Архивариус, или Игрушка для большой девочки (переиздание) - Владимир Купрашевич

— Нет.

Клиника оказалась недалеко от дома и автомобиль довез ее за пять минут. Толкнув дверь шагнула за порог. Все понятно, тапки на месте. Не заходя в свою комнату, вернулась на улицу, прошла под арку, постояла в задумчивости на тротуаре, и только увидев рекламу «универсама» вспомнила, что еще не обедала. Любовь любовью…

В торговом зале она долго стояла у прилавков и лишь когда продавщица поинтересовалась, какие деликатесы ее интересуют, купила первое, что пришло в голову — пачку пельменей и отправилась домой.

Пообедав на кухне, она, даже не заглянула в свою комнату и вышла из квартиры, но тут же вернулась. Подошла к двери Корнилыча, подняла ненавистные тапки и сунула их в мусорное ведро. Затем заперла дверь и отправилась к ближайшему телефону-автомату.

Трубку взял сам Петелькин. На вопрос, не пригласит ли он к телефону Ирэну, несколько секунд молчал, потом с недоверием спросил, не Ксюша ли звонит.

— Да, — равнодушно ответила Ксения.

— Вот это неожиданность! — оживился Петелькин. — А моя коза со своими подругами дернула куда-то в Зеленогорск или Выборг, черт их знает. Наверное, на случку с кобелями. Это дня на три. А я тут один-одинешенек мечтаю о тебе…

Ксения невольно ухмыльнулась. По голосу, похоже, что Петелькин «под мухой».

— Не заливай, — попыталась притормозить ловеласа она.

— Истину глаголю, — закричал тот. — У меня на тебя давно … сама знаешь… Приезжай, я тебе продиктую адрес. Мы с тобой славненько проведем время. Я сейчас смотаю за французским коньяком, всякими ананасами. Какая у меня прекрасная музыка! И кровать с водяным матрасом…

— Я не переношу качки, — хмыкнула Ксюша.

— Да у меня вариантов….

— Ладно, — согласилась Ксения. — Адрес у меня есть. Как доехать?

Несколько секунд в трубке была тишина.

— Ты не помер ли там? — ухмыльнулась Ксюша.

— Ну что ты. Не могу поверить… Васильевский остров, рядом с мостом лейтенанта Шмидта. Здесь сейчас парусник у причала стоит. Один квартал по седьмой линии и первый переулок налево…

— Давно стоит?

— Как будто не знаешь. С того дня как тебя увидел.

— Парусник!!!

Петелькин икнул и снова замолчал.

— Какой?

— Да как какой! Ну тот, что у причала.

— Черт его знает. Вчера, наверное, пришвартовался.

Мы потом сходим, посмотрим. Красивая лодка.

— Ну, готовь коньяк, — решила Ксения и повесила трубку.

На Литейном она остановила первую попавшую легковую машину — обшарпанный «Москвич» некогда оранжевого цвета. Дед сидевший за рулем запросил плату вперед. Его только что «кинули» две веселые подруги — всучили монеты советских времен. Он привык верить людям, за что и страдает. Обманывают на каждом шагу, кому не лень! Народ пошел…

— Ну, наверное, бывает и навар? — необдуманно решила поддержать разговор Ксюша.

Болтливее деда встречать ей не приходилось. Пока ехали до моста лейтенанта Шмидта, Ксюша услышала с десяток историй, каждая из которых граничила с фантастикой. Почти во всех «водила» оказывался в прогаре. Только один раз негр расплатился с ним долларами по рублевой таксе, наверное, по безграмотности. Или сдуру. Подкупил сразу запчастей, о каких никогда и не мечтал. Только благодаря этому чуду его «старушка» до сих пор на копытах…

Шхуну она узнала издали. Паруса сложены, корабль как всегда в идеальном состоянии, начищен, надраен. На палубе никого… Ксюша отвернулась.

— Здесь? — спросил дед.

— Подожди немного у тротуара, я еще не решила… А как с тобой рассчитываются ночные девочки? Бывает что и натурой?

Дед хихикнул.

— Предлагают. Да скорее в насмешку.

Ксения задумчиво оглядела водителя.

— На пенсии?

Тот мотнул головой.

— А что, так комплексуешь? Иногда, наверное, надо и встряхнуться.

— Э-э, — помотал головой дед. — Лучше не начинать. На консервации то спокойнее. Да и потом… не хватало в моем возрасте подцепить чего. Засмеют.

— Отчего же. Я думаю, станут уважать как полноценного мужика. Разве на консервации интереснее?

Дед покосился на Ксюшу.

— Ты что, предлагаешь?

— А что, отказался бы?

Водитель покачал головой.

— Случилось чего? Не горюй. Неприятности бывают у каждого.

— Больно уж ты проницательный… Тебя как зовут?

— Григорий.

— Я предлагаю тебе Григорий подъехать к телефону-автомату. Позвоню и мы покатим дальше. С предоплатой, раз уж ты такой впечатлительный.

— Да глупости! — возмутился дед.

Ксения набрала номер Жени. Трубку взяла она. Услышав подругу, оживилась.

— Это ты? Жива? Мы уж не знали где тебя искать. Я звонила твоей мамаше. Та сказала, что ты только что уехала в Питер, — последнюю фразу произнесла с усиленной интонацией.

— Ты что, с Андреем?

— Конечно.

— Слышу, говоришь на публику. Он как, совсем к тебе или придется забирать?

— Приезжай, здесь бросим жребий.

— Хорошо. Ты, сама-то, в порядке?

— Приедешь, расскажу.

Ксения повесила трубку и вернулась к машине. Усевшись, повернулась к водителю.

— Поедем. В Купчино.

У дома Жени она жестом руки дала понять, чтобы водитель остановился. Тот притормозил машину.

— Если нет денег, ничего. Я тут сэкономил, — забормотал дед.

Ксюша положила на панель приборов купюру.

— Все у нас есть, Гриша. Спасибо.

Приоткрыв дверь, она улыбнулась водителю, потом, быстро подавшись к нему, чмокнула в колючую щеку.

— А хвост то надо держать пистолетом и в боевой готовности! — уже зайдя за машину, Ксения оглянулась.

Шофер погрозил ей пальцем.

Женю, открывшую ей дверь Ксюша узнала не сразу. Цветущая, загорелая…

— Ты что, успела еще слетать на юг?

— У них там солярий прекрасный. Чистый юг, бассейн с подогревом, они его все-таки соорудили внутри. Я настояла. Молодые, загорелые мужики…

— Так что, от их членов сияние исходило, что ли?

Женя с изумлением уставилась на подругу.

— Ну ты даешь, я же говорю солярий… Что это сегодня с тобой, и с лица вроде сбледнулась…

— Да настроения нет. Где там моя обуза?

Ксения прошла за подругой в комнату. Андрей лежал одетый на диване, прикрывшись пледом, и смотрел по телевидению какой-то матч.