Разговор о любви - Глория Эванс

– Понятно, – произнес Тим спустя минуту. – Хорошо. Спасибо за помощь.

Он положил трубку, и почесал затылок. Джоанна заглянула ему в глаза и, не увидев в них ни тревоги, ни недовольства, решила, что он просто прекрасно маскирует свои эмоции.

– Все в порядке? – осторожно поинтересовалась она, приближаясь к нему.

– Да.

– А мне показалось…

Тим глянул на телефонный аппарат, потом на Джоанну.

– А-а, ты о моем звонке! – Он на секунду-другую замолчал, и мысли Джоанны против ее воли заполонило множество неприятных предположений о том, с кем, о чем и как долго он разговаривал. – Никак не могу связаться с отцом.

Волнение, сдавившее грудь Джоанны, почему-то усилилось. Вернее, она даже понимала почему. У нее возникли подозрения, что он пытается дозвониться до какой-то другой женщины. Подозрения совершенно неуместные и глупые. Ревновать Тима у нее не было ни малейшего повода.

– С каким отцом? С тем, что живет в Шарлотте, или с тем, что сейчас отдыхает с женой в Европе? – спросила она, заставляя себя улыбнуться.

– С тем, который в Европе. Точнее, который должен быть там…

Джоанна слегка наморщила лоб.

– Там сейчас день или вечер. Неудивительно, что твой отец не сидит в отеле. Поехал с женой куда-нибудь развлечься, это же нормально.

Тим хмуро кивнул.

– Признаться, о разнице во времени я напрочь забыл, когда надумал позвонить. Понимаешь, администратор утверждает, будто отец с женой уже уехали из их гостиницы.

– И ему неизвестно, куда именно? – спросила Джоанна. – Многие люди сообщают свои новые адреса, чтобы даже во время отдыха их можно было разыскать.

– Мой отец считает, что если уж отдыхать, то по-настоящему.

– Прямо как мистер Брайтман, – сказала Джоанна, с улыбкой вспоминая своего решительного босса. Тим резко вскинул голову, и она успела заметить мелькнувшую на его лице тень. – Тебе нужно поговорить с ним именно сейчас? – попыталась выяснить Джоанна.

– Сейчас? – переспросил Тим, словно был занят совершенно другими мыслями. – Нет. Вовсе нет. Я просто хотел спросить, как им отдыхается, да и вообще узнать, как дела. Ничего серьезного.

Он чего-то недоговаривает, подумала Джоанна. Только что остывшая ревность в ее душе разгорелась с новой силой, преобразовываясь в какое-то другое, не менее отвратительное чувство. Существует нечто такое, о чем он не хочет рассказывать…

Ей вдруг вспомнилась история с папкой, свое недавнее недоверие к нему и то, чем оно закончилось, и она ощутила приступ стыда. Тим никогда ни в чем ее не обманывал, даже в мелочах, и заслуживал лучшего к себе отношения.

– Наверняка с твоим отцом все в порядке, – нежно пробормотала она, мягко опуская ладонь на плечо Тима. – Скорее всего они переехали в более комфортабельную гостиницу и позже сами с тобой свяжутся.

– Наверное, ты права, – ответил Тим. Его лицо все еще выглядело расстроенным. – По-моему, ты что-то хотела спросить?

Джоанна кивнула.

– Я готовлю завтрак, но не знаю, какие тосты ты любишь: сильно зажаренные или слегка подрумяненные?

Глаза Тима прояснились, а губы, до этого плотно сжатые, вдруг растянулись в улыбке. Джоанне показалось, будто он решил на время перестать беспокоиться о чем бы то ни было.

– Нам предстоит так много узнать друг о друге, счастье мое! – Он поднялся с кровати и по-дружески обнял Джоанну.

У нее екнуло сердце.

Ты пропала, подружка! – мысленно сказала она себе. Окончательно пропала. Он едва прикоснулся к тебе, а ты уже сама не своя. Впрочем, ну и что? Разве это так плохо?

– Если бы я был столь разборчив в еде, не вырос бы таким здоровым, – с шутливой серьезностью произнес Тим.

Джоанна рассмеялась.

– А ты сама какие любишь тосты? – спросил он, направляясь вместе с ней к двери.

Джоанна с удовольствием осталась бы с ним в спальне, но голос разума подсказывал, что нельзя думать только о сексе. Поэтому она послушно направилась вместе с Тимом к выходу, отвечая со всей беспечностью, на какую только была способна:

– Я вообще не ем тосты на завтрак. Меня вполне устраивает йогурт или какие-нибудь фрукты.

Они вышли из комнаты, и Тим, остановив Джоанну на верхней ступеньке лестницы, с отцовской строгостью посмотрел в ее удивительные, озаренные каким-то новым светом глаза.

– Сегодня ты должна поесть, как следует.

– Почему? – удивилась она.

– Потому что завтра мы покидаем Сент-Адель. Я хочу, чтобы ты вдоволь накаталась на коньках, а для этого тебе потребуется запас сил, – ответил Тим.

– А ты чем будешь в это время заниматься?

– Я встречусь со своими новыми друзьями. Мы договорились, что сегодня устроим финальный бой, – сказал Тим, с забавной воинственностью хмуря брови.

И как я могу сомневаться в честности этого человека? – подумала Джоанна, глядя в его правдивые бесхитростные серые глаза. Ведь именно честность привлекла меня в нем более всего остального. Он ни в чем мне не лжет, хватит выдумывать разную ерунду и бояться неизвестно чего!

Она приподнялась на цыпочки, поцеловала его в губы и широко улыбнулась.

– Обещаю, что поем как следует.

Тим смотрел на наряженную в бархатный брючный костюм Джоанну и представлял, как бы она смотрелась в легком летнем платье на фоне зеленой листвы, залитая янтарным светом ясного дня.

– Я сгораю от нетерпения, – с загадочным видом произнесла она.

Тим вопросительно приподнял бровь.

– Как здорово, что сегодня мы ужинаем без Энтони и Виолетты, – пояснила она. – И что идем в самый лучший ресторан. Тебе там понравится, я в этом ни капли не сомневаюсь.

Она ласково улыбнулась. Тим назвал про себя ее улыбку солнечной. И ему опять вспомнилось лето. В ее глазах весь вечер вспыхивали счастливые искорки. Тим тешил себя надеждой, что причиной этого фейерверка является он сам, однако нельзя было быть уверенным в этом на все сто процентов.

– Ты ждешь от сегодняшнего вечера чего-нибудь необычного? Может, что-то скрываешь от меня? – спросил он, слегка прищуриваясь.

Джоанна пожала плечами.

– С чего ты взял? – с наигранным удивлением произнесла она.

– Эй! Признавайся, в чем дело, маленький конспиратор! – поняв по ее неестественному тону, что он попал в самую точку, потребовал Тим.

– О Господи! Ты чрезмерно проницателен, Тим Нортон! Ладно, кое в чем я признаюсь: тебя ждет один сюрприз.

– Сюрприз? – протянул Тим, потирая руки и расплываясь в улыбке. – Очень интересно! Раздевание догола в этот сюрприз случайно не входит?

Джоанна быстро наклонилась, схватила с кресла декоративную подушечку и запустила ею в Тима.