама.

Медленно оборачиваюсь. Богдана упирает руки в бока и воинственно хмурит темные брови.

– Бо, я в норме, прекрати. Мне хватает опеки родителей.

– А по-моему, тебе не хватает ремня!

Не могу сдержать усмешку. Да что происходит? То она холодная, точно ледышка, то носится со мной как с ребенком.

– Я уже собирался уходить. Довольна?

– Не совсем. Ты все еще здесь.

– Так ты меня выгоняешь? Чем я тебе мешаю?

– Распространяешь бациллы, – отвечает без промедления.

– У меня всего лишь легкая простуда, а не чума. Никто не пострадает.

– Как знать.

– Ты волнуешься за меня или за всех остальных?

Бо резко втягивает носом воздух и опускает подбородок. Что именно ее так смутило в моем вопросе?

– А вот и брательник! – вскрикивает Заха.

Егор шагает рядом с Гратисом, провожая его на выход из клуба, и смотрит прямиком в нашу сторону. Не очень дружелюбно смотрит, стоит заметить.

– Вам налить чего-нибудь, ребятки? Дайте угадаю. Чай?!

– Себе налей, – огрызаюсь я, – за шиворот.

– Лисичка, он и в школе был такой вредный? С ним же невозможно общаться.

– Тогда он был еще хуже, – отвечает Бо, закатывая глаза.

Удивленно поднимаю брови. Среди нас была только одна вредина, и это не я. Неужели она забыла?