Умереть, чтобы жить - Сана Светлая

— Вам тоже нравится смотреть на воду? — по-английски спросил его какой-то мальчуган.

— Да. Я люблю смотреть на воду. Наверное, особенно люблю потому, что мне это нечасто удается.

— Наверное мы больше ценим то, что редко нам встречается, — сказал мальчик и бросил камень в воду.

— А ты очень смышленый, — улыбнулся Джин Хек, — и говоришь по-английски хорошо.

— Мама тоже так считает, — засмеялся мальчишка. — И языку она меня учит. — И Джин Хек понял, что он очень любит свою маму.

— А цветы? «Для мамы сорвал?» — спросил Джин Хек, смотря на букет в его руках.

— Нет, — парень покраснел. — Это для Ксюши.

— Ооо, да ты настоящий джентльмен, — Джин Хек снова улыбнулся.

— Тебе можно доверять? — шепотом спросил парень.

— Думаю да, — ответил Джин Хек.

— Ксюша — это девочка из моего садика. И она мне очень нравится. Наверное, я даже в нее влюблен, — и он грустно выдохнул. — Понимаешь, мама любит говорить, что любовь — она в глазах, в прикосновениях, в поступках. И если я Ксюше букет подарю, это будет тот самый, правильный для любви поступок? — и он вопросительно посмотрел прямо ему в глаза.

«Рука, — думал Джин Хек, — почему так сильно болит рука? Именно сейчас?», — он медленно проговаривал про себя то, что только что сказал ему этот мальчуган.

— Скажи еще раз, пожалуйста, что говорит о любви мама? — переспросил Джин Хек, понимая, что земля уходит у него из-под ног.

— Что любовь — она в глазах, в прикосновениях, в поступках, — и парень снова вопросительно посмотрел на него.

— Сколько тебе лет? — хрипло спросил Джин Хек.

— Дядь, вам плохо? — вопросом на вопрос ответил мальчишка. — Мне шесть.

— А маму твою как зовут? — пытаясь встать на ноги, кое-как проговорил он.

— Катя, — Сашка растерянно смотрел на этого высокого дядьку, который, как ему казалось, сейчас упадет.

— Катя, — шепотом, как в тумане, сказал Джин Хек и осел на землю.

— Мамаааааа, Мамаааааа! — слышал он, как кричит мальчуган, — Мамаааааа, тут дяде плохо, быстрей, иди сюда! — букет выпал из его рук, и на шее блеснул потерянный Хеном 7 лет назад армейский жетон.

— Где ты? — шепотом спросил Джин Хек, услышав ответ на том конце провода.

— Что случилось? У тебя все нормально? Джин Хек?! — и, услышав тишину в трубке, Хен орал на весь паром, — У тебя все в порядке?

— Я скину тебе свои координаты. Быстрее, Хен. Быстрее будь здесь.

Глава 41

«Да что случилось-то? — от голоса друга Хена лихорадило. — Тупица! Идиот! Надо было сразу с ним ехать, а не через два часа! Тупица!».

Он сунул деньги за прокат авто и дал по газам в направлении указанных координат.

***

Смирнова не было уже несколько дней. Катя села в машину и поехала на рынок. Нужно было купить продукты. И непременно шоколадное молоко для Сашки. При мысли о нем она улыбнулась.

Она неторопливо разгуливала по рынку, с упоением рассматривая все, что лежало на прилавках.

Поселок, в котором они жили, был совсем маленьким, и сын сам приходил из садика домой, поэтому она не торопилась…

Купив все нужное и самое свежее, она поставила пакеты в багажник и поехала к дому.

«Солнце сегодня по-особенному теплое», — подумала Катя, остановившись перед домом.

— Санька! Ты где? — крикнула она, зайдя в дом. — Эх, пострел, наверное, опять к обрыву пошел! — она выставила пакеты на стол и вышла на улицу.

***

Солнце слепило глаза до слез, и Катя прикрыла их ладонью.

— Санька! Ты где? Я дома!

— Мама! — как всегда, с разбега, он обнял ее. — Ты почему долго так? Зову тебя, зову! Там дяде плохо, быстрее, пойдем! — и он потащил ее за руку.

Она бежала вперед, прямо к обрыву, видя только спину какого-то мужчины. Сашка тащил ее за руку, слезы потоком лились из глаз.

— Что с вами? — спросила она, когда услышала: «Где ты, Джин Хек? Где, черт побери???», — и ноги предательски подкосились, и она практически упала на траву.

— Мама! — кричал Сашка, — вы сговорились все, что ли? Дядя! Мама!!!

Она села на колени и медленно повернула голову назад. Сердце, кажется, перестало биться совсем. Она хотела что-то сказать, но губы ее не слушались. Она просто смотрела, как он бежал им навстречу, что-то кричал, потом остановился и застыл на месте…

Сашка смотрел на всех по очереди. На странного дядю, которому внезапно стало плохо, на другого мужчину, который сначала бежал, а потом застыл на месте, как вкопанный. На маму… И тогда он все понял. И тогда Сашка все понял.

Еще раз проследив за маминым взглядом, он развернулся и что есть силы побежал к мужчине, на которого она смотрела, смотрела не отрываясь, с бледным, как мел, лицом и дрожащими губами.

Подбежав к нему, уже сидевшему на коленях, вплотную и глядя ему в глаза, Сашка спросил: «Ты мой отец»?

Эпилог

Хен стоял в пробке и заметно нервничал. «Если я опоздаю, то буду наказан. Жестоко наказан», — подумал он и посмотрел на часы.

До мероприятия в честь ее книги оставалось меньше часа.

— Профессор, — услышал он в трубке любимый голос, — я надеюсь, вы успеете вовремя?

— Кать, я стараюсь! «Но на мосту огромная пробка!» — извиняющимся голосом сказал он.

— Хорошо, я буду вас ждать! — ответила она и подошла к шкафу. — И от того, как вы постараетесь, будет зависеть выбор платья, которое я надену, и цвет помады, которой я накрашу губы.

Он постучал по рулю несколько раз, прекрасно понимая, что она имеет в виду.

Вот уже 16 лет эта женщина методично сводила его с ума. И каждый день он любил ее все больше. Удивляясь тому, что это возможно.

***

— Я хочу шампанского — сказал Джин Хек Хен Шику, беря бокал с подноса официанта.

— И я хочу, — Хе Соп взял один бокал себе, а второй протянул своей спутнице.

— Опоздал, — сокрушительно подытожил Джи Соп, глядя, как Хен поднимается на второй этаж, перепрыгивая через несколько ступеней.

— Она, как всегда, оказалась права, — Джин Хек взял в руки микрофон, подойдя к мини-сцене, и сказал: «Друзья, спасибо всем, что пришли сегодня» …

***

Дверь в комнату с шумом распахнулась…

Она знала, что это он. Знала еще 10 секунд назад, когда он только прикоснулся к дверной ручке.

— Кать, ну прости! Я летел, как мог!

Она делала вид, что застегивает сережку, стоя к нему спиной и все так же не поворачиваясь.

«Обиделась, — подумал