Что надеть для обольщения - Сари Робинс

Экипаж замедлил ход.

– Наверное, мы уже подъезжаем к особняку Бонов, – заметно нервничая, пролепетала Эдвина и посмотрела в окно, наполовину закрытое занавеской. Уличный фонарь слабо осветил ее бледное лицо, отчего оно казалось еще более неземным.

– У нас есть еще несколько минут, – заверил ее Прескотт, выглядывая в окно, чтобы узнать, где они находятся. – Мы еще на Арджент-стрит.

В горле у Эдвины встал комок. Она вздохнула, вцепившись в лежащий перед ней веер, как будто это был якорь, а она – качающийся на волнах корабль.

– Честно говоря, я не горю желанием быть представленной хозяевам дома и подниматься по длинной лестнице дома под взглядами всех присутствующих.

– О, в таком случае у меня есть план…

Эдвина вскинула на него удивленные глаза:

– План?

– А вы думали, что только вы можете разработать план, миледи? – насмешливо спросил Прескотт.

– Нет, что вы. Разумеется, нет. А как вы считаете, из моей затеи что-нибудь выйдет?

– Как я полагаю, у вас пока не было новых вестей от шантажиста?

– Нет. Иначе я бы немедленно сообщила вам об этом. Тем не менее я не могу избавиться от тягостного чувства, что этот мерзкий тип находится сейчас где-то среди высокопоставленных гостей, наблюдает за происходящим и выжидает подходящий момент.

– Будем надеяться, что он уже на балу. И мы сможем узнать шантажиста по его особым приметам – обуви от Франсуа Миллисана.

И снова Прескотт недоумевал, какой тайной мог шантажировать Эдвину тот человек, которого они должны найти. Неожиданно образ Кэт встал у него перед глазами. Прескотт по-прежнему чувствовал обиду на нее за то, что она не поделилась с ним своей тайной и не рассказала об опасности, которая ей грозила. Раз она не до конца доверяла ему – значит, не любила! Но вот рядом с ним в экипаже сидит женщина, которая из всех людей выбрала именно его. Чтобы они вместе боролись с ее неприятностями. Может быть, Эдвина увидела в нем что-то, чего не заметила Кэт?

Отбросив неуместные мысли, Прескотт постарался сосредоточить внимание на соблазнительной Эдвине Росс, с которой он мог бы развеять свою печаль. Ему хотелось еще раз убедиться, что поцелуй Эдвины и в самом деле нечто особенное, как ему показалось в первый раз. Так что же он сидит, чего ждет? Ее согласия в письменном виде?

– Как забавно, в самом деле… – задумчиво пробормотала Эдвина.

– Что вам кажется забавным?

– После смерти мужа я поклялась никогда больше не выходить замуж, и вот полюбуйтесь, готова еще раз надеть на себя брачное ярмо. – Но тут же, спохватившись и осознав, как нелепо было то, что она произнесла, поправилась: – Я имела в виду: так могут подумать окружающие.

Эдвина прикусила язык. Боже, только бы не ляпнуть опять какую-нибудь глупость! Она сидит как на иголках. А как тут не нервничать, когда уже целых пятнадцать минут она находится наедине с Прескоттом Дивейном в таком тесном пространстве! А этот красавчик бросает пламенные взгляды, от которых у бедной женщины мурашки бегают по коже.

– Кажется, здесь немного жарко, – пролепетала она, ни жива ни мертва.

– А на мой взгляд, в самый раз, – нежно промурлыкал Прескотт, и от его приятного голоса сердце у Эдвины забилось еще сильнее.

Ах, этот мужчина, сам того не замечая, буквально источает любовные флюиды! А что случится с Эдвиной, когда он будет на глазах у всех исполнять роль ее жениха? Разумеется, Прескотт будет просто притворяться, делать вид, что он заботлив и внимателен к ней. Однако подумать только: она будет держать его под руку, скользить с ним по бальному залу в танце, случайно прикасаться к нему…

– Что с вами? – с тревогой спросил Прескотт, прервав ее мысли.