Развращение невиновных - П. Рейн

— Ты не хочешь посмотреть, как я трахаю тебя сзади? — Я поворачиваю ее так, чтобы она стояла передо мной, лицом к зеркалу.

Ее взгляд устремлен на отражение. Я не уверен, стесняется ли она, смущается или что-то еще, но я не могу допустить, чтобы эта красивая женщина сомневалась в себе. Я раздвигаю ногой ее ноги. Затем я подталкиваю ее подбородок рукой, чтобы она оказалась лицом к зеркалу. Она встречает мой взгляд в отражении, где я стою позади нее.

— Как я могу не хотеть смотреть? — шепчу я, посасывая то место, где ее шея сходится с ключицей. — Ты идеальна. — Я позволяю своим рукам провести по обеим сторонам ее талии и подняться выше. — Эти сиськи. — Мои пальцы нащупывают ее соски, и когда я сжимаю их кончики, с ее губ срывается долгий вздох. — Это лицо. — Я провожу языком по ее челюсти, а правая рука опускается между ее ног. — Эта киска. — Я сжимаю ее и провожу маленькими круговыми движениями по ее клитору.

Она стонет и откидывает голову назад к моему плечу. Мой член все еще блестит от ее возбуждения, когда я немного сгибаю колени и провожу им между ее полушариями, а затем нахожу вход и проникаю внутрь.

Все тело Софии вздрагивает. Я выхожу и снова вхожу в нее, наблюдая за нами двумя в зеркале. Она все больше и больше отчаивается, когда я вхожу в нее и продолжаю массировать ее клитор. Другая моя рука перемещается к ее волосам, с силой оттягивая ее голову в сторону и удерживая ее там. Я посасываю ее шею, а мои движения становятся все более неистовыми, как будто я гонюсь за финишной чертой, которая все дальше и дальше удаляется от меня.

Мы идеально смотримся вместе, наши тела соединены, выжимают друг из друга наслаждение, и я поклялся запомнить образ в зеркале, чтобы доставать его всякий раз, когда захочу пережить этот момент — а это будет часто.

Я усиливаю давление на клитор Софии. Она пытается выгнуться, но моя рука все еще находится в ее волосах, не давая ей выгнуться вперед.

— О боже. Антонио… Я сейчас кончу.

Она продолжает повторять эти слова, и они подстегивают меня. Я не хочу ничего, кроме как доставить удовольствие этой женщине.

Я вколачиваюсь в нее без пощады, и когда я отвожу руку назад и наношу быстрый шлепок по ее клитору, она взрывается, вскрикивает и бьется в конвульсиях в моих руках. Ее киска обхватывает меня, и я с протяжным стоном проваливаюсь в нее, удерживая себя там до тех пор, пока она не выдоит меня полностью.

Мы, запыхавшись, смотрим друг на друга в зеркало. Что-то проходит между нами — возможно, понимание того, как хорошо между нами, — и я ничего не могу поделать, мне нужны мои губы на ее губах. Я сильнее откидываю ее голову назад, рука по-прежнему в ее волосах, и погружаю свой язык в ее рот. Ее язык встречает мои поглаживания, и когда я отстраняюсь, то целомудренно целую ее лоб.

Что-то в этой женщине вызывает во мне желание и осквернить ее, и возжелать.

Когда я отпускаю ее волосы, она выпрямляется, и я отстраняюсь от ее тела. Мое семя растекается по внутренней стороне ее бедер, и я стону. Это так чертовски горячо.

— Подожди.

Я иду в ванную, смачиваю мочалку теплой водой и становлюсь на колени позади нее. Я провожу мочалкой по внутренней стороне одного бедра, затем другого, после чего бросаю ее в корзину для белья. Она ждет, что я встану, но вместо этого я раздвигаю ее попку и провожу языком по ее центру. На вкус она напоминает смесь нас двоих, и после еще нескольких движений языком я возбуждаюсь.

Она смотрит на меня так, как будто хочет еще, но я не хочу переусердствовать. Я был с ней грубее, чем следовало бы, учитывая, что у нее нет сексуального опыта, но я не могу удержаться, когда дело касается ее.

— Пойдем.

Я беру ее за руку и веду к кровати, забираюсь под одеяло и притягиваю ее к себе.

Ноги Софии лежат поверх моих, ее щека лежит на моей груди, а моя рука проводит по ее боку вверх и вниз. Я с удивлением обнаружил, что получаю от этого почти такое же удовольствие, как от секса с ней. По-другому, но от этого не менее приятно.

— Это было слишком грубо? — спрашиваю я.

Она поднимает голову, смотрит на меня, поджав губы, и качает головой, выглядя почти смущенной. — Нет, мне понравилось. Мне все нравится с тобой.

Я притягиваю ее к себе для поцелуя.

— Я хочу испытать с тобой все, Антонио… пока еще могу.

Я беру ее лицо в свои руки. — Я тоже этого хочу.

Эта женщина заставляет меня чувствовать то, что я и не думал, что может чувствовать такой мужчина, как я.

Она улыбается и снова кладет голову мне на грудь. — Помнишь лето, когда ты переходил в младший класс средней школы, и мы с Мирой всегда таскались за тобой и Томмазо, когда вы ходили на пляж?

Я хихикаю. — Вы двое не принимали отказа.

— Ты знаешь свою сестру. — Мы оба смеемся.

— Я ненавидела, когда вы появлялись, потому что мне приходилось присматривать за вами и следить, чтобы никакие придурки не пытались к вам приставать. Помнишь того парня, которого я избил до полусмерти, потому что поймал его на том, что он пялился на задницу Миры? — Я качаю головой.

— Помню, — говорит она.

— А почему ты об этом вспомнила? — Моя рука остается на ее талии.

— Это был первый раз, когда я вспомнила, что вижу в тебе что-то, кроме старшего брата Миры. Я не знала, что делать с этими чувствами… особенно с годами, когда они усилились.

Я переворачиваю ее на спину, пока не оказываюсь сверху. — Первый раз я увидел в тебе что-то, кроме друга моей младшей сестры, в тот вечер, когда я постучал в твою дверь, а ты ответила в маленьком шелковом пижамном комплекте, который у тебя есть.

Она усмехается. — Правда?

Я киваю. — Не знаю, почему я не увидел тебя раньше.

Я провожу костяшками пальцев по ее лицу.

Она морщит лоб. — Что увидел?

— Какая ты невероятная. — Я целую ее. — Думаю, все дело в том, что ты была недоступна. Ты была подругой Миры, и я знал, что она убьет меня, если я буду с тобой.

Она тяжело сглотнула. — Мне не очень приятно