Герой (не) её романа - Елена Соловьева

Полгода прошло, а Роман так и не вернулся. Поля места себе не находила. Телефон не отвечал, писем не приходило. Чуть ли не каждый день она стала наведываться в часть, чтобы узнать последние новости.

Петров, назначенный временно исполняющим обязанности командира части, вначале отделывался односложными замечаниями, мол, секретная информация. Потом попросту молчал.

И, наконец, не выдержал. Психанул и выдал:

— Ну что ты таскаешься ко мне, как на работу?! У тебя, вон, ребенок маленький, им занимайся.

Полина ссадила с рук рвущуюся Анну и обрушилась на Петрова со всей накопившейся яростью:

— Да как вы можете такое говорить?! Я жена Романа и имею право знать, где он и что с ним. Анна, — Поля указала на дочь, — растет без отца. Она тоже имеет право знать!

Девочка полезла к письменному столу, но Петров небрежно отпихнул ее.

— Ишь, имеют они! — передразнил Полю. — Да если б я сам знал, где твой муж!..

Сказал и крякнул в кулак, сообразив, что сболтнул лишнего. Полковник Казанцев числился без вести пропавшим. Его искали многие отряды, да так и не нашли.

Своих ребят из окружения он вывел. Сам сбежать не сумел. Тело его найдено не было, но надежда, что вернется живым, таяла с каждым новым днем.

— Что это значит? — ужаснулась Поля.

Почувствовала, как задрожали колени. Ухватилась за спинку стула, чтобы не упасть.

— То и значит, — недовольно буркнул Петров. Отвернулся к окну и притворился, что воробьи за окном интересуют его куда больше, чем судьба командира.

— Говорите! — не своим голосом приказала Поля. — Что с моим мужем?

— Пропал он, — не поворачивая головы, сообщил Петров. — Пока тело не найдено, будет числиться пропавшим без вести. Но на твоем месте я бы не надеялся на его возвращение.

— Тело?.. — обомлела Поля. Не верила, что о ее муже могут говорит так. — Если его не нашли до сих пор, то ведь это еще не значит, что он умер?

Петров повернулся. Лицо его стало красным, озлобленным. Втайне он надеялся, что Поля сама догадается. А то и вовсе заведет любовника и перестанет наведываться в часть.

Так нет же, вывела его. Заставила-таки рассказать правду. Петров предпочел бы, чтобы ей это передал кто-то другой. И лучше — письменно.

— Поверь, ему лучше быть мертвым, — зло выдавил Петров. — Те, кто попадают к арабам, мечтают о смерти. Официальных документов мы выдать не можем, но ты лучше не надейся. И прекрати, наконец, таскаться сюда!

Поле показалось, что у нее вырвали сердце, бросили под ноги и жестоко растоптали. И этот человек называл себя другом Романа? Гулял на свадьбе, приходил на выписку дочери?..

Как может он теперь говорить такие ужасные речи и при этом злиться. Не на то, что командир и друг пропал. На то, что его жена пришла с просьбой.

— Этого не может быть… — Поля отказывалась верить.

— Чего? — недовольно переспросил Петров. Присутствие Поли его раздражало. — Плена или смерти? Прости, но и то и другое — реально. Если бы Казанцев выжил, отряды нашли его следы.

— Он мог потерять память. — Полина с отчаянием утопающего цеплялась за малейшую возможность. — Вдруг, он сейчас в больнице, но не помнит ни имени, ни прошлого? Или забрел в какую-нибудь деревню. Живет там и не знает, что мы его ищем.

Петров закатил глаза. Ногой отодвинул Анну, все норовившую стащить со стола какой-нибудь документ.

— Дура ты, Поля, — объявил врио командира. — Поначиталась бульварных романов, вот и выдумываешь небылицы. Посмотри фактам в лицо: прошло много времени, а о Казанцеве нет вестей. Какие деревни, какие больницы? Там только пустыни и руины. Иди домой, выпей валерьяночки и приди в себя.

Он сделал жест рукой, точно прогонял надоедливую муху. И лицо сделал соответствующее: брезгливо-надменное.