Под властью Братвы - Мари Фокс

Звук грубого, без стука, открывания моей двери вырывает меня из раздумий, и моя улыбка сменяется ухмылкой.

— Когда ты отдашь приказ о следующем направлении действий? — слышу я голос Тимура, когда он входит в кабинет, закрыв за собой дверь.

— Когда ты перестанешь вламываться в мой офис? — спрашиваю я и наконец поворачиваюсь к нему лицом.

— Никогда, — шутит он и садится на стул рядом с моим столом.

— Но я надеюсь, что ты не дашь того же ответа на мой вопрос, потому что это будет катастрофой для компании. — Он достает какие-то документы из портфеля, который носил с собой.

Я подхожу и сажусь на свой стул, а он пододвигает мне документы.

— Просмотри их и подпиши, где требуется. Я сделал все возможное, чтобы мы заключили эту сделку.

Я криво улыбаюсь, когда забираю у него документы. Я уже давно гонялся за этой сделкой, я рад, что наконец-то смогу получить ее, спасибо Тимуру, который много работал. Мне нужно как можно скорее вознаградить его за всю его тяжелую работу.

— Думаю, я немного устал. Завтра займусь ими. — Я бросаю файлы в ящик.

— Хочешь что-нибудь сделать, чтобы снять стресс? Может, сегодня после работы сходим куда-нибудь выпить, как насчет этого? — спрашивает Тимур.

Я закатываю глаза и медленно поднимаю их, чтобы встретиться с ним взглядом.

Он многозначительно смотрит на меня и откинулся на спинку стула.

— Я ценю твое предложение, — отвечаю я, — но нет, спасибо, я думаю, у меня есть лучший способ избавиться от стресса, — ухмыляюсь я. Мои мысли возвращаются к Дженне. Взгляд тоски в ее зеленых глазах, когда она поцеловала меня на прощание этим утром, и ощущение ее рук на моей шее все еще сохранились в моей памяти.

Как я осмелюсь пойти куда-то еще, когда в моем особняке меня ждет такая красота?

— Я так и думал, — Тимур тихонько усмехается.

Если бы не тот факт, что я уже пьян от любви, мне было бы стыдно за себя, увидев взгляд Тимура, вспомнив, как я всегда говорил, что люди, которые влюбляются и всю оставшуюся жизнь мечтают об одном человеке, глупы и слабы, как я всегда хвастался перед ним, что никогда не окажусь в таком положении, но вот я здесь. Я слишком влюблен, чтобы беспокоиться, даже если он решит подразнить меня по этому поводу.

— Тогда я пойду один и отлично проведу время.

В этот момент мой взгляд падает на часы, висящие на стене моего кабинета. Был уже поздний вечер. — Ты можешь наслаждаться всем, что есть в мире. Я возвращаюсь домой к единственному, что имеет для меня значение, — объявляю я, освобождая свое место, которое снова скрипит.

— И отдай распоряжение заменить это как можно скорее, — добавляю я, беря портфель и телефон.

Дорога домой тихая и полна предвкушения. Как и в любой другой день за последние несколько месяцев, у меня в голове только одно, когда я еду домой.

Мой пульс учащается, как только машина подъезжает к моему дому.

Я не могу не задаться вопросом, что сейчас делает Дженна. Она разговаривает по телефону со своей лучшей подругой и улыбается? Читает книгу? Или она в гостиной или в нашей спальне ждет меня, потирая живот, как она иногда делает?

Она бы уже услышала мою машину или увидела меня через окно, если бы ждала меня. Она что, уснула?

Я начинаю представлять, как найду ее лежащей на кровати, нежно поцелую в лоб, а затем обниму ее во сне.

Я толкаю дверь своей спальни с широкой улыбкой. Моя улыбка становится шире, когда я замечаю, что свет включен, но тускло, и Дженна стоит перед зеркалом. Она стоит ко мне спиной, но я могу видеть ее отражение в зеркале.

Она может видеть, как я вхожу через окно, но я сомневаюсь, что она это сделала, потому что она кажется очень занятой. Все ее внимание сосредоточено на том, что она разглядывает перед зеркалом. Ее волосы завязаны в небрежный пучок, и она уже в ней.

Я подхожу ближе и замечаю, как она с трудом застегивает пуговицы рубашки. Я могу видеть ее отражение в зеркале, намек на грусть в ее ярко-зеленых глазах, кажется, затмил блеск, который я всегда там нахожу.

Мое сердце сжимается, когда я приближаюсь я думаю, что знаю причину ее печали. Я быстро подхожу к ней сзади и обнимаю ее. Я нежно целую ее в шею и слегка поглаживаю ее голый живот, глядя в зеркало.

Она уже на третьем триместре, и она сильно изменилась, все изменения, которые обычно происходят у беременной женщины, очевидны в ее теле.

Она стала больше, часть ее одежды больше не подходит, но она все еще выглядит такой же красивой, как и прежде. Ее тело все еще возбуждает меня всякий раз, когда я смотрю на нее, и мне все еще хочется держать ее в своих объятиях и целовать. У нее также много перепадов настроения в последнее время, что я считаю милым.

— Что могло беспокоить королеву моего маленького королевства? — спрашиваю я и наклоняюсь к ней, целуя изгиб ее шеи.

Я провожу пальцами от ее рук вниз к животу. Я нежно глажу ее живот некоторое время, прежде чем помочь ей застегнуть пуговицы на рубашке.

Она с трудом сглатывает, и ее глаза дернулись, прежде чем она ответила на мой вопрос. — Мне больше не нравится мое тело. Моя одежда едва налезает, и я едва могу двигаться. Это угнетает, я хочу вернуть свое старое тело! — жалуется она.

Я усмехаюсь и наклонился к ней сильнее, сжимая ее.

Я поцеловал изгиб ее шеи и погладил ее живот. — Это все? Это причина грусти? — пробормотал я.

Она кивает головой в своей обычной милой манере, и при этом ее пучок распустился, и ее мягкие кудри падают на плечи. Некоторые из них коснулись моего лица, и я вдыхаю сладкий запах ее шампуня, который напоминает мне свежие цветы, которые только что распустились утром нового, прекрасного дня.

— Ты прекрасна, Дженна, — говорю я ей в шею. — Я всегда считал тебя одной из самых красивых женщин, которых я когда-либо встречал, с самого первого дня, как увидел тебя, даже когда ты переехала в мой дом, и даже сейчас. Ты всегда была прекрасна для меня, даже сейчас. Я также нахожу все это привлекательным. Почему нет?

Я глубоко вдыхаю ей в ухо, вдыхая ее сладкий запах. — Ты носишь моего ребенка, мое семя внутри тебя, и ты дашь мне величайший