Привет, грабли! Да, снова я - Елена Лабрус

— Простите, вам кофе, чай? — подошла секретарь. На его ответ, вежливо кивнула: — Хорошо, я принесу к Эвите Александровне в кабинет.

Сава согласился, а потом безошибочно следуя направлению, указанному её взглядом, открыл мне дверь в собственный кабинет, приглашая войти.

— Как прошла ночь? — уселась я в рабочее кресло. Развернувшись от стола, сложила ногу на ногу. И не предложила ему соседнее. Да он и не собирался присаживаться.

— Бессонно, — остановился он у окна, спиной ко мне.

— Ожидаемо, — усмехнулась я. — Долгая разлука. Долгожданная встреча.

— Да, объяснить девушке, которая пролетела полмира, чтобы не позволить мне сесть в тюрьму, что ничего у нас не сложится, действительно было трудно.

Я не нашлась что ответить. С этим глупым выражением лица он и застал меня врасплох, когда повернулся.

— Она… — не знала я что сказать, поэтому просто развела руками. — Не понимаю.

— Она была у моих родителей в Сан-Франциско. И те всё ей рассказали. Что следили за моей бывшей женой. Что Влад Горчаков на самом деле жив, — он достал из кармана и бросил на стол фотографии.

Покрытый бронзовым загаром белозубый блондин наслаждался жизнью на яхте в компании Савиной бывшей сногсшибательной жены. И все остальные в том же духе.

— Прижатый к стенке Кирой, я готов был сам пойти в полицию и во всём сознаться. Сказал об этом Кристин, она навестила моих родителей и тут же прилетела.

— Конечно, не забыв надеть на палец кольцо, — так просто не сдавалась я.

— К сожалению, — он выдохнул, — расценив мои слова как повод начать всё сначала. Наверное, это был худший день в моей жизни, — покачал он головой.

— А, может, лучший? Ты ведь узнал, что невиновен.

Тяжёлый вздох вырвался из моей груди: почему-то было жаль, что добрые вести ему принесла Крис. Не я, не мой отец. Даже не его родители. А девушка, которую никто не принял в расчёт. Которую я заочно возненавидела, а она… пролетела полмира, чтобы его защитить, сказать, что он невиновен, не позволить сесть в тюрьму. Как честный человек, он просто обязан был на ней жениться. А он…

Он решительно пересёк комнату, упёрся руками в подлокотники кресла и навис надо мной.

— Прости, что я прицепился к тебе с этим дурацким сообщением. Я не имел права ревновать. Да и в принципе что-то требовать от тебя. Оправданий, объяснений. Я не знаю, что делать с этими чувствами. Я не умею ими управлять. Я…

Я смотрела в его глаза. Он смотрел в мои.

— Кхе-кхе…

Чёртова секретарь испортила такой момент!

На секунду мне показалось, что сейчас он скажет «я люблю тебя». Но он сказал: «Я нашёл твою записку». Она снова вежливо кашлянула:

— Простите, ваш кофе.

— Спасибо, — Сава обречённо опустил голову, оттолкнулся от кресла.

А я потянулась за чёртовым телефоном, на который только что пришло сообщение.

Что?! Я вытаращила глаза, глядя на фото.

Его сбросил Лис. Но я не могла поверить своим глазам.

С Оболенским в кафе завтракала… моя мама?!