Никакой магии - Карен Брукс

И тут Джози не выдержала. Она всхлипнула и уткнулась Нериде в плечо.

— Если бы я не согласилась ему помогать, он бы убил Слоуна…

Нерида осела на пол. Истинные намерения Джози не имели никакого значения.

— Он лгал, — прошептала девушка скорее себе, чем Джози. — Харгроув собирался его убить в любом случае.

Слоун поглядел на афишу и покачал головой, удивляясь превратностям судьбы. Будь она расклеена на неделю раньше, Билли Фиск сидел бы сейчас в камере вместе с погромщиками из трущоб. А сейчас этот человек, разыскиваемый властями штата Канзас за побег из тюрьмы, укрывался где-то в Кокерс-Гроуве.

Похож, признал Макдонох. Художник сумел передать и усмешку, и намечающуюся лысину. Но Слоун слишком хорошо помнил Билли, а другим сходство могло и не броситься в глаза.

Он смахнул афишу в ящик стола. В участке было тихо. Большинство арестованных не успело наделать серьезных бед, поэтому их просто оштрафовали на два доллара за нарушение общественного порядка и отпустили по домам. В тюрьме оставалось лишь четверо особенно «отличившихся», но и те не могли понять, что их довело до исступления, и горько оплакивали свою судьбу.

Придя на участок, Слоун отослал Кепплера спать, Тодда Ньюкомба — совершать обход, а сам стал разбирать почту. Тут-то и обнаружилась злосчастная афиша. Будь она расклеена раньше, Фиску пришлось бы тут же бежать из города.

К четырем часам дня были мобилизованы четырнадцать человек, включая Калеба Дакворта. Тем, у кого не было оружия, выдали пистолеты. Один Калеб знал настоящую причину кутерьмы, другим Макдонох просто объяснил, что кто-то видел в городе человека, подходившего под описание…

Слоун поднял глаза. В дверном проеме темнела фигура Джорджа Самуэльса.

— А почему вы не участвуете в облаве? — спросил газетчик, проходя в комнату.

— В какой облаве?

Самуэльс поднял бровь.

— Ну, начальник, если половина жителей Кокерс-Гроува выходит отсюда со значками на груди, это значит, что они мобилизованы. Мы часто не сходились в мнениях, но я никогда не обвинял вас в необдуманных поступках.

— Просто не хочу повторения событий прошлой ночи, — пожал плечами Слоун. — Жители трущоб все еще взбудоражены, а горожане поговаривают о мести. Каждому ясно, что…

— Не вешайте мне лапшу на уши, Макдонох. Я не спрашиваю, почему они пошли патрулировать улицы. Меня интересует, почему вы не с ними.

— У меня есть для этого причины.

— Не сомневаюсь. Но что это за причины, черт побери?

— Джордж, я ведь не учу вас, как выпускать газету. Надеюсь, что и вы не будете учить меня, как проводить облаву. По крайней мере, до субботы я остаюсь начальником полиции Кокерс-Гроува и не обязан объяснять вам свои поступки.

У Самуэльса отвисла челюсть. Но молчание длилось недолго.

— Вы должны объяснять их жителям города.

— Я никому ничего не должен. Мне платят за работу, я ее выполняю. Если людям не нравится, как я справляюсь со своими обязанностями, пусть они выбирают мэром Бенуа Харгроува, а тот назначит нового начальника полиции.

— Вчера утром, когда был ранен мэр, вы не справились со своими обязанностями. И вечером во время погрома тоже.

— Решать выборщикам, а не вам. А сейчас, если вы не возражаете, я собираюсь поработать.

Самуэльс захлопал ресницами.

— Знаете, я ведь могу напечатать ваши слова. Понравятся ли они выборщикам?

— Валяйте, Джордж. Мешать не стану.