Розабелла - Сильвия Эндрю

– Конечно. – Он ушел.

Что ей делать? Она была совершенно уверена в том, что голос принадлежал Селдеру. Он здесь, в доме! После смерти Стивена он исчез, но пообещал вернуться. Прошел уже год, и она решила, что больше никогда не увидит его. Очевидно, ошиблась. Каким образом Селдер очутился в Ширингсе? Это случайность или он выследил ее?

Розабелла привстала, готовая в любой момент убежать. Но она понимала, что от Селдера ей не скрыться – если он захочет, всюду найдет ее. Ей необходимо подавить растущую панику, успокоиться и собраться с мыслями – причем не только ради себя, но и ради Филипа. Его необходимо обезопасить от этого человека.

Селдер, скорее всего, встретил Эмилию в Лондоне. Он назвался Фолкирком и произвел на Эмилию неизгладимое впечатление. Господи, что же делать? Фолкирк – это Селдер. Она закрыла глаза, и перед ней всплыли страшные воспоминания: избитый Стивен, его стоны… Она-то знает, что способен сделать Селдер с тем, кого считает своим недругом, поэтому, что бы ни случилось, Филип не должен вызвать у него вражды.

Но если Филип узнает, какого человека пригласила в Ширингс Эмилия, противоборства не избежать. Как ей помешать этому? Притвориться, что она его не знает? Продолжать изображать Аннабеллу? Правильно! Она должна убедить Селдера в том, что он спутал ее с сестрой. Только таким образом она спасет и себя, и своих друзей.

– Простите, что задержался, – приветствовал запоздавшего гостя. Сказать по правде, мне совсем не хотелось видеть его здесь. – Филип сел рядом и обнял се. – Я принес бренди. Выпейте.

Розабелла сделала маленький глоток. Тепло разлилось по телу, однако чувство страха не прошло.

– Кто это? – спросила она.

– Некий Фолкирк. Мы познакомились с ним в Лондоне. Эмилии он понравился, и она пригласила его на день рождения. Он только что приехал. Что с вами? Вы опять дрожите. Дорогая моя, в чем дело?

– Филип, обнимите меня и не отпускайте.

– Тише, Роза, тише. Со мной вы можете ничего не бояться.

Розабелла прильнула к нему, ощущая надежность его объятий, но вдруг отпрянула и уставилась на него.

– Вы назвали меня Розой, – прошептала она.

– Я оговорился…

– Я вам не верю. Почему вы вдруг оговорились? Вы вовсе не оговорились! Вы все знаете! Вы знаете, что я не Анна? – (Он, не сводя с нее глаз, кивнул.) – Как давно вы это знаете?

– До сего момента я не был абсолютно уверен, но догадывался уже несколько недель.

– Кто вам сказал?

– Вы.

– Я?

– Скажем так – я это вычислил. Я влюбился в вас после Пасхи, Роза. В вас, а не в Аннабеллу.

– Эмилия тоже знает?

– Я никому не говорил. Почему вы это сделали?

– Я заболела и нуждалась в отдыхе. Но были причины, по которым я не могла оставить крестную в Лондоне. Поэтому… мое место заняла Анна. – Она помолчала, потом, не глядя на него, спросила: – Вам и про Стивена тоже известно?

– Я знаю только, что вы вдова. Вы все еще оплакиваете его, Роза?

– Нет, – печально ответила она. – Я никогда его не оплакивала. – Она уныло посмотрела на Филипа. – Я была рада, когда Стивен умер. С таким человеком, как он, вы не стали бы знаться.

– Да, – серьезно произнес Филип.

Розабелла тяжело вздохнула.

– Я так боялась вам об этом сказать. Неужели для ваших чувств это не имеет значения?

– Никакого! Разве я вам этого не говорил?

– Говорили, только я тогда не поняла, что вы имеете в виду. – От облегчения Розабелла разрыдалась. – Филип, я так вас люблю!

Он ничего не ответил – лишь нежно ласкал ее. Когда она успокоилась, он тихо спросил:

– Скажите мне, почему вы так расстроились?

– Прежде пообешайте мне кое-что.

– Что же?

– Я хочу… я должна продолжать притворяться Анной. Вы мне поможете?

– Конечно. Но почему?

– Я не могу во всем признаться, не поговорив сначала с Анной.

– Понятно. Но непонятно, почему вы так огорчены. Роза, скажите, что случилось? Не скрывайте от меня правду.

– Мне кажется, я знакома с мистером Фолкирком, – начала она, – но если он меня узнает… В общем, для всех будет лучше, если я смогу его убедить, что я не Розабелла Ордуэй.

– А почему вы не хотите, чтобы он вас узнал? Он что, пытался ухаживать за вами, когда вы были женой Стивена Ордуэя? Да? И вы боитесь, что Фолкирк примется за старое?

Опустив голову, Розабелла пробормотала:

– Да. И пожалуйста, Филип, помогите мне убедить его в том, что я Анна… Если он поверит в это, то уедет в Лондон. А Эмилии мы потом все объясним…

– Хорошо, – сказал Филип, – сделаем, как вы хотите. А теперь – поправьте платье, а то по всему графству расползутся слухи, что я соблазнил Аннабеллу Келланд. Как тогда быть?

Филип и Розабелла вернулись в дом. Эмилия позвала их из столовой:

– Анна, Филип, идите скорее сюда! Я весь вечер жду, чтобы представить подруге моего лондонского знакомого. Мистер Фолкирк, мисс Келланд.

Мистер Фолкирк обернулся и молча уставился на вошедших, затем с улыбкой произнес:

– Розабелла Ордуэй! Какая приятная неожиданность! А я уж думал, что не смогу вас найти. – Он взглянул на Эмилию. – Миссис Ордуэй – моя старинная знакомая, – пояснил он. – Мы с ее мужем очень дружили. – И, обращаясь к Розабелле, дерзко спросил: – Не правда ли? – Он бросал ей вызов и тем самым угрожал, напоминая о прошлом и о том, на что способен.

Человек, стоящий перед ней, был не кто иной, как Селдер. Собрав все свое мужество, Розабелла сделала вид, что никогда его прежде не видела, и извиняюще улыбнулась. Филип тут же пришел ей на помощь:

– Знаете, Фолкирк, однажды я проиграл спор. Когда мне сказали, что эта леди и ее сестра – близнецы и похожи как две капли воды, я этому не поверил. Мне и в голову не приходило, что такое сходство возможно. Но я оказался не прав. Вот и вы заявляете, что знаете миссис Ордуэй…

– Разумеется, – подтвердил Фолкирк.

– И уверены, что перед вами она?

– Да.

– А если я вам скажу, что эта леди – ее сестра Аннабелла Келланд?

– Конечно же, это Аннабслла, – вмешалась Эмилия. – Она живет с отцом в Темперли недалеко отсюда. А миссис Ордуэй живет в Лондоне. Вы с ней знакомы, мистер Фолкирк?

– Э… да. – Гость наморщил лоб и повернулся к Розабелле. Он пристально посмотрел на нее жестокими и застывшими, как у змеи, глазами. Она в ответ смерила его холодным взглядом и вскинула голову. Он неожиданно улыбнулся: – Простите меня, мисс Келланд. Я обознался. Сходство действительно поразительное.

– Я вас простила, сэр, так как привыкла к тому, что меня принимают за сестру, хотя порой возникают неловкие ситуации.