Обманутая - Кира Касс

– Да как вы смеете?! – закричала я; у меня даже голова закружилась от ярости. – Я любила Сайласа! Я никакого отношения не имею к его смерти!

– Ох, имеете, милая девушка. Именно вы, и никто другой, – спокойно возразил Квинтен. – Не поймите меня неправильно. Я испытал облегчение, узнав, что почти весь род Истоффов уничтожен, но я и не знал, что это случилось, пока вы не явились в мой дворец и не сказали об этом.

– Я не понимаю, – прохрипела я; истерические слезы готовы были затопить меня от такого дикого обвинения. – Я не убивала Сайласа!

Он жестоко улыбнулся:

– А разве вы не можете припомнить кого-то еще в этом мире, кому хотелось бы, чтобы этот юноша умер? Хотелось бы даже сильнее, чем мне?

У меня все расплылось перед глазами, и я задрожала. Да. Да, я могла припомнить кое-кого, желавшего смерти Сайласу Истоффу.

– Джеймсон, – прошептала я.

Когда я произнесла это имя вслух, люди в толпе подхватили его, передавая друг другу, пока его не услышали все.

Конечно, это был Джеймсон. Это многое объясняло. Прежде всего то, почему никто в Изолте не знал о смерти Истоффов. И почему он так быстро прислал мне вдовью долю.

– Ох… – пробормотала Скарлет, прикрывая рот ладонью и качая головой. – Ох, Холлис… У него было кольцо… – Она посмотрела на меня, и наконец картина прошлого полностью сложилась перед ней. – У того человека, который схватил меня в Абикресте. У него было кольцо вроде того, что носил твой отец. Короанское. Я до сих пор не могла этого вспомнить. А… ну да! Он меня отпустил. – Она вцепилась в собственные волосы, словно желая вырвать их с корнем.

– И что?

– Он думал, что это ты! – пояснила Скарлет, наконец-то увидя смысл во всем. – Предполагалось, что в живых должна была остаться только ты!

Значит, таков был план Джеймсона. Он узнал о Сайласе и устранил его – устранил всех, надеясь, что мое отчаяние приведет меня обратно во дворец. А оно увело меня в Изолт.

– Что ж, теперь вы знаете, – сказал Квинтен, явно довольный собой. Он усмехался и выглядел самоуверенным, несмотря на свое падение. – И кстати, довольно интересный вопрос… если Истоффы действительно стали короанскими подданными, то, похоже, Джеймсон так же виновен, как и я. Не хотите ли и с него снять корону? Бросить его в тюрьму?

Моя кровь превратилась в лед, все тело начало неметь. Джеймсон. Все это время за этим убийством стоял он…

– Тихо! – приказал Этан. – Если король Джеймсон совершил преступления, за которые должен ответить, мы обратимся к ним в будущем. – Он посмотрел на меня; ему явно больно было видеть, что сотворила со мной эта весть, это предательство того, кто заявлял о любви ко мне. – Сегодня мы здесь, чтобы обсудить ваши преступления и вашу корону. Вы только что по своей воле признались в убийстве семье ее величества и нескольких других придворных. Вы преклоните колени и снимете корону. Сейчас же!

Несколько неугомонных душ закричали:

– Голову с плеч!

И через несколько секунд к ним присоединилась вся толпа.

Квинтен покосился на Этана, поднимая руку, чтобы снять корону. Он молча передал ее дяде Риду, ожидая решения своей судьбы.

Люди жаждали крови, и я не могла винить их за это. Квинтен перечислил поименно их друзей и соседей, признав, что есть и множество других. Но я гадала, что может случиться из-за излишнего насилия?

В глаза Этана вернулся страх. Что он должен сделать? Корона висела между его головой и головой Квинтена, а его новый народ предъявлял требование. Я видела, как Этан вынул из ножен меч Джедрека и с удивительным спокойствием держал его в руке. Я ждала, что он спустится с камня, чтобы одним ударом убить Квинтена. Я не сомневалась, что он может это сделать.

Но вместо этого Этан повернулся лицом к своей огромной армии и поднял меч над головой, требуя внимания: