Мобильные связи - Мария Арбатова

– Это госпожа Трунова, хозяйка данного офиса и супруга господина Трунова, с которым вместе они защищают заложников «Норд-Оста»… – представила я.

– Я не знаю, кто такой Трунов! – злобно буркнул генерал, видимо, внешность и молодость Людмилы его добили.

– Как вы далеки от жизни своей страны… – захихикали мы с Полей. – А кто такой Путин, знаете?

Людмила села за переговорный стол, включила собственный диктофон в плюс к моему, а секретарь поставила перед ней кофе с молоком. Несмотря на место, из которого она явилась, и задачу, которую там выполняла, Трунова смотрелась как фотомодель.

– Я так понимаю, вы главный адвокат Мариванны? – напрягшись, спросил генерал.

– Как вы понимаете, так и будет, – засмеялась она, и генерал понял, что мы на нем только разминались, а сейчас все и начнется.

– Ну, у вас тут такой «круглый стол» против меня одного, – пожаловался он.

– А вы пошлите за подкреплением, – предложила Людмила.

– По возникшей проблеме я хотел бы понять, какие шаги сейчас предпринимаются с вашей стороны… – начал он.

– А в какой роли вы к нам пришли?..

– В роли… информационно-познавательной.

– Пришли поспрашать?

– И предложить… – Он озвучил лифшицевские варианты.

– Ну, из-за неправильно осознанных правовых позиций Лифшица Мариванна понесла большие потери, – сказала Людмила, прихлебывая кофе, – она длительное время находится без транспортного средства… Нам нравятся оба ваших предложения, мы решим, какое из них принять… С первым мне понятны все правовые последствия и правовая природа дальнейших наших действий. Очень обширных. А со вторым… должна прозвучать цифра.

– Мне сейчас Мариванна встречное озвучила, – попытался он пожаловаться, – она выдвинула совершенно другие условия… я пытаюсь это осознать…

– В связи с неправомерными действиями господина Лифшица, который сэкономил на юридическом обеспечении… правовые последствия, если мы не договоримся, будут для него совершенно сокрушительны… – мягко сказала Людмила. – Мы, конечно, готовы рассмотреть ваши предложения, иначе мы уже были бы в суде. И цифры, которые бы мы там объявили, произвели бы на вас глубокое впечатление.

– Людмила, он готов отдать нам машину в настоящем виде. Те две тысячи, которые мы истратили на адвокатские услуги, погашаются. Но сюда даже не входят издержки на независимого эксперта… – обобщила я.

– Получается, что еще Лифшиц вам должен? – вскрикнул генерал.

– Остальное я даю ему на чай, – махнула я рукой.

– Ничего себе! – Генерал подыскивал слова от возмущения. – Автосервис налетает на несколько тысяч долларов, и он еще должен!

– Ой, давайте не будем. У меня есть крупные автомобильные корпорации, которые я обслуживаю, и я вам могу точно сказать про себестоимость запчастей и себестоимость машины. И сколько накидывается, и сколько в результате получается в наваре… – холодно пояснила Трунова.

– Если бы Лифшиц зарабатывал бешеные деньги, у него был бы не такой автосервис, – напомнил генерал.

– Сейчас мы заплачем от жалости к Лифшицу! – вздохнула Поля Ковач.

– Ваш клиент допустил ряд нарушений законодательства, когда получил машину, когда взял ее в ремонт, когда не сделал ряд последовательных действий, которые должны были быть сделаны в соответствии с требованиями закона. У него нет юридического обеспечения, неверно ведется документация… – спокойным голосом учительницы двоечнику объяснила Трунова. – Есть человек, который пострадал от этого. Посему я предлагаю вам разойтись мирно, даже полюбовно, даже дружить оставшуюся жизнь… Из-за вашего клиента Мариванна пострадала морально, с его стороны было бы галантно, правильно и законно вернуть машину в отремонтированном состоянии…

– И не получить за это никаких денег? – упорствовал генерал.

– За что? – уточнила я.

– За ремонт! – огрызнулся генерал.

– Так его ремонт как раз равняется нашему ущербу, – напомнила я, и тут щелкнула кончившаяся кассета. – Подождите, подождите! Я ее переверну.

– Я даже забыл, что идет запись! – удивился генерал.

– Путин говорил своим подчиненным еще в Контрольном управлении: жить надо так, как будто тебя все время записывают, особенно когда тебя все время записывают, – вспомнила я.

– Я, надеюсь, не сказал ничего лишнего? – пристально оглядел нас генерал.

– Расшифровка покажет…

– Итак, у нас есть: дополнительные расходы на передвижение, сорванные сделки и контракты… помимо ущерба, причиненного машине, есть еще упущенная выгода… вы же знаете такую статью обвинений, вы же грамотный человек… – перечислила Трунова.

– Знаю, – обреченно откликнулся генерал.

– Машина, то есть имущество, находится в чужом незаконном владении, – как бы про себя сказала Трунова, – а есть ведь еще нюансы, которых вы не знаете и, если мы договоримся, никогда не узнаете. А если не договоримся, узнаете в суде. Мы хорошо готовились к встрече с вами… планомерно… это наша работа…

– Я, получается, попал как кур в ощип… – промямлил генерал.

– А куда вы собирались попасть, идя на переговоры с серьезным адвокатом? – игриво спросила Поля Ковач.

– Да я ничего, я слушаю смиренно… – развел руками генерал; было ясно, что он не знает, как строить мост: то ли вдоль, то ли поперек.

– Вы не обижайтесь на Полю, она пишет милицейские сериалы, она сейчас материал собирает. Пленочку с записью я тоже ей отдам, – хихикнула я, – после суда…

– Да, мне сегодня позвонили из милиции, сказали, можете забирать машину, – словно вспомнила Поля. – А как ее правильно забирать?

– Вызовем специалиста, он составит акт приемки. Состояние машины будет зафиксировано самым подробным способом, – пояснила Трунова, – все эти документы в случае нашей невозможности договориться пойдут в суд.

– Так вы все-таки хотите суда? – спросил генерал.

– Мы думаем… вместе с вами. Видите, мы показали вам возможности и способности наших юридических инструментов. Лифшиц хочет, чтобы его бизнес процветал… мы не кровожадны, мы тоже хотим, чтобы он процветал, но на правовом поле… – устало сказала Людмила с лицом, напоминающим анекдот: «Ищу подопытного кролика. Опытный кролик».

– Конечно, проще всего было бы пойти не правовым путем, – подхватила я ее интонацию, – но, поскольку занимаюсь правозащитной деятельностью, хочется сделать историю максимально простой и прозрачной. Сами понимаете, легче было выйти на Лифшица сверху, послать на него налоговую или прокурорскую проверку. Но нам важно идти путем, которым может пойти каждый, и посмотреть, что встречается на этом пути…

– Да просто вы решили любыми путями добиться своего! – совсем уж некстати рявкнул генерал.

– Почему любыми? Что мы делаем незаконно? По вашей вине и самонадеянности ваши расходы оказались равными нашим… – напомнила Поля.