Предай меня, если сможешь - Кира Владова

— Альберт, ей нужно совершенствоваться, — терпеливо объясняет он. — Обычной девушке простят поверхностные знания в географии, истории и политике, но не принцессе.

Тут на удочку попадается и Иль.

— Прошу прощения, ваше величество, — вмешивается она в разговор на чистейшем драконьем языке. — Вы правы, мне еще многое предстоит изучить. Но и сейчас мои знания нельзя назвать поверхностными.

Шах и мат. У отца отвисает челюсть. Он, безусловно, интересовался успехами Иль в академии, но не представлял, какая она умница. И теперь мне остается только ждать, когда ловушка захлопнется.

Как я и предполагал, отец начинает экзаменовать Иль. Он забрасывает ее вопросами из разных областей, а моя жемчужина безупречно на них отвечает. Не зря я с ней столько занимался! И то, что Иль не чувствует брезгливости за столом с «жучками и паучками» — тоже большой плюс.

— Что ж, возможно, ты прав, — наконец признает отец. — Я подумаю.

Он не может сразу признать поражение, но мысленно я уже праздную победу.

Иль чуть ли ни пыхтит от возмущения. Даже пытается возражать, убеждая отца, что рано завершать обучение. Однако он отмахивается от нее, как от надоедливой мухи. И вернуться тем же вечером в академию он ей не разрешает.

— Выбрал другую тактику? Что ж, посмотрим, — говорит он, когда мы остаемся наедине. — Так не терпится?

— А что, незаметно? — огрызаюсь я. — Меня достал этот маскарад! Ты убедился, что Иль красива и умна. Я хочу ее! Я не согласен ждать год!

— Прекрати истерику, — морщится отец. — И учти, я поддался на твою неумелую манипуляцию лишь для того, чтобы посмотреть, чем она закончится.

— Но Иль удивила тебя! — возражаю я.

— Ты хорошо постарался, обучая ее.

— Так свадьба…

— Я сказал, что подумаю, — отрезает отец. — Достаточно. Иди к себе.

— Не в академию?

Настала моя очередь удивляться.

— Останешься здесь на несколько дней.

— Почему?

— Так надо. Альберт, еще одно слово, и я найду повод для наказания.

Опыт общения с отцом заставляет меня заткнуться. Лед и пламень! Насколько проще была бы жизнь, если бы отец не считал меня неразумным яйцом! Его манера вести диалог давно выводит меня из себя.

«Я сказал. Я решил. Заткнись и подчиняйся!»

Бесит! Но период подросткового бунта уже позади. Я предпочитаю молча подчиниться… и сделать по-своему, если позволяют обстоятельства.

Не могу понять, что задумал отец. С него станется заставить Радгара исчезнуть. Поэтому в академию нужно возвращаться сегодня же ночью, пока отец не усилил охрану.

Жаль, Йон остался в академии. С ним улизнуть было бы проще. Но мне не помеха и те охранники, что стоят у дверей в мои покои, и те магические плетения, что должны удержать меня в спальне. Отец мало интересуется моими делами, а я давно и тщательно изучаю системную магию.

Огромное желание заглянуть к Иль я давлю в зародыше. Она не поймет вторжения принца — и испугается, и переполох поднимет. Лучше встречу ее в академии, как Радгар. Там и поговорим.

До портального зала я добираюсь без проблем. Выбрав нужные координаты, делаю шаг в мерцающее марево. И вместо привычных ощущений меня ослепляет вспышка, а тело будто сжимают в тисках. Грохот — и в глазах у меня темнеет.

Глава 18

Радгар

Отец использовал меня вслепую. Поймал заговорщиков на живца, сделав приманкой собственного сына.

Это единственное, о чем я могу думать, невидяще уставившись в стену. Все остальное становится неважным: я не вспоминаю о невесте, не переживаю из-за увечья. Предательство матери до сих пор колючей занозой сидит в моем сердце. Предательство отца разбивает его вдребезги. Чувствую себя червяком, раздавленным гранитной плитой.

Лучше бы отец не посвящал меня в подробности «успешной операции». Я предпочел бы счастливое неведение.

Справедливости ради, отец — хороший правитель, сместить которого законным путем невозможно. Большинство драконов его поддерживает. Однако есть и те, кого не устраивает жесткая политика против коррупции.

Драконы могущественны, но и у них есть уязвимое место — семья. Только не у моего отца. Жены у него нет, а я…

Поле первого покушения отец спрятал меня, убедив заговорщиков, что дорожит сыном. И воспользовался удобным случаем, чтобы поймать преступников с поличным.

Вечно прятаться под чужой личиной я не смог бы. Отец спровоцировал покушение: выждал год и устроил помолвку. Как он и предполагал, меня опять попытались убить.

Да, спецслужбы контролировали каждый мой шаг. Мне позволили «сбежать», довели до портала и смягчили удар.

Я не сомневаюсь, что смертельная опасность мне не грозила. Временная потеря магических способностей — не большая плата за раскрытие заговора. Преступники обезврежены, и я могу жить, как прежде. Могу признаться Иль, могу жениться на ней…

Но я думаю только о предательстве. Неужели я не справился бы, зная о готовящемся покушении? Отец не дал мне ни единого шанса, считая неразумным яйцом.

Иль не может простить родителям того, что ее с радостью отдали драконам. Пожалуй, только теперь я ее действительно понимаю.

Несколько дней я находился под наблюдением врачей. Меня оставили в покое, когда магическое поле начало потихоньку восстанавливаться. Тогда ко мне пустили Йона…

— Раду!

Знакомый голос едва слышен, в ушах словно вата. Я никак не реагирую на появление друга. Так и сижу, уставившись в стену.

— Радгар!

Йон останавливается напротив меня и чувствительно встряхивает, схватив за плечи. Это неожиданно приводит меня в бешенство.

— Обращайся ко мне должным образом! — взрываюсь я. — Радгар?! Забыл о субординации?!

Еще не договорив, соображаю, что банально срываюсь на Йоне. Я сдерживал эмоции, копил негатив — и нарыв вскрылся, едва рядом появился тот, кто слабее.

— Ну и хорошо, — бормочет Йон, не дрогнув. — Хоть что-то, кроме ледяного безразличия. Раду, ты…

Из одной крайности меня кидает в другую. Не дав Йону закончить фразу, стискиваю его в объятиях и рыдаю у него на плече. И мне плевать, как жалко я себя веду.

— Все так плохо? — вздыхает Йон. — Раду, не надо. Все позади. Ты не один.

Я не один, это верно. Я должен держать удар. Минута слабости закончилась. Я не один. У меня есть друг. У меня есть невеста. Магия вернется. Сейчас я даже эмоций не чувствую, но это временно. Я научился жить без матери. И без отца смогу. Женюсь на Иль — и откажусь от права наследования.

Я больше никому не позволю собой манипулировать!

— Йон, уходи из телохранителей, — прошу я. — Будешь работать на меня.

Он улыбается и хлопает меня по плечу.

— Обсудим, — обещает он. — Я рад, что ты вернулся.

Умываясь ледяной водой, пытаюсь сообразить,