Девушка-праздник - Татьяна Алюшина

И, пользуясь замешательством Дарьи от такого напора, повел ее к своей машине.

Промучившись, ворочаясь с боку на бок, уж все дела в голове перебрав завтрашние и поняв, что не заснет, Власов встал и спустился на первый этаж, налил себе пятьдесят граммов коньяка – испытанное средство для таких бессонниц.

«Дашка, наверное, не спит», – почему-то подумал, посмотрел на часы – второй час ночи.

Посомневался пару минут и набрал номер. Два-три гудка ее не разбудят, если спит. Два-три гудка, не дольше!

Она ответила после первого.

– Власов, ты чего не спишь? – веселым голосом отозвалась Даша.

– А ты чего? Кошмары? – обеспокоился Игорь.

– Нет. Изгнаны тобою напрочь. Не сплю вот, мысли всякие думаю.

– Не надо тебе всякие мысли думать, – улыбался он, – тебе спать надо и выздоравливать.

– Ладно, – вздохнула она, – уговорил. – А я как раз вспоминала, как ты меня коварно к себе заманил.

– Все. Пока. Спи, – распорядился он в последний раз.

Власов смотрел в широкий стакан, на дне которого темной янтарной полоской просвечивался коньяк, и улыбался, думая, что они с ней сейчас вспоминают одно и то же.

Сразу по приезде из Италии он нашел в Интернете фирму, где работала Дарья, выяснил условия, расценки. Позвонил и, перебив менее значительные заказы, застолбил свой, сделав упор на необходимость серьезного контроля за качеством проведения мероприятия.

– Конечно! – уверили его. – На такие большие заказы всегда выезжает наш исполнительный директор.

Удостоверившись в Дашкином обязательном участии, все дальнейшие переговоры Игорь поручил Марии Семеновне, потребовав сохранить анонимность.

Он волновался, всерьез волновался, сам удивляясь себе.

И даже пришлось пару раз глубоко вздохнуть, остужая ожидание перед дверью гримерки. И еще сдерживать себя, когда увидел Дашку, слушал ее наставительную речь.

Она стояла к нему спиной, в дорогом льняном светлом костюме – юбка в обтяжку до колен, жакетик с коротким рукавом, тоже, между прочим, в обтяжку, высокие каблуки, собранные в пучок под затылком волосы.

Попка, ножки, шея! Власову пришлось еще пару раз глубоко вздохнуть!

Дашина реакция на него стоила каких угодно денежных затрат и усилий! То, что выразило лицо Дарьи в первые мгновения, когда она к нему повернулась, можно вручать главным призом мужчинам в Олимпийских играх!

И как она искренне призналась, освобождая его от сомнений, вопросов, подозрений: «А вдруг он ошибся?»

– Не знаю. Слишком неожиданно, слишком врасплох и всякие неприятные мысли от этого. И я о тебе думала!

И сразу все стало правильно и на своих местах!

Игорь повез Дашу на одно из производств – мясоперерабатывающий и колбасный комбинат, где ему надо было на месте решить с управляющим пару вопросов.

– Я буду тебе показывать и работать, так что первичную экскурсию проведем, решая по ходу мои задачи.

– Давай, – согласилась она.

Он с особым мужским удовлетворением наблюдал не сходившее с ее лица потрясение от увиденного. Начиная с того момента, когда Дарья, высунувшись из окна джипа, разглядывала производственные постройки.

– Власов, мы, часом, не на германской вотчине?

– Нет. В среднерусской полосе. Но этот завод построен по ирландской технологии, а оснащен специальным европейским оборудованием.

И Дашка надолго замолчала, когда они одевались в стерилизационной комнате – бахилы, шапочки, длинные спецхалаты, перчатки и повязки на лицо, а он пояснял:

– Мы выпускаем продукты без применения химических компонентов и консервантов, поэтому повышенные требования к стерильности. А технологии изготовления колбасных и мясных продуктов нам пришлось брать шестидесятых годов совкового производства, когда не применялись все эти добавки. Ты знаешь, что в нынешних колбасных изделиях, даже очень дорогих и известных брендов, мясо составляет не более пятидесяти процентов? А у нас чистого мяса девяносто пять процентов.

Он перепоручил примолкшую Дарью начальнику цеха и ушел с управляющим в кабинет, разобрался с вопросами за полчаса, забрал Дарью, так и молчавшую задумчиво.

– Следующим пунктом – офис, или правление, как привыкли называть мои колхознички. – И, присмотревшись к ней, спросил: – Даш, ты чего притихла?

– А я ведь тебя знаю, Власов! – выдала она обвинение. – Твои магазины стоят в гетто для богатых на Рублевке и еще в паре поселков той же ценовой ниши! Называются просто и незатейливо: «Продукты хозяйства Власова». Мы, когда там работаем, домохозяйки заказчиков взахлеб восторженно про твои продукты говорят. Я сама, пользуясь случаем, накупила для Лизки всякого. Мы с Катькой проверяли на всех детекторах – на нитраты, пестициды, консерванты, да на все – ноль! Цены у тебя, конечно, занебесные, но ведь фиг где купишь! Не ездить же за твоей продукцией на Рублевку, да там ее в момент раскупают!

– Я не понял, это что сейчас было? – усмехнулся он ее горячности. – Возмущение?

– Восхищение, с хорошей долей обиды! – тоном обманутого ребенка заявила Дашка.

– Почему обиды? – уже посмеивался он.

– Ну как я не докумекала?! Мне же показалось что-то знакомое, когда ты сказал, что занимаешься сельским хозяйством и фамилия твоя Власов!

– И что бы это изменило?

– Ну не знаю! Не чувствовала бы сейчас себя так глупо! Я же читала статью про твой агрокомплекс, целый разворот в журнале «Деньги», и интервью с тобой, и запомнила, потому что чистые продукты – лекарство для Лизки! Как можно было не сообразить?! К тому же это что-то невероятное – полностью экологически чистое сельскохозяйственное производство!

– Даш, ты чего завелась-то? Ну, не вспомнила, и слава богу! Нам с тобой тогда это не надо было, – заявил он.

– Ладно, Власов! Я повозмущалась, с первым потрясением почти управилась, на себя еще сильно досадую, давай показывай дальше. Удивляй!

Он расхохотался от всей души, по-мальчишески радуясь ее высокой оценке, надеясь и дальше удивлять, похвастаться, что ли, и чувствуя рядом с ней такую небывалую полноту жизни и своей мужской самости!

А Дашка, поругав себя мысленно, решила «забить» на свое возмущение и узнать как можно больше – ведь интересно же как, захватывающе!

Внешний вид здания правления хоть и был облагорожен современной отделкой и радовал глаз дизайнерскими ухищрениями, но, слава богу, новомодностью не потрясал. Зато внутреннее содержание!.. Офис сорок восьмого этажа здания делового центра Москвы!

– Потакаете выпендрежу, господин Власов? – не удержалась от едкого замечания Дашка.

– Не без этого, – не переставал улыбаться он. – Но у меня здесь уйма всяких переговорщиков. Иностранцы постоянно толкутся, надо марку держать!