Девочка прокурора - Полина Эндри

замер. До него быстро дошло, что я хотела сделать и он медленно опустил телефон. Подошёл ближе и взяв за руки усадил меня на кровать, а сам сел на корточки так и не отпуская мои руки. Долго разговаривал со мной и просил в очередной раз прощение за своё скотское поведение. И в конце пообещал, что и это тоже он исправит и сдержал слово. Через неделю он позвал всех кого можно и при всех сделал мне предложение.

Это было до дрожи важным моментом. Я прослезилась не сумев сдержать свои чувства. Я словно сбросила в этот вечер все страхи сомнения. Ева же кричала вместо меня громкое ДА, восхищая всех своей детской непосредственностью.

– Сестра, ну давай же, мы опоздаем на самом деле! – визжа забежала сестрёнка в нашу с Антоном комнату с букетом пионов в красивой школьной форме, возвращая меня в реальность из воспоминаний. Я замерла и чуть не расплакалась от вида моей отважной малышки, которая сегодня первый раз пойдёт в школу.

– Бегу солнце, осталось только найти соску Маруси и мы уже выходим.

– Я знаю, где она лежит. Сейчас принесу! – Ева выбежала, а я перевела взгляд на сокровище, за которую я боролась с самых первых дней. Она так была похожа на своего отца… Такая же вредная и требовательная.

– Любимая, не своди с ума. Ты же знаешь, я не могу так долго не видеть вас с дочкой. Поехали уже, а?

– Соску не могла найти. Ева сказала, что знает где она находится, ещё минутку подождём, пожалуйста…

Антон забрал дочку и втянул её запах словно зверь, который принюхивается к своему детёнышу. Он часто так делал и никак не мог насладится. А я не могла оторвать взгляд от такого зрелище. Каждый раз это было по особенному волнительно. Он так же делал и со мной, когда мы находились в окружении его друзей, словно давая всем понять, что я его женщина. Особенно при Кирилле, Бессонов особо остро реагировал на комплименты или взгляды Кирилла в мою сторону. Я пыталась выпытать как то у мужа, почему он так реагировал, но в ответ получала хмурое ничего.

– Забей на соску, поехали, нельзя опоздать на первую линейку Евы, а если Маруся станет вредничать, дашь ей грудь в моей машине.

– Вот, я нашла! Теперь мы можем поехать? – У Евы от предвкушения глаза сияли и улыбка никак не сходила с лица.

А мне ничего больше и не надо было.

Все кого я любила и кем дорожили были рядом, и это всё что имело значение здесь и сейчас.

– Девочка моя, спасибо за дочку, за Еву и спасибо, что дала нам шанс. Я тебя очень сильно люблю, ты ведь знаешь?!

– Боюсь, что теперь ты любишь меня не так сильно, как наших девочек. – Улыбнулась я ему в ответ и пошла на выход забрав Марусю себе. Но прокурор догнал меня и придержав за локоть, хрипло шепнул на ухо.

– Сегодня ночью я развею твои сомнения, малышка.

– Только сегодня ночью будешь любить? – наивно хлопнула глазами отвечая на его флирт и за одно дразня.

– Сегодня, завтра, каждый вечер… Я буду любить тебя, пока я жив. – Вдруг его взгляд стал серьёзным, пропитанным нежностью и обожанием. Он потянулся и поцеловал меня нежно в лоб. Я сразу сдалась и выдохнула ему в губы с той же искренностью, что и он минутой ранее.

– Бессонов, я тебя тоже очень люблю!..