Второй шанс для истинной - Кристина Юрьевна Юраш

– И может быть, поэтому я ушел? – произнес Сигурд, чуть прикрывая глаза.

Внутри что-то трепетало, словно маленький, пушистый заячий хвостик. Трепет опускался вниз живота, и казалось, что там, внизу, бьется много-много маленьких бабочек.

– О таком ты не думала? – прорычал Сигурд. И тут же резко дернул меня к себе, снова принюхиваясь к моим волосам. – Сальгард еще отгр-р-ребет по полной.

– Не надо! – возмутилась я, но чувство бабочек не проходило. Слишком близко мы были друг к другу. – Он ни в чем не виноват! Мы обменялись. Я ему почесушки, он мне – защиту! И ничего больше.

– Я знаю, – потянул воздух Сигурд, снова принюхиваясь ко мне. – Что ничего между вами не было. – Иначе твой запах изменился бы…

– Что ты делаешь? – прошептала я, немного смутившись. Пока что меня смущали собственные чувства. Такие противоречивые и волнующие. Словно смерть с оскаленной пастью зависла над моим горлом, капая слюной…

– Не надо, – прошептала я, сползая глазами вниз по его груди туда, где мои бедра были прижаты к нему. – Я… я… я знаю, чем это закончится! Поэтому пусти. Если хочешь, я потрусь об тебя. Но только потрусь…

Сигурд поднял мое лицо за подбородок.

– Я не могу понять одного, – прорычал он, а я осторожно прикоснулась к его медальону пальцами. Холодный металл, массивная цепочка… – Почему ты отказываешься? Ты мне объяснишь? Или я буду звер-р-рствовать.

Я вздохнула, а потом решила сказать всё, как есть.

– Понимаешь, – прошептала я, глядя ему в глаза. – Я видела странный сон. Еще до нашей встречи… И… Так получилось, что… В этом сне ты… ты… Ну…

И тут я смутилась окончательно. Мне и думать о таких вещах неловко, а тут еще и рассказывать! Вслух!

– И под конец, – решила я перейти к сути. – Ты загрыз меня. Во сне.

– Загр-р-рыз? – спросил Сигурд, глядя мне в глаза. Он принюхался.

– Да, загрыз, – кивнула я утвердительно. – Ты обернулся волком и зубами вцепился мне в горло… Вот…

Глава 31

Ни одной женщине не хочется быть одноразовой. А тут еще и в прямом смысле.

Пара секунд прошла в тишине.

Брови Сигурда поднялись, а он посмотрел на меня пристально и внимательно.

– То есть, – прорычал Сигурд. – Ты была уверена, что… я тебя загрызу? Так сказать, плохая истинная, несите следующую?

– Я не знаю, – произнесла я.

Сигурд посмотрел на меня внимательно-внимательно. Мне казалось, что сейчас он сядет на стульчик в позе унылой лисы. И останавливает его только то, что стульчика поблизости не было.

– А ты знаешь, как вообще ставится метка? – спросил он, вглядываясь в мои глаза.

– Откуда? – сглотнула я, чувствуя, как нарастает волнение. Теперь к нему добавился еще и легкий стыд. Словно я сказала что-то не то.

Я несколько раз глубоко вздохнула. С волками жить – по-волчьи выть!

– Метка оборотня ставится сразу после того, как она стала его, – усмехнулся Сигурд. – Зубы прикусывают кожу на шее, и рана тут же затягивается.

– И сколько девушек после этого выживает? – спросила я, вспоминая огромного зверя с окровавленной пастью, нависающего надо мной.

– Если бы девушка умирала, то оборотни вымерли бы! – со смешком произнес Сигурд.

– А шрам? – спросила я, немного освобождаясь из его объятий.

– Едва заметный, – мрачно произнес Сигурд. – Иди сюда! Сейчас покажу! Позор-р-рище!

– Честно сказать, я смутно все это представляю, – созналась я.

Он подошел к столу, взял бумагу и обмакнул перо в чернильницу.

– Вот девушка, – прорычал Сигурд, рисуя фигуру. Три волосины, торчащие из странной головы на длинной тонкой шее, намекали, что либо Сигурд не художник, либо вкусы на женщин у него своеобразные. – Вот платьице! Вот грудь.

Альфа нарисовал треугольник и знак бесконечности в предположительном месте нахождения груди. Он подумал и нарисовал две точки глаз и тонкие ручки и ножки.

– Вот – волк, – произнес он, а я понимала, что сказка «Красная шапочка» с его иллюстрациями стала бы бестселлером.

Огромная рука с перстнем выводила зубастую крокодилью пасть, похожую на две пилы. Сверху и снизу. Тельце волка было маленькое, поэтому было понятно, что оно нас не интересует.

– Волк овладевает девушкой… – произнес альфа, свирепо сопя. Он рисует на листочке схематический процесс. Пока что сложно понять, где чьи конечности. – После…

Он стянул еще один листик.

– Вот здесь, – произнес он, показывая стрелкой на первом листочке и на последнем. – Он кусает ее за кожу!

Подумав немного, он нарисовал капли крови, летящие в сторону.

– А обезболивающее полагается? – спросила я, сглатывая. Выглядело так, словно он ей сейчас шею перегрызет.

– Девушка ничего не чувствует! – повернулся ко мне Сигурд.

– Это девушки говорят? – скептически спросила я, недоверчиво прищурившись.

Я к стоматологу боюсь ходить, трясусь как осиновый листик, а тут мне обещают половину шеи откусить! Без анестезии! А вдруг он что-то не то там перекусит? Вдруг он там зацепит что-то жизненно важное? А потом такой: «Упс!» И лапами зароет, листиками закидает, как Сиги какашку, мол, и я не я, и это девушку я впервые в жизни вижу.

– Потом все это зарастает! И остается шрам! С этого момента женщина принадлежит волку! Все пр-р-росто! – произнес он, сверкнув глазами.

Я видела на последней картинке зубастого волка с мордой-пилой, который довольно улыбался. На лице нарисованной девушки была кислая улыбка.

– Ну, в целом схема как бы понятна, – согласилась я, глядя на него. – Но меня это как бы не очень устраивает. А развестись можно будет?

– Что?! – вспыхнули глаза Сигурда.

– Ну, разойтись потом, – произнесла я. – Ну мало ли вдруг? Не сошлись характерами?

– Это навсегда! – отрезал Сигурд.

Этот холодный хищный взгляд позволяет ему вертеть женщинами, как ему заблагорассудится. И даже сейчас, когда он смотрит на меня, мне хочется, что он должен немедленно забыть о других и думать только обо мне. Но гордость не позволила сказать это вслух.

– Отлично, – произнесла я. – Теперь все понятно.

Альфа направился к двери.

– Если я узнаю про то, что ты трешься об Сальгарда… – глаза сверкнули.

– Только ты его не ругай, Сальгарда! – предупредила я.

– Р-р-разберусь! – прорычал альфа.

Сальгард ведь помочь хотел… Не безвозмездно, конечно, но все же!

– Он знал, на что шел! – произнес Сигурд. – За такое полагается смерть. И он знал об этом.

То, что жизнь Сальгарда в опасности, я поняла по взгляду.

– Иди сюда, – произнес Сигурд, а в его голосе звучал приказ. Он стоял на пороге. – Я не позволю тебе позорить меня перед стаей! Если они учуют на тебе запах Сальгарда, это будет