Любимых не отпускают - Мария Сергеевна Коваленко

— Аффект? — предполагает Дима.

— Вероятно. — Не спорю. — А еще стечение обстоятельств. Он пошел на убийство почти сразу после моей пресс-конференции с Евой. Похоже, понял, что я выхожу из сделки и скоро разведусь с Ирмой.

— Вряд ли он там, в своей дыре на краю мира, смотрит телевизор… Но по времени сходится, — нехотя соглашается Штерн.

— Всегда найдутся доброжелатели, которые расскажут новости.

— Мы слушаем телефон Ирмы. Это не она.

— Значит, у него есть ещё один осведомитель.

— Это точно не крот. Иначе он знал бы об Алине с самого начала.

— В любом случае теперь Внуков в курсе, что мы охотимся за оригиналами документов и готов действовать жёстко.

Подобный расклад мы уже просчитывали. Чтобы припугнуть меня и вернуться к сделке, урод просто обязан передать в прокуратуру какое-то из доказательств.

Выбор там небольшой: пара договоров на строительство с искусственно завышенными ценами, чтобы покрыть откаты. Платежки с переводами денег на офшорные счета. Выписки из медкарты одного психа: о телесных повреждениях, сотрясении мозга и лошадиных дозах наркотиков, которые употреблял больной на протяжении нескольких лет.

Именно сочетание последних двух факторов и привело некогда известного гитариста в психушку.

Когда пять лет назад я снимал ублюдка с перепуганной Евы, ничто не предвещало, что один удар в голову может превратить мужчину в овощ. В тот момент мне нужно было нейтрализовать ушлепка и спасти свою девчонку. Последствия всплыли позже, и, к сожалению, Ирма смогла докопаться до правды.

— Следующий ход за Внуковым, — Дима словно читает мои мысли.

— Адвокат готов. Лаевский посвящен во все детали той ситуации. Директора клубов тоже получили распоряжения на случай моего ареста. — Кошусь на часы. По ощущениям время побежало быстрее.

— Отлично. Тогда остаются женщины. Их лучше эвакуировать. — Будто собрался прямо сейчас обеспечить эвакуацию, Дима берет в руки телефон и набирает чей-то номер.

— Мой продюсерский центр в Паланге. Сейчас он свободен. Ева там уже была и все знает.

Морщусь как от зубной боли. Это, наверное, худшее место на земле, куда можно перевезти Еву и дочку. Один раз она уже ждала меня там. Закончилось все хреново. Разгребать с тех пор и разгребать.

— Идеальный вариант. — Штерн прикладывает мобильный к уху. — Билеты сейчас будут. Мои люди сопроводят твоих дам до Паланги. Пара человек на всякий случай останется с ними.

Отчитавшись, Дима отходит в сторону, чтобы поговорить со своим помощником. А я делаю глубокий вдох и поворачиваюсь к раскрытой двери.

Глава 46. Назад в прошлое

Ева

— Я не поеду ни в какую Палангу! — произношу, не дав Лео сказать ни слова. — Я туда не вернусь… — испуганно отступаю от двери.

Не хочу даже представлять, как это попасть в прошлое. Не хочу снова видеть те комнаты, репетиционные залы и общую кухню. Не хочу вспоминать ту боль и ждать… как когда-то.

— У нас нет выбора. — Лео качает головой.

— На земном шаре тысячи отелей, квартир и городов, где можно затеряться. Я уеду. Не задам тебе ни одного вопроса. Но не в Палану…

— Я бы с удовольствием отправил тебя в какое-нибудь другое место. За океан или в уютную глубинку здесь, в России. — Он насильно прижимает меня к себе. — … только там никто не даст гарантий безопасности.

— А в Паланге, значит, все надежно?

Я отталкиваю его от себя. Умом понимаю, что Лео прав — его центр настоящая крепость. Ни одна живая душа не сможет попасть на территорию без личного разрешения Рауде. И все же… В груди словно кислота разливается от слишком ярких воспоминаний.

— Дай мне неделю. Вряд ли мои проблемы затянутся дольше.

— Нет… — Вжимаюсь лопатками в стену.

— Через семь дней я вас заберу.

— Нет… — Закрываю уши руками.

— Потом мы уедем. Улетим, куда захочешь. — Ломая сопротивление, Лео глушит поцелуями все мои «нет» и уводит собираться.

***

Все пять стадий принятия я прохожу за один час.

Сама не верю в то, что добровольно складываю вещи в чемоданы. Мысленно ругаю Лео и подонка, убившего Алину. Убеждаю себя, что неделя — это совсем мало. На несколько минут запираюсь в ванной и растерянно смотрю на свое отражение. А затем смиряюсь.

К моменту смирения в коридоре нас уже ждет парочка охранников с распечатанными билетами на самолет.

— А папа поедет в путешествие с нами? — у самого порога вдруг спрашивает дочка.

— У папы не получится. У него дела. — Я присаживаюсь рядом. Приглаживаю непокорные вихры. И надеваю на малышку шапочку.

— Он может полететь с нами, а потом вернуться и сделать свои дела. — Вика сияет, словно нашла самое правильное решение.

— Я бы с удовольствием отправился с тобой и с мамой. — Лео обнимает нас двоих. — Рядом с домом, где вы будете жить, есть большая красивая яхта. Я обязательно покатаю тебя на ней, когда приеду.

— Значит, не сейчас? — Уголки пухлых детских губ опускаются вниз.

— Через неделю. — Рауде целует дочку в лоб. — Вот увидишь, это мало. Всего… — Он загибает пальцы. — Один день, второй, третий… и седьмой.

— Нет! Много! — Качает головой Вика. — Почти столько, сколько тебя не было в прошлый раз.

Вроде бы дочка не говорит ничего особенного… Моя малышка еще плохо разбирается во времени, неделя для нее — вечность. И все равно… эта фраза цепляет за живое. Отзывается на сердце будто какое-то пророчество.

— Я ни за что не пропущу больше ни одного твоего дня рождения, нового года или любого другого дня. — Лео берет дочку на руки.

— И маминого!

— Конечно! Как без мамы?

Рауде улыбается. Вокруг глаз собираются тонкие лучики-морщинки, а глаза так блестят, что не могу отвести от него взгляд.

— А еще ты обещал мне новую горку… — Моя маленькая манипуляторша обхватывает Лео за шею.

— У нас впереди много дел. — Голос Рауде хрипнет. — Ты научишь меня плести косы твоим куклам, завязывать бантики, кататься на горке и готовить печенье из песка.

— Пап! — Вика отстраняется. — Не печенье, а пироги!

— Точно. Самые вкусные пироги в мире.

— И мы снова будем жить вместе каждый день?

— Только вместе! Пока ты не повзрослеешь и не решишь жить отдельно от родителей.

— Я заберу тебя с собой. Не хочу отдельно. — Решительно кивает дочка, и с детского лица наконец стирается тревога.

Счастливая за Вику, я мгновенно забываю свою глупую мысль о пророчестве.

Под присмотром целой команды охранников Лео отвозит нашу женскую сборную в аэропорт. Проходит вместе с нами таможенный контроль. И лично застегивает на каждой ремень безопасности