Всем сердцем - Дороти Уильямс

Неловкость, которую все еще испытывала Эрика, стала постепенно сменяться нарастающим возбуждением. Ее рука задержалась на спине Мартина, она прижалась к нему еще теснее, почувствовала, как ее тело стало горячим. Он весь напрягся от ее прикосновения.

Немного осмелев, Эрика стала ласкать его спину, потом ее рука спустилась к его ягодицам. И тут она замерла: нет, теперь все было совсем иначе, чем прошлой ночью. Невозможно пережить все снова. Ей мешало сознание того, что Мартин не спит и — ждет.

— Мартин, — прошептала Эрика. Он повернулся к ней и заключил ее в объятия.

— Глупо, конечно, — прошептал Мартин, — но, когда я проснулся утром и обнаружил тебя рядом, мне захотелось узнать, что ты проделала со мной, пока я спал, какими были твои прикосновения. Но я не могу терпеть, я очень хочу тебя. — Накрыв ее своим телом, как это было утром, он стал так нежно, с такой любовью целовать Эрику, что ее глаза наполнились слезами.

Эрика крепко обняла Мартина, прижавшись к нему своим гибким телом, и отвечала на его поцелуи и ласки со всем пылом, на который была способна. Казалось, она хранила все это время свою страсть и нежность только для него.

Мартин оказался опытным и очень нежным любовником. Его ласки были уверенными, как будто они с Эрикой были давно близки. Как и ожидала Эрика, он был достаточно раскован и изобретателен в любви. После первого, жаркого и нетерпеливого, акта любви Мартин зажег лампу у кровати и продолжал дарить ей все новые и новые ласки, уже больше не торопясь, стремясь доставить ей как можно большее удовольствие. И Эрика отвечала ему тем же.

Они без устали меняли позы, перехватывая друг у друга инициативу, терпеливо исследуя и познавая друг друга, словно старались наверстать упущенное время… К утру, когда у них иссякли последние силы, Эрика и Мартин очнулись лежащими головами в противоположную от изголовья сторону кровати. Впрочем, это сейчас не имело ни малейшего значения.

Мартин оглядел Эрику и отметил с нежностью и без упрека:

— Ты слишком худа, моя радость.

— Я знаю.

— Надо будет немного откормить тебя.

— Я согласна на эту жертву.

— Я хочу видеть прежнюю Эрику — с соблазнительными формами, смеющимися глазами и роскошными волосами.

— Потерпи немного, она вернется, — улыбнулась Эрика, охваченная непривычной сентиментальностью.

— Но я все равно люблю тебя. Такую, какая ты есть.

— Да, милый.

— Что ты сейчас чувствуешь?

— Твою любовь. А ты?

— Отчаяние.

— Отчаяние?

— Угу.

— Но в чем дело?

— Ты не любишь меня.

— Я люблю тебя! — возмущенно заявила Эрика.

Мартин слегка отстранился:

— Ты никогда не говорила мне об этом.

— Это не так!

— Никогда.

— Разве?

Эрика с улыбкой коснулась его лица:

— Тогда я скажу сейчас. Я люблю тебя.

— Спасибо.

— Ты не мог не знать этого.

— Я догадывался.

— Ты знал. — Эрика стала серьезной и осторожно провела пальцами по его щеке и подбородку. — Как долго я ждала этого момента, — прошептала она. — Без этого я была такой жалкой и несчастной.

— Я знаю. Извини.

— Не бросай меня.

— Что ты, ведь я люблю тебя.

— Почему тебе понадобилось столько времени, чтобы сказать мне об этом?

— Потому, что я считал, что ты не готова услышать это. Я знал, что причиняю тебе боль своим поведением. Мне было невыносимо видеть твои страдания. Но ты много раз повторяла, что хочешь только дружбы. А меня это не устраивало. Каждый раз, когда разговор касался этого, ты меняла тему.

— Я боялась услышать, что я тебе не нужна.

— Ты не говорила о Роберте.

— Я не хотела говорить о нем.

— И я решил, что ты сильно по нему страдаешь. Иногда ты выглядела такой потерянной и несчастной. Когда любишь человека, то стремишься сделать его счастливым. И если для этого надо было вернуть Роберта…

Эрика изумленно заключила:

— Так вот зачем ты пошел к нему!

— Да. Благородный поступок, не так ли? — грустно улыбнулся Мартин.

— Наоборот, глупый, — возразила Эрика. — Мне был нужен вовсе не Роберт.

— Но я не знал этого. Я считал, что мною ты хочешь лишь заменить его.

— Никогда!

— Ты всякий раз отвергала мои поцелуи.

— На самом деле все было как раз наоборот. Мартин коротко рассмеялся:

— Хочешь знать, почему он бросил тебя?

— Он сказал тебе?

— Да, конечно. Ты знала, что он заядлый игрок?

Эрика чуть нахмурилась и задумчиво сказала:

— Мне известно, что он ходил на скачки…

— И в один прекрасный день проигрался в пух и прах, оказавшись в долгах. Его единственным достоянием был дом с ресторанчиком, который он сдавал тебе.

— Значит, он должен был срочно продать его.

— Да. То, что ты попала тогда в аварию, оказалось ему на руку.

— И, поскольку он оказался трусом и испугался объяснений, он просто исчез.

— Да, — мягко подтвердил Мартин.

— А я отнесла это за счет того, что очень подурнела после аварии. Сестра в больнице говорила мне, что он приходил, когда я лежала без сознания. Но больше он не возвращался.

— Ты вовсе не подурнела, — сказал Мартин с такой нежностью в голосе, что Эрика чуть не заплакала. — Ты не можешь подурнеть;

— В самом деле?

— Да.

Эрика снова погладила Мартина по лицу, ее губы дрогнули в улыбке:

— Сейчас в том доме магазин электротоваров.

— Я знаю.

— Давай не будем больше об этом.

— А о чем будем? — с улыбкой спросил Мартин.

— О том, как мы станем любить друг друга и как сделаем детей. Ведь ты обещал Шарлотте, — добавила Эрика с озорной улыбкой.

— Так давай не будем терять время!

— Согласна. А скажите-ка, мистер Белчер, почему вы, при вашей любви к детям, не женились до сих пор?

Мартин улыбнулся.

— Я ждал, когда придет время. Наверное, я считал, что из меня не получится хороший муж, что еще не встретил подходящую пару. Может быть, дело в том, что я всегда мечтал иметь такую же прекрасную семью, какая была у моих родителей и у брата. Но потом я встретил тебя.

— Я постараюсь стать тебе хорошей женой, — пообещала Эрика.