Сомнительная репутация - Аманда Квик

Лавиния покачала головой, не издав ни звука.

— Я знаю, ты надеялась привлечь внимание ко мне этим вечером, — продолжала Эмелин.

— Да, уж в этом мы сегодня преуспели, — сухо заметил Тобиас.

Лавиния высморкалась.

Энтони сердито посмотрел на зятя:

— Сейчас неподходящее время для твоего странного чувства юмора. Миссис Лейк не без оснований полагает, что произошла катастрофа. Думаю, можно с полной уверенностью сказать, что сегодняшняя сцена в ложе леди Уортаэм завтра будет главной темой разговоров в каждом доме, не говоря уж о сплетнях в клубах.

— Сожалею, — пробормотал Тобиас. Он видел Лавинию в разном настроении, но впервые видел ее плачущей. Он никогда не подумал бы, что Лавиния впадет в истерику всего лишь из-за неудачи в обществе. Тобиас совершенно растерялся.

— Лично для себя я не вижу никакой катастрофы, — отважно заявила Эмелин.

Лавиния пробормотала что-то невнятное в платок. Эмелин вздохнула:

— Я знаю, ты приложила все силы, чтобы леди Уортхэм пригласила меня сегодня в театр, и пожертвовала Аполлоном ради этих прелестных платьев. Тем не менее я говорила тебе, как не хочу, чтобы меня выставляли напоказ.

— M-м, — промычала Лавиния в платок.

— Мистер Марч вовсе не виноват, что Помфри вел себя как осел, — добавила Эмелин. — И вообще, ты несправедливо винишь себя или Энтони за то, что произошло.

— Пожалуйста, не плачьте, миссис Лейк, — попросил Энтони. — Уверен, слухи очень скоро утихнут. Ведь леди Уортхэм занимает не такое уж высокое положение в обществе. Все это вскоре забудется.

— Мы опозорены, как сказала леди Уортхэм, — пробормотала Лавиния. — Тут уж ничем не поможешь. Сомневаюсь, что хотят бы один достойный молодой человек нанесет завтра визит Эмелин. Но что сделано, то сделано.

— Слезы делу не помогут, — встревожилась Эмелин. — Право же, на тебя так непохоже — рыдать из-за такого пустяка.

— Нервы миссис Лейк в последнее время были очень напряжены, — напомнил всем Энтони.

— Не плачь, Лавиния, — сказал Тобиас. — Ты заставляешь всех нас переживать.

— Ничего не могу поделать с собой. — Лавиния подняла голову, глаза ее были влажны от слез. — Выражение лица леди Уортхэм… Клянусь, никогда в жизни не видела ничего более уморительного.

И, откинувшись на сиденье, она затряслась от смеха.

Все ошеломленно уставились на Лавинию.

Эмелин пожала плечами. Губы Энтони расплылись в улыбке.

Через секунду они все громко хохотали.

В душе Тобиаса словно разжалась пружина. Он уже больше не чувствовал себя так, словно едет на похороны.

— А, вот и вы, Марч. — Крекенберн опустил газету и посмотрел на Тобиаса поверх очков. — Слышал, вы вчера вечером устроили забавное представление в театре.

Тобиас опустился в соседнее кресло.

— Безумные слухи и сплетни.

Крекенберн фыркнул:

— Такая версия событий долго не продержится. Весь театр был свидетелем. Некоторые полагают, что Помфри пришлет вам вызов.

— С какой стати? Он явно победил в этом состязании.

— Мне так и передали. — Крекенберн задумчиво посмотрел на Тобиаса. — Как это произошло?

— Помфри брал уроки боксирования у самого великого Джексона. У меня не было ни единого шанса.

— Хм. — Кустистые брови Крекенберна сошлись над внушительным носом. — Можете шутить над случившимся, если угодно, но берегитесь Помфри. Он, когда выпьет, способен на жестокость.

— Спасибо за заботу, но едва ли Помфри вызовет меня на дуэль.

— Согласен. Я не боюсь, что он вызовет вас на дуэль. Помфри хватит мужества бросить вызов, только если он будет пьян. И даже отважившись на это, отзовет вызов, как только протрезвеет. Помфри не только глупец, но и трус.

Тобиас пожал плечами и потянулся к чашке с кофе.

— Тогда что же вас тревожит?

— Он вполне способен замыслить какую-нибудь гнусность, чтобы отомстить вам. — Крекенберн снова прикрылся газетой. — Советую вам пока воздержаться от долгих ночных прогулок. И держитесь подальше от темных переулков.