Дом из пепла и стекла - Силла Уэбб

и подчиняется моим командам. Схватив штангу, я замахиваюсь на Павла и бью его по ноге, но, похоже, это не слишком его отвлекает. Я снова целюсь в него, но он отбрасывает Дейзи на пол и бросается на меня. Я смотрю на Дейзи и вижу её разорванный топ и растрёпанные волосы. Этот безумец напал на неё. Отвлечение стало огромной ошибкой, потому что Павел нападает на меня прежде, чем я успеваю пошевелиться.

Поток воздуха покидает меня, когда он прижимает меня к полу своим грубым весом.

— Хочешь поиграть вместо неё? — бросает он вызов, кислое дыхание проносится надо мной.

Я инстинктивно поворачиваю голову — от этого зловонного запаха меня тошнит.

— Это можно устроить, сука.

— Нико убьёт тебя, — выдыхаю я. — Отвали от меня, — я извиваюсь под ним.

— Нет, если я убью тебя первым. В качестве самозащиты, конечно, — он сжимает мозолистой рукой моё горло, медленно надавливая, чтобы затянуть мучительную пытку.

Нико. Он бы убил Павла, если бы был здесь, верно? Затем я вспоминаю, как дерзко Нико обошёлся со мной в ситуации с Павлом в гостиной, и я понимаю, что придумываю некую сказку, где принц спасает попавшую в беду девушку, но в моей истории нет счастливого конца. Нет принца, который спас бы меня от гибели. Нико — воплощение Дьявола, и я для него всего лишь игрушка.

Моё зрение затуманивается, и на глаза наворачиваются слёзы, когда мое дыхание ослабевает под хваткого Павла, а головокружение поглощает меня. Тьма окутывает меня, но пронзительные глаза Нико и шрам, выделяющийся на его красивом лице, напоминают мне, что эти мужчины не такие уж и нежные.

Тяжёлый удар сотрясает меня, а вопль ужаса Дейзи пронзает воздух. Глаза Павла расширяются от шока, и он рушится на меня. У меня судорожно сбивается дыхание, а рёбра скрипят. Боже, он весит целую тонну. Я с трудом втягиваю воздух. Он что, вырубился? Я пытаюсь сдержать панику, поднимающуюся во мне из-за нехватки кислорода, и время, кажется, тянется медленно, пока я борюсь с этим огромным монстром. Павел прерывисто дышит и поднимается на ноги. Он злобно рычит, шатаясь. Дейзи забилась в угол, как испуганный котенок, скребя по полу конечностями, взывая о помощи. Павел бросается к ней, раскинув руки, размахивая своими лапами, чтобы схватить маленькую Дейзи.

О, Боже, он убьёт её.

Затем я вижу это. Складной нож торчит из заднего кармана его штанов. Мои руки дрожат, я опускаюсь на колени. Комната наклоняется, и мои рёбра болят, когда я вдыхаю.

«Сосредоточься. Помоги Дейзи!» — вопит мой разум.

Я вскакиваю на ноги, и сладкий адреналин, бурлящий во мне, даёт мне силы двигаться.

Павел настолько сосредоточен на том, чтобы схватить Дейзи за горло, что даже не замечает, как я вытаскиваю нож из его кармана. Мои руки дрожат, когда я быстро раскрываю оружие, но оно кажется чуждым в моей хватке.

Хриплые звуки, издаваемые Дейзи, приводят меня в чувство, заставляя сосредоточиться на борьбе или бегстве. Мои глаза встречаются с глазами Дейзи, и в них отражается дикий страх, а её лицо краснеет, и она пытается оторвать эти толстые пальцы от своей шеи.

Инстинкт подталкивает меня, и я делаю выпад вперёд, с силой вонзая нож в мягкую плоть спины Павла.

Стиснув зубы в решимости, я рычу и сильнее выкручиваю лезвие.

Я атакую.

Глава 16

Синди

Дейзи рушится на пол в тот момент, когда рука Павла медленно опускается. Слёзы текут по её лицу, она открывает рот, хватая воздух, как рыба, задыхающаяся на крючке, и массирует горло.

Павел шатается вперёд, слепо хватаясь руками за спину, пытаясь достать нож, всаженный в него.

Я поднимаю штангу и замахиваюсь, громкий треск его черепа, встретившегося с твёрдым металлом — как изысканная гармония, успокаивающая боль в моей душе. Он валится на пол, лицом вниз. Он непроизвольно дёргается, а его глаза пустым взглядом уставились на холодный пол под ним.

Я подбегаю к Дейзи и приседаю возле неё.

— Ты в порядке? — спрашиваю её.

Она кивает, но всё ещё откашливается и задыхается.

Павел стонет и пытается подняться. Боже, мне придётся забить его до смерти. Он неустанен в своих пытках.

Дверь с грохотом открывается, ударяясь о стену за ней.

Чёрт, если это один из людей Нико, мы мертвы.

Пронзительные голубые глаза Нико освещают темноту, и у меня замирает сердце. Он небрежно заходит в комнату, делает три длинных шага, и Джеймс врезается в его спину.

— Какого хрена? — говорит Джеймс.

Нико молчит, он просто смотрит на меня, Дейзи, а затем на Павла.

— Он пытался её изнасиловать, — вырывается у меня с дрожащим дыханием, и я нахожу в себе силы обхватить её рукой в защитном жесте. Нико может убить меня за это — нападение на одного из его людей, чтобы защитить Дейзи. — Она дочь Иветты, — поспешно добавляю я, не получив ответа. — Подумай о скандале. Иветта отменит сделку. Для тебя всё будет кончено.

— Заткнись, — рычит он.

Нико медленно подходит к Павлу и переворачивает его. Павел кричит от боли, когда нож глубже вонзается в его спину.

Я оставляю Дейзи на минуту и подбегаю к Павлу и Нико. Кровь скапливается на полу под Павлом, и тошнота в моем желудке грозит выплеснуться из меня так же, как кровь из него.

Я это сделала. Я могла убить человека. Думаю, он выживет. Трясущимися руками я беру свой телефон и начинаю набирать «999».

Нико резко выбивает его из моей руки, и он скользит по полу.

— Какого чёрта? Нам нужна скорая для него.

Нико смотрит на меня и его взгляд смягчается. Затем он кивает Джеймсу. Нико поднимает меня на ноги и уводит от Павла. Когда мы оказываемся у дальней стены, он поворачивает меня к себе и прижимает моё лицо к своему плечу, удерживая там, когда я пытаюсь оглянуться и посмотреть, что происходит.

Щёлк. Щёлк. Бум.

Шум приглушённый, это странно. Он не громкий, но мощный. Как будто звуковая энергия прорвалась сквозь пространство, в котором мы все находимся, высасывая воздух из наших ушей. Я отталкиваюсь от Нико и поворачиваю голову. Джеймс аккуратно убирает пистолет под куртку, а Павел не двигается и не издаёт ни звука.

Дейзи захлёбывается рыданиями, закрывая лицо руками, чтобы скрыть ужас, который предстал перед нами. Я смотрю на Джеймса, потом на Нико, когда комната раскачивается и наклоняется.

— Что ты наделал? — шепчу я. — Он должен был поехать в больницу.

— И что дальше? — спрашивает Нико. — Они бы взяли у