Герой (не) её романа - Елена Соловьева

Поля перешагнула порог. Поставила остальные сумки и, боясь сорваться и не всхлипнуть, произнесла:

— Мы к тебе насовсем. Пустишь?

Гриппа обернулась и, не мигая, уставилась на Полю. И не то, чтобы не была рада, скорее слегка опешила от заявления.

— Что так? — спросила осторожно. Заметила блестящую влагу в уголках глаз Поли. — Неужели новый командир части решил квартирку к рукам прибрать?

— Нет, — поля покачала головой. — Нашлись другие добродетели.

— Это какие же? — удивленно переспросила старушка.

Ей и в голову не могло прийти, что кто-то может выгнать мать с маленьким ребенком на улицу. Это что за жестокий человек? Неужто война снова началась, и в деревню вошли враги?

— Мать Романа, — призналась Поля чуть ли не шепотом. Даже имя и отчество женщины не хотела произносить вслух. Не заслужила та уважения. — Теперь она распоряжается квартирой. Будет ходить в часть и добиваться действий от Петрова. Хотя он навряд ли что-то может… Да и не хочет.

Прошлый разговор стал последней каплей. Полина осознала всю тщетность обращения к Петрову, да и к другим сослуживцам мужа. Полковник Казанцев числился отличным командиром и другом, пока был нужен.

Агриппина не стала расспрашивать про Петрова. Хотя, ей самой от него досталось. Столько лет она поставляла продукты в буфет, а теперь вот приходится в город таскаться. Не все продукты удается продать, на дорогу больше тратишь. Вместо прибыли труд стал приносить убытки.

— Да как же так?! — рассердилась старушка. — Зачем этой прохиндейке твое жилье?

— Она переживает за сына, ищет виноватых, — заметила Поля. — Видимо, хотела выместить на ком-то свой гнев. Мы с Анной попались под руку первыми.

Гриппа посмотрела на девочку: та усадила любимую куклу возле печки и «кормила» добытой из кармана конфетой. Малышка еще не понимала, какие страсти кипят вокруг. Как много бед свалилось на хрупкие плечи ее матери.

— Я, конечно, не очень понимаю в законах, — задумалась Гриппа, — но вы же с Романом Николаевичем женаты. Так какое право эта женщина имеет на квартиру?

Полина смутилась. Потупила взгляд и вздохнула. Конечно, лучший выход — рассказать старушке правду. Но где взять столько храбрости? Что, если Гриппа рассердится и прогонит? Обратиться им с Анной больше не к кому.

Протяжный скрип отвлек обеих женщин. За окнами покосившегося домика рос старый кряжистый дуб. Во время сильных, как сегодня, ветров раскидистые ветви царапали стекло, точно пытаясь пробраться в дом.

— Не люблю это дерево, — заметила Гриппа. — Тоску на меня навевает. И Петечка не любил, все спилить хотел, да так и не собрался.

От воспоминаний о горячо любимом муже Гриппа, как обычно, загрустила.

— Мне на работу собираться надо, — напомнила Полина. — О свекрови моей потом поговорим. И о дереве. Хорошо?

— Конечно, — легко согласилась старушка. — Ступай себе с Богом. За Аннушкой я присмотрю. Живите у меня, сколько душе угодно.

Полина даже сумки разобрать не успела. Наскоро перекусила бутербродом и побежала на остановку. Не успеет на последний автобус — можно распрощаться с работой.

Работа официантки оказалась не так проста, как могло показаться на первый взгляд. Все запомнить, ничего не перепутать, не споткнуться, пока несешь тяжелый поднос.

Народу в пятничный вечер в «Берендее» собралось море. Людская толпа шумела, сотрясала стены громким хохотом и выкриками. Слышался звон бокалов и торжественные тосты. От обилия запахов кружилась голова.

— Эй, красотка, ты тут новенькая? — окликнул Полю один из посетителей.

— Да, — согласилась она. Улыбнулась, как того требовали правила. — Вы готовы сделать заказ?

Мужчина был явно подшофе. Щербато улыбался и раздевал хорошенькую официантку масляным взглядом.

— Мне тебя под сливочным соусом, — сообщил нахально. — Сколько будешь стоить?

Потянулся к руке Поли, и той пришлось отступить на шаг. Стараясь сохранять любезное выражение лица, она строгим тоном произнесла:

— Простите, такого блюда нет в нашем меню. Выберите что-то другое.

— Ух ты, какая гордая, — хмыкнул мужчина. — Ну, тащи еще графин водки и салатик какой.

Через десять минут Полина вернулась с подносом. Когда ставила заказ на стол, почувствовала, как на колено легла чужая ладонь.

— Не троньте! — отскочила и поморщилась от омерзения. От посетителя несло перегаром и дурным нравом.

Мужчина не остановился. Вновь потянулся к официантке, схватил за руку. Поля дернулась и выронила поднос. Графин разбился, овощная нарезка перевернулась на пол.

— Что тут происходит? — администратор подбежал вовремя.

— Этот мужчина пытался меня облапать! — сообщила рассерженная Полина. — Из-за него я выронила поднос.

Администратор, женщина средних лет с лицом милым, но строгим, объяснила зарвавшемуся гостю правила заведения. Предупредила, что еще одна подобная попытка — и кое-кому придется покинуть заведение.

— А ты будь осмотрительна, — предупредила Полину. — Если почуешь неладное — зови охрану. Но стоимость посуды и заказа придется вычесть из твоей зарплаты.

Полине ничего не оставалось, как согласиться.

Первый рабочий день оставил о себе не лучшие воспоминания. Но стоило Поле подойти к знакомому заборчику, окинуть взглядом домик Гриппы, как все печали позабылись.

В это раннее утро в окнах уже горел свет. Из трубы шел дым. Моська, своенравный петух старушки, оценивающе смотрел на Полю с забора. Точно решал — стоит пропускать через калитку или клюнуть в темечко?

— Петь будешь? — улыбнулась Полина.

Моська важно перемялся с ноги на ногу и закукарекал. Видно, признал.

— А вот и наша добытчица!.. — Гриппа встретила гостью радостным возгласом. — Как все прошло?

— Могло быть и лучше, — призналась Полина. — А как у вас дела?

Анна быстренько затолкала в рот недоеденный блин, ложку брусничного варенья и бросилась к маме обниматься.

— Руки сначала помой, непоседа! — беззлобно отругала ее Гриппа. — Испачкаешь всю одежду вареньем.

Полина помогла дочери, заодно умылась и причесалась сама. Так непривычно было пользоваться рукомойником.

Зато как приятно оказаться среди любящих людей. За общим столом. Наесться до отвала вкусных блинчиков, попить чай с мятой и завалиться на пуховую перину.

— Ты отдыхай, а мы с Аннушкой коровку подоим и кур покормим, — предложила Гриппа, укрывая гостью стеганым одеялом.

— Давайте помогу! — встрепенулась Поля. — Я совсем не устала.

Произнесла и не смогла подавить зевоту.

— Спи уж, работница, — хохотнула Гриппа. — Мы взрослые девочки, сами справимся. Правда, Аннушка?