Что-то в тебе - Дж. Натан

— Отлично.

— Успеешь подготовиться к соревнованиям?

— Естественно.

Я рассмеялась.

— Ты всегда такой уверенный?

— Нет причин не быть таким. Никто не сделает этого за меня.

Насколько бы я ни ненавидела заносчивых людей, он был прав. Если ты не свой главный фанат, то не жди, что кто-то возьмет эту работу на себя.

— Хочешь сходить сегодня на вечеринку?

— Не думаю. Последняя вечеринка, на которой я была, оказалась довольно дрянной.

Я сказала это в шутку, но его желваки заиграли, а глаза смотрели только на дорогу.

— Я сильно устала, — пояснила я, не желая расстраивать его. — И никого там не знаю.

Он взглянул на меня.

— Ты знаешь меня.

— Повеселись с друзьями. Если я пойду, ты постоянно будешь беспокоиться обо мне.

— Я могу остаться дома, — предложил он.

— Кейсон, ты же меня не как свою девушку привез. Я увязалась, и не буду портить планы, которые ты построил с друзьями до того, как я появилась. Я не против остаться дома с твоей семьей.

Кейсон не ответил, а его молчание все больше внушало тревогу.

Вскоре мы свернули на подъездную дорожку. Когда мы вылезли из машины, я направилась в дом, а Кейсон достал снаряжение из багажника джипа.

— Как все прошло? — спросила миссис МакКлауд, когда я зашла на кухню.

— Жизель отлично управляет бутиком.

— Она всегда добивалась своих целей. Все мои дети такие.

— Какие твои дети? — спросил Кейсон, заходя на кухню.

— Добиваются своих целей, — пояснила она.

— Она тоже добивается своих целей, — сказал он, стягивая с себя толстовку. Футболка слегка задралась, и он поправил ее, но этого было достаточно, чтобы мельком взглянуть на его кубики.

Мои мысли вернулись к ночи, когда я впервые встретила Кейсона — с голым торсом, в одних боксерах. Тогда он взволновал меня, но потом открыл свой рот. Он и сейчас взволновал меня. Черт побери.

— Приму душ, — сказала я. Мне нужно быстрее уйти отсюда, пока я не стала обращать внимание на другие части его тела.

— Ужинаем в шесть, — объявила миссис МакКлауд.

— Хорошо.

Я развернулась и поспешила подняться наверх. Я стала недоумевать, почему вдруг начала думать о Кейсоне и ощущать спокойствие в его доме. Если бы я могла уехать, то уехала бы. Но Кейсон знал, что у меня нет дома. А взять и уехать после того, как они так радушно меня приняли, казалось очень странным. Не говоря уже о том, что мне не хотелось уезжать, отчего все становилось намного запутанней.

Приняв душ, в шесть я присоединилась ко всем за ужином с пастой и фрикадельками. Большую часть времени мистер МакКлауд вспоминал случаи, когда Кейсон в детстве совершал глупости. Кейсон одновременно и дулся, и смеялся над историями. У меня нет смешных историй из детства. Как и человека, с которым бы я могла их вспомнить. Единственные воспоминания с моим отцом и то плохие. Воспоминания о маме доставляли мне настоящее счастье. Как я говорила Кендалл, эти воспоминания в основном связаны с моментами, когда она заплетала мне волосы, и мы болтали о девчачьих штучках. Она рассказывала мне о школе, друзьях, мальчиках. Помню, что стоило ей заговорить о мальчиках, и я начинала стонать, потому что в шесть лет парни казались противными. Но, оглядываясь назад, я поняла, что так она пыталась передать мне свои знания, потому что предчувствовала свою смерть. Вот бы я помнила все, что она говорила. Однако мне хотелось верить, что все хорошее в себе я унаследовала от нее.

В начале десятого Кейсон уехал на вечеринку. Я радовалась, что он не остался дома из-за меня. Я честно призналась, что не хотела портить его планы. Если бы он остался дома, ощущала бы себя виноватой. Мистер и миссис МакКлауд позвали меня вместе посмотреть фильм, но не прошло и нескольких минут, как они уснули, поэтому я ускользнула в гостевую комнату, чтобы сделать домашку.

Около полуночи я забралась под одеяло и закрыла глаза, чувствуя себя, на удивление, счастливой, несмотря на то, что я вообще-то в доме МакКлаудов. Заснула я практически мгновенно.

Из глубокого сна меня выдернул звук открывающейся двери. Не двигаясь, я прислушалась, кто же это.

— Шей? — прошептал Кейсон громче, чем следовало, потому что спальня его родителей была дальше по коридору.

— Да? — прошептала я.

— Не спишь? — Его язык заплетался.

О-о.

— Теперь нет.

Кейсон опустился на кровать рядом со мной, но мне пришлось отодвинуться, потому что он закинул ноги и занял половину моей подушки. От его тела разило алкоголем, но даже он не мог скрыть освежающий аромат, волнами исходящий от него.

— Я пьян, — объявил Кейсон.

Я рассмеялась.

— Повеселился с друзьями?

— Да. Как в старые добрые. Только девушки, которые не обращали на меня внимания в старшей школе, теперь, оказывается, хотят быть рядом со мной.

Внутри меня снова образовался сгусток ревности.

— Ты их подпустил к себе?

— Еще как. — Он прыснул со смеху. — Чтобы потом кинуть.

Мои губы дрогнули, его ответ мне понравился больше, чем следовало.

— Шей?

— Да?

— Хотел бы я, чтобы ты поехала на вечеринку.

— Почему это?

— Потому что тусоваться с тобой мне нравится больше, чем с ними.

Мое сердце забилось, и я не знала, как остановить его. Я не хотела, чтобы он говорил такое. Это сбивало с толку, учитывая все, что произошло на этих выходных.

— Ты это говоришь только потому что пьян.

Он отрицательно покачал головой.

— Скажу тебе это утром, чтобы ты знала, что я говорю правду.

— Ловлю тебя на слове, — съязвила я.

— Слово скаута.

— Ты не был скаутом.

— Но мог бы.

Я покачала головой, жалея, что не сняла это на видео. Он довольно забавный.

— Шей?

— Да, Кейсон?

— Я не хочу ни с кем тебя делить.

Я вскинула брови, сбитая с толку его словами.

— С кем делить меня?

— Со всеми.

Я рассмеялся.

— Шей?

— М-м-м?

— Можно тебя поцеловать?

— Нет.

— Почему нет?

— Потому что ты не хочешь меня целовать. Ты напился, возбудился, а из девушек здесь только я.

— Неправда. Я хотел поцеловать тебя на подъемнике на мероприятии.

— Я бы ударила тебя.

— Поэтому и не поцеловал.

Кейсон правда хотел поцеловать меня тогда? Он смотрел на меня так, как парни смотрели на девушек, когда собирались их поцеловать, но я решила, что со мной просто играет темнота.

Наступило долгое молчание. Я задумалась, не заснул ли он: может мне стоит разбудить его, чтобы его мама не