Друзья отца. Будешь нашей - Бетти Алая

— И что? Ей девятнадцать. Лера учится в университете! — повышает голос папа.

— Но я тоже их люблю, — вставляю свои пять копеек, — очень сильно, папуль.

— Твоя любовь, милая, недостаточная причина, чтобы быть с двумя взрослыми мужчинами. Выбери одного, потом обсудим.

Папа категоричен, и мне от этого очень больно. Я его понимаю. Он воспитал меня правильно. Но что делать, если я не могу выбрать?

Всхлипываю. Так, не плакать! Я должна показать отцу, что взрослая и могу сама сделать выбор.

— Я не могу выбрать, прости, — поднимаю взгляд и смотрю папе в глаза, — и не стану!

Это очень тяжело, но я должна.

— Как не можешь? Вы же… боже, как сложно всё! — выдыхает папа, роняет лицо в ладони.

— Ничего сложного нет, — спокойно отвечает Игнат, — просто так получилось. Мы полюбили Леру, а она нас. Мы втроем — единое целое. Ты можешь просто разбить наши отношения, заставить дочь выбирать. Но прежде ответь себе на вопрос: что для тебя важнее? Счастье Леры, пусть и нестандартное. Или грусть в ее глазах и немое осуждение?

— Ты передергиваешь. А если она разлюбит? Если это лишь юношеское увлечение?

— Мы это примем и отпустим Леру. Петь, ты ведь знаешь нас. Хоть раз мы тебя подводили? Подставляли?

Сердце кровью обливается. Ну почему всё так?

— Понимаешь, мы все равно заберем Леру. Но хотим всё сделать правильно, — уверенно говорит Ян, хотя я вижу, что он на взводе.

— Потому что она хорошая девочка. И будет мучиться, разрываться между нами. Ты этого хочешь?

— Ладно! — гаркает папа. — Допустим, я разрешу дочери вступить в такие нестандартные отношения. Что ее ждет в обществе? Отторжение? Непринятие?

— Но ведь если ты будешь на моей стороне, я со всем справлюсь! — выпаливаю, сжимая низ домашней майки. — Папа.

— Милая, — в глазах папули столько страдания.

— Прости, что я такая…

— Ты нормальная, — он обнимает меня, — самая лучшая. Моя девочка. Прости меня, старого дурака. Но не смотри так на меня… это разбивает мне сердце.

— Значит, ты согласен?

— А замуж? — папа использует последний аргумент. — У нас можно иметь лишь одного мужа.

— Я стану ее мужем, — Игнат встает, лезет в задний карман и плюхается передо мной на колени, — ты согласна, моя девочка?

— Ах ты… — рычит Ян.

— Ты мой воздух, Лера. Моя душа. Я безумно влюблен и не представляю жизни без тебя. Выйдешь за меня?

— Да, — улыбаюсь, затем виновато смотрю на Яна, — прости…

Я этого хочу. И готова! Папа молчит, лишь поджимает губы. У него больше нет аргументов. Но мы докажем! Создав крепкую и любящую семью, заставим папу окончательно нас принять.

— Одно условие! — вклинивается папа, — замуж только после получения диплома! Пока встречайтесь, так уж и быть…, но если моя дочь пожалуется…

— Ты яйца нам пришьешь к подбородкам, — хохочут мужчины.

— Игнат, на пару слов, — папа встает и идет на кухню.

Ян сгребает меня в охапку. Наслаждаюсь его запахом. Такой родной.

— Ты не злишься?

— Он первый, — вздыхает мужчина, — признаться, я даже не думал пока о женитьбе. Сам виноват. Игнат явно помешан на тебе, детка. Думаю, мы в будущем сможем как-то решить этот вопрос.

Он очерчивает кончиком пальца мое лицо. Обхватываю его ладонь и прижимаю к губам.

— К тому же, это всего лишь штамп в паспорте. Главное, от кого будут твои дети.

— Я бы хотела от обоих, — лепечу, краснея.

— Значит, будет много и от обоих, малышка, — смеется Ян.

Игнат и папа возвращаются. Бросаюсь на шею к своему лысому красавчику с фингалом под глазом.

— Я люблю тебя! — шепчу.

— Я тебя тоже, моя девочка, — сладко урчит.

На том и решаем.

Ну а вечером Ивана не только позволяет папе ее проводить, но и приглашает его в гости. Надеюсь, у них всё будет прекрасно!

Гордея сажают, поскольку несколько девушек заявляют на него. Арест мажора придал его жертвам сил, и теперь мой бывший не отмажется. Стасе помогают освободиться, она забирает документы из университета и исчезает с радаров.

Ну а я сдаю сессию и устраиваюсь на подработку в компанию Игната и Яна. Ивана с папой решают съехаться, а я переезжаю к своим мужчинам.

Свадьбу мы отложили, пока я не получу образование. Папа очень за этим следит. Но моя любовь не мешает! Наоборот! Я готова ко всему и невероятно собрана!

Ведь передо мной раскинулось прекрасное будущее, полное шансов и надежд. А за руки меня держат самые лучшие на свете мужчины. Друзья моего отца…

Эпилог

Лера

Три недели спустя…

— Спасибо! — оставляю щедрые чаевые и бегу в офис к моим мужчинам.

На пальчике сверкает дорогое колечко. На улице светит солнышко. Позади первый курс, сессия и все проблемы в личной жизни.

Папа полностью увлечен Иваной. Мы с ней познакомились через неделю после возобновления их отношений. Красивая, умная, отличная пара для папы. Мы подружились.

А я работаю у своих мужчин. Мы живем вместе, и я почти уговорила отца смилостивиться и позволить нам с Игнатом официально пожениться.

— Привет, девчонки! — здороваюсь с отделом секретарей.

— Лерчик, утречка! — улыбаются мне.

Я такая счастливая! Ведь помимо важных документов несу в сумочке кое-что, что перевернет нашу жизнь. Захожу в лифт, напеваю любимую песенку. Выхожу на тридцать пятом.

— Привет! Я к Яну Борисовичу, — рапортую девочке на ресепшн, — он у себя?

— Да, тебя ждет! Документы привезла?

— Ага! — отдаю ей конверт. — Не беспокойте нас, пожалуйста!

— Не вопрос, Лерчик, — подмигивает мне.

Парю на воздушном облаке любви прямо к своему любимому. Тихонько стучусь, открываю дверь.

— Да, поставка нужна завтра! — слышу низкий суровый голос и мгновенно возбуждаюсь. — Без глупостей!

— Какие люди! — Игнат тоже здесь, сидит с кружкой кофе.

Они оба такие красавчики! Так и не скажешь, что обоим за сорок. В деловых выглаженных костюмах, кипенно-белых рубашках. Мои мужчины.

— Привет, — кокетливо стреляю глазками, сжимаю сумочку в руках, — есть времечко для меня?

Знаю, что мои мужчины любят, когда я веду себя как скромница. Это их безумно заводит.

— Для тебя всегда есть, — Игнат встает, ставит кружку на кофейный столик, подходит.

Нависает сверху горой. Такой высокий! И смотрит этим взглядом, от которого сердце выпрыгивает из груди. Кладу ладони на широкую грудь. Расстегиваю пуговицу пиджака.

Срываю его с мужчины, бросаю на диван. Облизываюсь.

— Детка, — рычит Игнат, обхватывая огромными ручищами мою талию, — из скромной девочки в хищницу за одну минуту?

— За секунду, — томно шепчу ему на ухо, кусаю за мочку.

Мужчина рычит. Нравится мне дразнить моих диких зверей. Распалять и возбуждать. Я такая