Ретроградная Венера - Сара Джио

– Вы даже не представляете, как я вам благодарна за искренность, – уверяю я.

* * *

Подъезжаю к старинному особняку в испанском колониальном стиле: штукатурка на стенах потрескалась, черепичная крыша требует серьезного ремонта, однако дом все еще хранит остатки былого величия, будто старуха, которая завоевала титул королевы выпускного в далеком пятьдесят девятом.

– Ну наконец-то! – приветствует меня Деррик, когда я выхожу из машины и ступаю на хрустящий гравий.

Место, похоже, глухое. Других строений вокруг нет – по крайней мере, насколько хватает глаз. Повсюду дикие заросли, стены дома покрыл вьюнок. Судя по всему, эти джунгли последний раз видели газонокосилку еще в прошлом веке. Я пробираюсь вперед, с опаской поглядывая по сторонам, словно из-за кустов вот-вот выскочит какое-нибудь существо и вцепится мне в ногу. Черт, во Флориде водятся аллигаторы!

Зато Деррик явно не разделяет моих переживаний.

– Готова? – спрашивает он, сжимая кожаный портфель и с восторгом глядя на заброшенный особняк.

– Напомни-ка, почему мы здесь? – интересуюсь я.

– Лена, я же тебе говорил, – шепчет он. – Виктория Кэмпбелл. Она может стать главным бриллиантом проекта «Дэнбери».

Ну-ну. Как в моем обручальном кольце? Молча следую за Дерриком к дому. По обеим сторонам от входной двери сидят каменные львы. Позади одного из них пробегает зеленая ящерица и скрывается в высокой траве.

Деррик жмет на звонок. Через некоторое время со скрипом отворяется дверь, из-за которой, щурясь от яркого солнца, выглядывает хрупкая старушка. Лет восьмидесяти, не меньше, с седыми всклокоченными волосами. Она явно никого не ждала и смотрит на нас с подозрением.

– Миссис Кэмпбелл, – с обезоруживающей улыбкой начинает Деррик. – Мое почтение. Мы беседовали по телефону. Я Деррик Лестер, а это моя жена Лена.

Старушка молча кивает, переводя взгляд с Деррика на меня и обратно.

– Жарковато здесь! – замечает Деррик, вытирая бровь тыльной стороной запястья. – Вы не против, если мы зайдем?

– Вы друг Ларри? – недоверчиво спрашивает миссис Кэмпбелл.

Деррик быстро скользит глазами по семейным фотографиям, развешанным на стене прихожей.

– Да-да. Ларри – отличный парень.

Лицо миссис Кэмпбелл озаряется улыбкой, как будто Деррик произнес секретный код.

– Тогда прошу вас! – вежливо говорит она и ведет нас в гостиную, где работает телевизор.

На краю кофейного столика, заваленного смятыми салфетками и грязными чашками и тарелками, угрожающе высится кипа пожелтевших от старости газет. Я с ужасом оглядываю жилище миссис Кэмпбелл, зато Деррик не тратит время зря. Он открывает свой портфель и кладет старушке на колени рекламный проспект.

– Как мы уже говорили по телефону, мы считаем, что «Дэнбери» станет для вас, мэм, отличной возможностью, – начинает он. – Это уникальный поселок для пожилых людей, там есть все, что только можно пожелать. И мы хотели бы предложить вам как одному из наших первых и премиальных инвесторов программу наивысшего уровня.

Деррик с улыбкой добавляет:

– Миссис Кэмпбелл, вы когда-нибудь задумывались, каково это – жить в элитном пентхаусе?

– В пентхаусе? – изумленно переспрашивает она. – Как в кино?

– Именно, – уверяет Деррик, вынимая из пачки еще один документ.

– Ларри обожает кино, – говорит старушка. – Его любимая актриса – Барбара Стрейзанд. Вы ее видели в «Хелло, Долли!»[36]?

– Классика! – отвечает Деррик и поворачивается ко мне. – Правда, Лена?

