Профессорская дочка - Елена Колина

Дело Дня – Неопытное привидение получает свой гонорар.

На этот раз я не пила кофе в приемной – вот что значит писатель с договором.

«Привет, Машка», поцелуй в щеку, и Игорь Юрьевич уже сидел за столом, а я в кресле-гамаке коленками наверх. И чувствовала себя там неплохо.

Дело в том, что я не зря провела время, прошедшее со дня выхода «Варенья», а изредка заходила в один-два книжных магазина, если честно, в четыре, каждый день. Волновалась, не столкнули я Игоря в финансовую яму своим «Вареньем».

Если мое «Варенье» стояло на полках в магазинах, я волновалась, что оно не продается и неужели мне придется купить все самой?! Если его не было, я думала, что магазины отказываются от «Варенья» с отвращением… Но теперь я уже знаю, что все «Варенье» продано и мы с Неопытным привидением на коне!..

– Принесла «Неопытное привидение», – с достоинством сказала я. – И сюрприз.

– Какой сюрприз? – рассеянно спросил Игорь.

Мой сюрприз вот какой – с тех пор как Вадим опять появился, я сочиняла как сумасшедшая, иногда даже без халата и тюбетейки. И написала еще одну книжку – «Кот открывает двери».

– «Кот открывает двери», – сказала я.

– Кот! – закричал Игорь в переговорное устройство. – Почему кот, откуда кот?!

Секретарь не отозвалась, наверное, вышла, и ему пришлось выйти из-за стола и самому осмотреть кабинет.

Я сидела со скромной, но мефистофельской улыбкой и с места помогала Игорю Юрьевичу искать кота – уверяла, что я его видела то в одном углу кабинета, то в другом.

Не знаю, зачем я это сделала. Анна-Ванна говорит, что даже на самых смирных людей иногда находит и они совершают необъяснимые поступки с целью заявить о себе окружающему миру, а потом долго просят у мира прощения.

Кота не нашли, и я перешла к Делу Дня.

Ада сказала: «Раз уж у тебя и «Кот», и договор – это уже бизнес. А в бизнесе люди должны друг за другом присматривать». Но как я могу присмотреть за Игорем Юрьевичем, если Игорь при мне не подделывает векселя и не подчищает счета? К тому же между нами всегда огромный стол, и он просто не сможет до меня дотянуться, чтобы снять с меня последнюю рубашку.

Ада велела сказать: «Я требую гонорар».

Неужели так прямо и сказать: «Требую гонорар»? Получится некрасиво, как будто я подозреваю Игоря в нечестности, в обмане. Может быть, подождать, пока он сам скажет?

Болтала обо всем: о погоде, о новых книжках, не моих, о фильмах, пока не заметила, что Игорь отвечает все более вяло. Это и был мой план – расслабить его светской беседой и неожиданно, как бы между прочим, потребовать гонорар.

– Игорь… – Я наконец решилась. – Не то чтобы я хотела… но ведь это тоже странно… ведь писатели… Я, например, очень люблю шоколадные тортики и мандарины.

– Я тоже, – сказал Игорь. – Давай сюда «Неопытное привидение».

– А…

– А – что?

– А гонорар… ры… Буду я получать ры? Не обижайся. Ры могут быть маленькие. Ты не думай, дело тут вовсе не в деньгах, – заторопилась я, – у меня же есть переводы, спасибо папе. Папа говорит, что нельзя смешивать дружеские и деловые отношения, мы и не смешивали. Но мне кажется, мы все-таки можем смешать…

– Будешь, потом.

Так, варианты ответа: я возражаю, не хотелось бы, не вполне согласна, фига.