Ангел-мечтатель - Ирина Буря

они принадлежали к той кучке умалишенных, которые бросили открытый вызов правящему большинству. Прямое выступление против существенно превосходящих нас сил светлоликих само по себе было верхом безумия, но оно еще и оказалось совершенно любительским по уровню как подготовки, так и организации — и вполне ожидаемо потерпев поражение, оно чуть было не утянуло за собой и все наше течение. Большая часть поверженных дилетантов предсказуемо разбежалась, оставив нашу цитадель исправлять последствия их безумного шага — и, признаюсь, мне было не совсем понятно, по какой причине были оставлены в ней эти трое. Единственным разумным объяснением могло послужить предположение, что они в самый последний момент одумались и предупредили нашего главу — так, что он успел организовать успешную оборону нашей цитадели.

Еще меньше я понимал, как они оказались в апартаментах Гения.

— Извините, я, похоже, ошибся, — шагнул я назад к выходу из них.

— Нет, не ошиблись, — негромко пророкотал стоящий ближе всех ко мне, — мы Вас ждем.

У него, по крайней мере, внешность вполне соответствовала образу бунтаря-анархиста. Лицом значительно темнее остальных, а телом — выше и крепче, он стоял перед ними, словно вызывая удар на себя. Двое других расположились у него за спиной — в ряд, плечом к плечу — но отнюдь не спокойно и расслабленно. Один чуть подался вперед — в позе гибкого и готового к прыжку зверя, другой слегка покачивался с пятки на носок, подрагивая от напряжения и стреляя по сторонам молниеносными взглядами.

— Зачем вы меня ждете? — напустил я на себя озадаченный вид — это все еще могло быть досадным стечением обстоятельств или даже ловушкой. — И почему вы ждете меня в чужих апартаментах?

— Он велел нам показать Вам некоторые материалы, — ответил мне лидер группы, ощупывая мое лицо испытывающим взглядом.

— Кто — он? — все еще сомневался я.

— Хозяин … апартаментов, — фыркнул он.

— Вы имеете в виду Гения? — потребовал я полной ясности.

— Можно и так сказать, — сверкнул он белозубой усмешкой.

— Что за материалы? — не добившись искомого, зашел я с другой стороны.

— Давно и благополучно всеми забытые, — закрылся он и там завесой таинственности.

— Следует ли мне понимать, — вдруг снизошло на меня озарение, — что вы подвергаете меня некой проверке?

— Конечно! — и глазом не моргнул он. — Если он считает, что круг замкнулся и дает нам шанс выйти на новый виток, мы ему доверяем. Вопрос в том, достойны ли Вы его доверия.

— Мне не пристало отвечать на такой вопрос, — удалось ему задеть меня. — Но позволю себе заметить, что Гений направил меня на встречу с вами — вам достаточно такого ответа?

— Возможно, — пожал плечами он. — Мы это очень скоро узнаем. Имейте в виду — некоторые знания являются очень тяжелой ношей, посмотрим, как Вы сможете ее нести и, главное, куда.

Глава 20.8

Он сделал шаг в сторону, оставшись, тем не менее, на расстоянии вытянутой руки от своих спутников. Они тоже расступились, и я увидел — между и за ними — … сканер. У меня заныло сознание, решительно противясь выделению еще одной его части для анализа очередных графических ребусов перед глазами.

К счастью, это оказался не привычный мне сканер, а, скорее, ретранслятор мысленных образов. Тех самых других миров, обещанных мне Гением.

На фоне моей обычной среды обитания на земле — в большом городе, со всеми благами цивилизации и комфортом, где наиболее реальной опасностью является получение штрафа за превышение скорости — эти миры показались мне почти дикими и определенно первобытными.

Необузданная природа в них явно превалировала над результатами человеческой деятельности. В одном буйствовала непроходимая лесная чаща, в другом вся жизнь сосредоточилась под землей среди неприступных скал, и только в двух следующих можно было заметить следы пребывания людей: в виде неких подобий мельниц на реках в одном и бескрайних плантаций, слишком правильной формы, чтобы быть естественными, в другом.

При всем этом люди там везде были — охотились в лесу, вытаскивали на поверхность земли куски какой-то породы, суетились вокруг мельниц и копошились на плантациях. И хотя вся их жизнь, казалось, была сосредоточена вокруг одних и тех же действий, она оставляла впечатление умиротворения, покоя и полного довольства жителей.

— Насколько я понимаю, — уточнил я, когда экран сканера вернулся к незамутненной прозрачности, — это одни из первых созданных нами миров?

Неприкасаемые молча смотрели на меня.

— Тогда хорошо, что потом мы перешли к большему разнообразию, — счел я их молчание утвердительным. — Я бы сказал, что в этих просматривается некая однобокость в плане выбора видов деятельности. Должно быть, это делало их довольно уязвимыми.

— Да, — хрипло каркнул их лидер, — в конечном счете они действительно оказались уязвимыми, только по иной причине. Вторая серия.

Она оказалась существенно короче первой — у меня даже возникла мысль, что Неприкасаемые сознательно прибегли к стандартному приему манипуляции сознанием: сначала зрителю демонстрируется долгая история мирной и счастливой жизни, чтобы он успел почувствовать свою сопричастность, а затем следует короткая сцена смертоносной катастрофы, чтобы удар показался еще более жестоким.

После этого никаких других мыслей у меня не возникло — зрелище на экране сканера было поистине ужасающим. Людей там расстреливали, как мишени в тире, и хотя некоторые из них пытались сопротивляться, стрелки явно превосходили их и числом, и умением.

— Что там произошло? — сглотнул я подступающую к горлу тошноту.

— Их убили, — коротко ответил мне лидер.

— За что? — помотал я головой. — Я не понимаю — насколько мне известно, мы создавали миры для правящего течения. Кому могла понадобиться их гибель?

— Правящее течение, — выплюнул лидер официальное название светлоликих, — вполне устраивала однобокость, — последовал еще один плевок, уже в мой адрес, — миров. Пока те не решили выйти из-под их власти.

Я подозрительно прищурился. Речь явно зашла о той неудачной попытке бунта, но при чем здесь какие-то древние люди?

— Откуда у вас эти материалы? — не стал я скрывать свои сомнения.

— Вы знаете, кто мы, — ответил мне лидер такой же прямотой. — Расправиться с нами возможности не было — аннигилятор тогда еще не был создан — поэтому они просто уничтожили наши миры.

— Светлые?! — не поверил я своим ушам.

— Как видите, — процедил он сквозь зубы, — они не всегда такими были.

До меня вдруг дошло окончание его предыдущей фразы.

— Подождите, — остановил я его поднятой рукой. — Миры создавались для светлых. Только они могли управлять ими. Вы сказали, что это были ваши миры …

— Сеанс окончен, — резко прервал меня лидер Неприкасаемых. — Уходите!

Покинув апартаменты Гения, я добрался из нашей цитадели и вдохнул, наконец,