Угрозы любви - Дженнифер Эшли

Она исчезла из виду, спустившись вниз по лестнице. Остин со вздохом захлопнул крышку часов.

Эта глупышка считает правильным бегать одной по кораблю. У нее нет никакого ощущения опасности, которую могут представлять для нее и корабль, и матросы, и он сам — Остин. Одинокая женщина на борту торгового судна постоянно подвергается опасности, даже если у капитана нет планов на нее.

Вот почему он вызвал Лорнхема и велел ему заменить его, когда увидел, как она на цыпочках в темноте пробирается к его каюте. И он все еще не знал, пришла ли она только за книгой или намерения у нее были более коварные. Остин обнаружил ее под столом, но это совершенно ничего не означало. Действительно, зачем она приходила?

В следующий раз он это узнает. Отдав ей свой молитвенник, он лишил ее повода прийти за своим. В следующий раз, когда он застанет ее в своей каюте, ей придется придумать другое оправдание.

Капитан осмотрел стол. Где же, черт побери, Олбрайт? Ведь она не должна была попасть в эту каюту… Придется ему найти еще одного смышленого парня и поставить у дверей, чтобы его каюта была под охраной круглые сутки.

Он направился на полубак. Все люди, не занятые на службе, играли там каждую ночь в карты или в кости, почему-то считая, что капитану об этом ничего не известно.

Нападение произошло у грот-мачты. Что-то ударило его сзади по ногам, и он упал, но успел опереться на ладони. Затем, перевернувшись на спину, встретил нападавшего ударом ноги. Противник вскрикнул и исчез в тени. Остин погнался за ним и тотчас догнал его. Они схватились и покатились по дощатой палубе, так что занозы впивались в тело. Остин довольно удачно блокировал удары противника.

Внезапно в лунном свете сверкнуло лезвие ножа, но капитан успел откатиться в сторону и мгновенно вскочил на ноги.

Убийца снова его атаковал. Остин отступил в сторону и протянул руку к ножу. Однако противник ускользнул и приготовился к следующей атаке. Его лицо скрывалось в тени, а волосы были скрыты повязкой — такие Остин видел у бойцов на Востоке. Мужчина был невысок ростом, так что совершенно не походил на Уиттингтона. Но это мог быть любой из членов команды, включая Осборна и Сьюарда.

Он прыгнул на капитана, и оба покатились по палубе. И тут Остин почувствовал резкую боль — лезвие разрезало куртку и задело плечо.

— Капитан! — раздался голос Сьюарда.

В следующее мгновение молодой человек схватил убийцу под руки и поставил на ноги. И оба тотчас исчезли в тени.

— У него нож… — задыхаясь, произнес Остин.

Сьюард проворчал что-то в ответ, и капитан понял:

лейтенант уже обнаружил это. Остин осмотрелся. Лунный свет освещал только верхушки парусов, а вся палуба скрывалась во тьме.

За спиной послышались быстрые шаги и голос Лорнхема — тот спросил, в чем дело. Остин почувствовал какое-то движение в темноте и, протянув руку, ухватился за чью-то куртку. Он подтащил мужчину к себе и схватил его за горло.

— Сэр!.. — прохрипел Сьюард. — Это я!

Остин выругался и отпустил лейтенанта. Тот выпрямился и стал потирать ладонью горло.

— Сьюард, куда он побежал?

— Не знаю, сэр. Я поймал его, но он ускользнул. У меня остался его нож. Вот, смотрите.

Остин взял нож и вышел на свет. Рядом с ним остановился Лорнхем.

— Сэр, что случилось?

— Кто-то пытался убить капитана! — объявил Сьюард.

— Что?.. Кто пытался?

— Не знаю, — сказал Остин.

А нож был самый обыкновенный, не сувенирный, по которому можно было бы легко определить владельца, а столовый — такой каждый мог бы взять в камбузе.

— Все заключенные были на месте, когда я недавно проверял, сэр, — сообщил Лорнхем. — Все в полном составе.

— Это не заключенный. Он слишком силен для кого-нибудь из людей Фостера. Да и на уме у него был вовсе не бунт.

Сьюард в изумлении уставился на капитана:

— Черт возьми, сэр.

— Вы слитком много времени провели с этим проклятым англичанином. Выражаетесь, как он. Лорнхем, вернитесь на свой пост. Сьюард, вы остаетесь при мне.

— Да, сэр.

Лорнхем отдал честь и ушел. А Сьюард зашагал рядом с Остином, направлявшимся на полубак.

На носу корабля трап вел на нижнюю палубу, а полубак — это открытое пространство, где спали матросы. Койки старших матросов стояли между перегородками, что создавало видимость уединения, но все остальные подвешивали свои гамаки к бимсам.

Некоторые гамаки были заняты, но большинство людей собралось на полу — они наблюдали за игрой в карты и в кости. Уиттингтон находился среди них; наклонившись, он что-то выкрикивал.

Остина тотчас заметили, и кто-то крикнул:

— Капитан!

Карты и кости упали на пол, а ноги в сапогах затопали по доскам — люди вставали или спрыгивали с гамаков, чтобы стать по стойке «смирно». Бормотание перешло в шепот, а потом воцарилась тишина.

Матросы искоса наблюдали за капитаном, некоторые — с раздражением. Ведь это их прибежище. Капитану тут делать нечего.

Уиттингтон медленно выпрямился, не выпуская карты из рук.

— Чем обязаны, капитан?

Сьюард выступил вперед, прежде чем Остин успел остановить его.

— Кто-то пытался убить капитана Блэкуэлла. Если кому-нибудь что-то об этом известно — говорите. Сейчас же!

Все матросы молчали.

— Боже милостивый… — произнес Уиттингтон. — Капитан, вы в порядке? У вас кровь на куртке.

Остин кивнул:

— Он только задел меня. Но я хочу знать, кто поднимался отсюда на палубу за последние полчаса и кто только что пришел. Скажите. Это важно.

Все по-прежнему молчали.

Остин нахмурился и проговорил:

— Мне нужно найти этого человека. Говорите же…

— Беда в том, капитан, — сказал Уиттингтон, — что мы все были увлечены игрой. Я обычно так и поступаю, когда то немногое, что у меня есть, поставлено на кон. Я, например, понятия не имею о том, кто приходил сюда или уходил.

— Значит, никто ничего не видел? — допытывался капитан.

Тут матросы наконец заговорили, но они могли сказать не больше, чем сказал лорд Рудольф. Большинство из них были увлечены игрой и не обращали внимания на то, что делали другие. Некоторые выходили в туалет, некоторые поднимались подышать воздухом, когда у них кончались карты, некоторые же заступали на вахту, а другие возвращались с вахты. Кое-кто видел, как Уиттингтон уходил и возвращался за последние полчаса, но еще полдюжины матросов — а также мистер Сьюард — тоже уходили и приходили.

Остин сдался; он понимал, что убийца мог прибежать сюда и затеряться среди остальных, так что никто его не заметил бы. И он дал указание, чтобы всякий, кто вспомнит что-нибудь, разыскал мистера Сьюарда или его самого и доложил об этом.