Я смущенно киваю.

– Ну что же. – Деррик снова привлекает внимание миссис Кэмпбелл к документу. – Вот готовые коттеджи, из которых вы можете выбирать. Белый известняк или гранит? Ванна с джакузи? Гардеробная? Понимаю, есть над чем поразмыслить. Можете выбрать вообще все. Не волнуйтесь, спешки нет. Итак, основные детали. С радостью могу сообщить, что строительство в полном разгаре, работа идет по графику. И если мы до конца месяца внесем в план технические детали вашего пентхауса, то к первому ноября, а может и раньше, вы наверняка отпразднуете новоселье! Как раз перед праздниками и заедете!

Деррик с улыбкой оборачивается ко мне.

– Дорогая, расскажи про сад!

Я нервно кусаю губы, вспоминая рекламные материалы, которые просматривала утром.

– М-м… сад…

– А розы там есть? – спрашивает миссис Кэмпбелл. – Я их очень люблю. На каждую годовщину свадьбы Ларри дарит мне двадцать пять роз. Такой романтик! – улыбается она.

– Это… очень мило, – киваю я, бросая на Деррика встревоженный взгляд.

– Да, мэм, – вступает он. – В «Дэнбери» будет собственный розарий. Мы даже хотим повестить табличку при входе. – Деррик театрально разводит в стороны руки. – «Остановитесь и вдохните аромат роз».

– Звучит восхитительно! – восклицает миссис Кэмпбелл.

– Да-да. – Деррик кладет на столик перед миссис Кэмпбелл очередной документ и ручку. – А теперь самое простое: вам нужно только подписать, а об остальном позаботимся мы.

– А я-то думала, что умру в этом старом доме, – произносит старушка, близоруко рассматривая документ.

– Мы рады вам помочь, – говорит Деррик. – И не забывайте, как наш премиальный инвестор вы получите солидный доход.

– Похоже, я наконец нашла свою гавань, – довольно улыбается старушка. – Мне не терпится рассказать Ларри. – Она оглядывается. – Вы его не видели? К этому времени он обычно уже дома.

Миссис Кэмпбелл приставляет ладони рупором ко рту и кричит:

– Ларри! Ларри, иди поздоровайся с этими приятными молодыми людьми!

– Все в порядке, – говорит Деррик, мягко касаясь ее руки. – Мы увидимся с Ларри в следующий раз. Я заеду через пару дней, чтобы записать все ваши пожелания насчет коттеджа.

Он убирает в портфель подписанный старушкой договор и, красноречиво глядя на меня, произносит:

– Миссис Кэмпбелл, нам пора. Работа не ждет. Я с вами свяжусь, хорошо?

– Конечно, дорогой, – отвечает она.

На улице Деррик дает волю радости: он, словно нападающий, который только что забил гол.

– Ты можешь себе представить?! Лена, я серьезно! Знаешь, сколько стоит этот особняк?

Я в оцепенении мотаю головой. Зато у Деррика вид триумфатора.

– Минимум пять миллионов! – заявляет он, расстегивая верхнюю пуговицу рубашки.

Я оборачиваюсь на обветшалое строение и чувствую, как к горлу подкатывает тошнота. Нестерпимо хочется вымыть руки – или пусть уж меня вывернет. А может, и то и другое.

– Шесть гектаров! – Деррик с безумным взглядом вертит головой по сторонам, что-то прикидывая, высчитывая. – Это же минимум тридцать участков. Тридцать коттеджей. Целый поселок! Девелоперы умрут от зависти!

Я задумчиво смотрю вперед. Все это неправильно.

– Не знаю, Деррик. В здравом ли уме миссис Кэмпбелл, чтобы принимать столь серьезные решения? И как же Ларри?

– Малыш, Ларри умер в 1999-м! Детей у них нет, – ухмыляется он. – Я же говорил, это просто бинго!

– То есть ты ее обманул?

– Нет-нет, – спешно уверяет Деррик. – Конечно нет. Послушай,