Влюбленные в Лукке - Барбара Картленд

Паола много раз присутствовала на церемонии венчания, но сейчас ей казалось, что никогда еще подобная церемония не проходила с такой искренностью.

Она чувствовала, как Господь благословляет ее и маркиза, и они склонили колени перед архиепископом. Благословив их, он повернулся к алтарю, преклонил колени и помолился.

Затем маркиз взял Паолу за руку и помог ей подняться.

Они вышли из капеллы и покинули собор через ту же боковую дверь. Карета ожидала их и, как только они устроились в ней, тотчас унеслась прочь.

Когда они добрались до виллы маркиза, солнце сверкало в окнах и фонтанах, бьющих в саду.

Они были так глубоко взволнованы происшедшим, что все еще молчали — с той самой поры, как покинули собор.

У главного входа их встретил дворецкий.

— Позвольте мне, — с поклоном сказал он, — высокочтимый господин, поздравить вас и вашу уважаемую жену и пожелать вам всяческого счастья в будущем.

— Вы, Антонио, единственный человек, который знает, что мы поженились, и должны держать это в секрете весьма длительное время. Мы уедем тотчас, как только переоденемся.

— Все подготовлено, — ответил дворецкий.

— Держа Паолу за руку, маркиз повел ее по лестнице.

Лишь когда они поднялись наверх, она спросила:

— А куда мы направляемся?

— В свадебное путешествие, — ответил он. — Сейчас мы должны переодеться. Вещи, которые я купил для тебя, уже ждут.

Паола посмотрела на него с удивлением.

— Я так и подумала, что ты об этом позаботишься.

— Л думаю только о тебе, и ничто другое не может быть более важным для меня.

Маркиз провел ее в роскошную спальню. Паола подумала, что здесь, вероятно, жила прежняя маркиза ди Лукка. Все было украшено белыми розами.

На застеленной резной кровати покоились прелестное дорожное платье и накидка. Здесь же лежала и очаровательная шляпка, в тон голубому платью.

Паола сняла подвенечный наряд и надела вещи, купленные для нее маркизом. Она ничуть не удивилась, когда платье прекрасно подошло ей, и отдала должное уму и предусмотрительности маркиза. Он не только помнил о том, что ей понадобится, но и сумел быстро все подготовить.

Когда она в последний раз прикоснулась к шляпке, поправляя ее, он вошел в спальню.

— Ты готова?

Маркиз тоже переоделся в удобный дорожный костюм, и теперь ей показалось, что в нем он выглядит еще лучше, чем во фраке, в котором венчался.

Он протянул к ней руки.

Паола подбежала к нему, и они бок о бок спустились вниз.

Их поджидал комфортабельный открытый фаэтон, запряженный четверкой белых лошадей. Когда они тронулись в путь, Паола решилась спросить, куда они направляются.

— Я бы сказал — в Рай, — ответил маркиз. — Какое счастье, моя дорогая, моя любимая, моя прекрасная маленькая жена, что наконец мне не нужно бояться, теперь уже ничто не сможет помешать нам стать мужем и женой.

— Это так чудесно, я… я просто не могу поверить, что это все правда! — призналась Паола.

— Я тоже, — улыбнулся маркиз. — Когда мы прибудем на место, я скажу все, о чем давно мечтаю сказать тебе и для чего у нас будет достаточно времени.

Паола счастливо засмеялась.

— Это правда! Так много всего произошло за несколько дней, что и вздохнуть было некогда!

Она сделала глубокий вдох.

— Прежде всего ты должен рассказать мне, как ты поступил с папой, мамой и графиней Рауло.

— Я написал твоим родителям и подробно объяснил, почему мы убежали и что наша женитьба не вызовет скандала, во всяком случае, пока все будет держаться в секрете.

— Надеюсь, папа согласится с этим, — тихо сказала Паола.

— Я уверен, если они разумные люди, то смогут понять нас и не станут возражать до окончания траура.

Паола с облегчением вздохнула.

— Я также написал твоим родителям, — продолжал маркиз, — что графиня Рауло согласится ради своей чести ничего не говорить в Лукке. Я написал и ей и вложил для нее копию письма твоим родителям. Я совершенно уверен, это убедит ее ничего не говорить даже самым близким своим друзьям.

Паола молитвенно сложила руки.

— Это великолепно! Просто чудесно! — повторяла она. — Только ты мог забыть обо всем, жениться на мне втайне от всех и продолжать скрывать все это!

— Постучи по дереву! — бросил маркиз. — Я уверен, что мы в безопасности, всего лишь два человека знают о нас — это архиепископ и мой дворецкий; он при мне с тех пор, как я был маленьким мальчиком, и скорее умрет, чем позволит кому бы то ни было навредить мне.

Его слова окончательно успокоили Паолу, и она почувствовала, как последние сомнения и страхи покинули ее.

— Теперь, — объявил маркиз, — я скажу тебе, куда мы едем. В Баньи-Де-Лукка у меня есть маленький замок. Думаю, тебе он понравится. В раннем детстве я думал, что это волшебный замок.

Они проехали еще немного, и он добавил:

— Я хочу, чтобы ты знала, я никогда там не был ни с одной женщиной. Я вообще не бывал там уже несколько лет. Представляю, как все обрадуются, когда мы приедем!

Они добрались до места к ленчу.

Паола была потрясена: ей никогда не приходилось видеть ничего прекраснее Баньи-Де-Лукка.

Река Лима медленно пересекала маленькую деревушку. Над ней возвышались холмы и горы; к тому же, как сказал ей маркиз, со средних веков люди использовали целебные свойства этих мест — подтверждение этому можно найти в сохранившихся документах, датированных одиннадцатым веком.

Увидев замок, Паола тоже заметила, что он действительно сказочный. В его облике она обнаружила нечто особенное, неповторимое, что, впрочем, отличало все, принадлежащее маркизу. И депо было не в серых камнях, из которых сложили замок, и не в дивном саде, окружавшем его.

Здесь все, даже сам воздух, было пронизано любовью, и казалось, что замок просто создан для любви.

Слуги, встречавшие их, состояли при семье маркиза с тех пор, как он появился на свет.

Их лица светились счастьем, оттого что маркиз с женой собирались провести здесь медовый месяц.

Весь дом был усыпан бутонами белых роз.

Великолепное зрелище!

Паола совсем не удивилась, когда, поднявшись в огромную спальню, увидела в платяном шкафу одежду, предназначенную для нее.

Белые розы благоухали и здесь — возле кровати и на туалетном столике.

Паола умылась с дороги и спустилась к ленчу.

Столовая как будто хранила дух средневековья. Паоле показалось, что маркиз, восседавший на резном стуле с высокой спинкой, вполне соответствует этой атмосфере и выглядит как король.