Роман на Рождество - Элоиза Джеймс

Заседание Королевского общества проходило в Сомерсет-Хаус. Даже оказавшись у его беломраморных стен с целым лабиринтом сводчатых переходов, Джемма продолжала протестовать против решения посетить заседание.

– Поверь, там будет очень интересно, – увещевала ее Поппи. – Я уже несколько лет по газетам и книгам слежу за путешествиями мистера Мурхеда. Он побывал на самом краю света!

В ответ Джемма только издала бессильный стон. Через мгновение она застонала гораздо громче – у входа в помещение Королевского общества посетителей приветствовала мисс Татлок собственной персоной! Героиня светских сплетен непринужденно улыбнулась приехавшим дамам.

– Очень рада вас видеть, миледи, – проговорила Шарлотта. – Уверена, беседа мистера Белсайза произведет на вас неизгладимое впечатление, это своего рода феномен.

– Феномен? – переспросила шепотом Джемма, когда они с Поппи входили в большую залу, уже полную народу. – Что за лексика! Да мисс Татлок просто ослица.

– Джемма! – одернула ее Поппи.

– Она омерзительна, ты не находишь?

– Вовсе нет. Мисс Татлок – самая умная молодая особа из всех, кого я знаю.

– А по мне, она омерзительна, – сказала Джемма, с отвращением передернув плечами. Усевшись на место, она открыла программку, полученную от предмета своей неприязни, и прочла вслух: – «Заседание открывает дискуссия о самцах обезьян вида Leontocebus, или "когтистая обезьяна"». Отлично! Меня всегда волновали низкорослые волосатые особы противоположного пола.

– Перестань, пожалуйста! – толкнула ее локтем Поппи.

– «За сим последуют оживленные дебаты с участием мистера Браунинга и мистера Прингла на тему, имелись ли пупки у наших прародителей Адама и Евы», – не унималась Джемса. – Неужели это всерьез, Поппи?

– Гм… Вообще-то тема интересная… Но подожди, вот мистер Мурхед начнет рассказывать о своих недавних поездках в Африку – заслушаешься!

Скептически хмыкнув, Джемма обвела взглядом зал.

– Господи, сколько народу! – удивилась она. – И лорд Стрейндж здесь. Как ты думаешь, дорогая, может быть, мне стоит подойти к нему, попросить продать остальные шахматные фигуры?

– Где он?

– У окна, беседует с изящной молодой женщиной, видишь?

Поппи посмотрела в указанном направлении – действительно, у красиво отделанного камнем стрельчатого окна стоял, привалившись к стене, человек с лицом хищной птицы, худой и нервный. Взглянув на его собеседницу, юная герцогиня не без зависти отметила и ее прекрасные золотистые волосы, и алые, словно зовущие к поцелую губы.

– Да-а… – пробормотала Поппи.

– Помнишь, я тебя предупредила, – весело заметила Джемма. – Как ты думаешь, продаст он мне остальные шахматные фигуры?

В этот момент Стрейндж повернулся и обвел взглядом зал – его глаза скользнули по герцогиням, не задержавшись ни на миг, как по пустому месту.

– Нет, этот не продаст, – ответила Поппи.

– Неужели?

– Только если ты пообещаешь ему интимное свидание.

– Ты удивляешь меня, дорогая! Я считала тебя такой неопытной и наивной.

– Но я не слепая и знаю, что некоторые мужчины всеми правдами и неправдами стремятся обзавестись любовницами из общества.

– Как бы то ни было, лорд Стрейндж обожал свою жену. Она умерла, дав жизнь их единственному ребенку.

– У него была жена?

Джемма кивнула. В следующее мгновение, увидев знакомое лицо, она оставила подругу, и Поппи принялась размышлять о лорде Стрейндже. У нее просто не укладывалось в голове, что этот светский человек, имевший дурную репутацию из-за многочисленных внебрачных связей, оказывается, преданно любил свою жену. Вот как бывает. Значит, и Флетч… Нет, ничего это не значит! Не желая больше думать о муже, она подняла глаза – перед ней стоял, приветствуя ее вежливым поклоном, сам предмет ее терзаний.

– Что ты здесь делаешь, скажи на милость? – изумленно воззрилась на мужа опешившая Поппи.

– Тот же вопрос я хотел задать тебе, – ответил Флетчер. – Я и не догадывался, что тебя интересуют научные вопросы.

Спохватившись, что она не ответила на приветствие мужа, Поппи встала и сделала книксен, мысленно умоляя Джемму поскорее вернуться. Но герцогиня Бомон проплыла мимо, окруженная целым сонмом весело болтавших джентльменов.

– Я здесь впервые, – объяснила Поппи и добавила: – Пожалуйста, уйди, Флетч!

– Уйти? – удивился он. – С какой стати?

Пробормотав: «Боже, как неловко!», Поппи села на свое место. Флетчер тут же опустился на рядом стоящий стул.

– Здесь сидит Джемма! – возразила Поппи.

– Так почему я должен уйти?

– Потому что в отличие от меня тебя наука не интересует.

– Вот как? А тебя, значит, интересует?

– Интересует. И я буду чувствовать себя очень неловко, если ты останешься. Пожалуйста, очень тебя прошу, уйди.

– И не подумаю, сколько бы ты ни просила, – с вызовом ответил Флетчер и скрестил на груди руки. – В конце концов, ты говорила, что мы должны остаться друзьями.

Заметив его раздражение, Поппи решила действовать иначе.

– Что ж, если хочешь, оставайся, – сказала она бодрым голосом. – Надеюсь, твой друг Гилл подойдет ко мне поздороваться?

– Его здесь нет. А почему ты думаешь, что он здесь?

– Ты же никогда и ничего не делаешь без него. Я подумала, раз ты вдруг заинтересовался научной деятельностью, то скорее всего из-за того, что ею заинтересовался твой друг.

– Ты меня оскорбляешь, – ответил Флетчер ровным голосом.

– Извини, не хотела тебя обидеть. О, доктор Лауден уже пришел! Мне придется тебя на несколько минут оставить: я специально пригласила его на это заседание, поэтому просто обязана подойти к нему и поздороваться. Прошу прощения. – С этими словами Поппи поднялась и двинулась прочь.

Флетч ошарашенно смотрел ей вслед. Накануне, рисуя в воображении встречу с женой, он даже не мог себе представить, что она вот так бросит его, с улыбкой подойдет к какому-то молодому человеку, кстати, совершенно заурядной внешности, с довольно длинным носом, и будет о чем-то с ним беседовать… Флетч сжал кулаки и, не отдавая себе отчета, вскочил на ноги. Нет, он этого так не оставит!

Пробравшись сквозь толпу все прибывавших любителей науки поближе к Поппи, он устроился на свободном стуле за ее спиной, чтобы она не могла его видеть – он прекрасно понимал, что его повышенное внимание ей бы наверняка не понравилось.

– Я прочла ваши заметки о задних лапах ленивца, доктор Лауден, – сказала Поппи своему собеседнику. – Очень, очень интересно!