Друзья отца. Будешь нашей - Бетти Алая

— Ну как в кого, — ухмыляюсь и дальше готовлю завтрак.

Я рада, что папа наконец-то перестал топтаться на месте и решил действовать. Ну а мне пора на экзамен!

Быстро собираюсь, надеваю подаренные мужчинами вещи. Складываю учебники в сумку и выхожу. У дома стоит машина. Черная иномарка. Это люди Игната?

— Лера Петровна, доброе утро! — здоровается крупный мужчина, открывает мне дверь. — Игнат Василич сказал отвезти вас на занятия.

Хмыкаю. Это в его стиле. Но мне ничего не сказал!

— Ладно, — усаживаюсь на заднее сиденье.

Здесь комфортно и уютно. Водитель быстро довозит меня до университета.

— Спасибо! — улыбаюсь ему и бегу на экзамен.

Приезжаю раньше, прохожу в аудиторию. Сегодня у нас общее тестирование. Такой формат, где все студенты сидят вместе, пишут тест, а потом нас по одному вызывают.

— Лерка! — девчонки бросаются ко мне. — Ты как? Всё хорошо?

— Да, девочки, — улыбаюсь, как вдруг слышу справа довольное блеяние мажоров из компании Гордея.

— Круто! Прямо из Канады?

— Да! — бывший пыжится, как петух, грудь выпячивает.

— Крутой мобильник! Кучу бабла, наверное, стоит! — обалдевают они, а я закатываю глаза.

Столько радости из-за простого телефона. Господи, совершенно глупые!

— Лер! — Гордей распихивает дружбанов, направляется ко мне.

— Девочки, мне нужно в туалет, — пытаюсь свинтить, но бывший хватает меня за руку, — чего тебе?

— Слушай, я извиниться хочу, — топчется, сжимает в руках свой дорогущий телефон, — поступил как мудак. Я отойду в сторону, но давай просто друзьями останемся?

Он тянет ко мне ладонь и роняет своё сокровище.

— Блядь, прости, — тянется, но я его опережаю, поднимаю мобильник и протягиваю мажору.

— Нет, Гордей. Между нами ничего не будет, даже дружбы, так что извини. Мне нужно в туалет.

Быстро убегаю, девчонки следуют за мной.

— Сумку оставила, чертов Гордей! — рычу, ополаскиваю лицо холодной водой.

— Ты нам все расскажешь! — требует Вика. — Лера, эти вещи стоят целое состояние!

— Ну, не состояние, — хмыкает Света, — но дорого, да. И качественно очень!

— Это мне подарил… ой, девочки, пора бежать на экзамен!

Мы возвращаемся, рассаживаемся и ждём преподавателя. Гордея почему-то нет, а его свора странно на меня посматривает. В чем дело? Начинаю нервничать.

Лектор приходит через десять минут. Не один. С ним ректор и охранники.

— У нас произошел вопиющий случай! — говорит преподаватель. — У Гордея украли мобильный телефон. Сейчас охрана пройдет и проверит ваши вещи. Оставайтесь на местах.

Ну конечно, украли! А светить им на всю лекционную кто заставлял? Поглощенная своими мыслями, не замечаю, что ко мне подходит охранник.

— Сумку! — басит, и я отдаю ему ее.

Жестко раскрывает, рассматривает содержимое.

— Что это? — он сует руку внутрь и достает телефон Гордея.

Глава 24

Лера

— Это твой телефон? — спрашивает мажора.

— Да, — кивает.

Я в ужасе перевожу взгляд с охранника на бывшего. На губы Гордея ложится едва заметная злая ухмылка.

— Он подбросил! — выпаливает Вика. — Мы уходили и оставляли сумку!

— Это правда? — хмурит брови подошедший ректор, обращается к друзьям Гордея. — Он сам положил этот телефон в сумку Матвеевой?

— Не, нахера ему? — выгораживают мерзавца друзья.

— Лера, тебе придется пройти с нами, — сухо бросает ректор, разворачивается и дает знак охраннику.

— Пошли. Мы просто поговорим с начальником службы безопасности. Уверен, всё выяснится быстро.

Девчонки с сочувствием смотрят на меня. А я не могу поверить! Меня обвиняют в воровстве?

Да я в жизни чужого не брала. Душа словно заморожена. Хочется плакать, но держу слёзы в себе. Понуро следую в кабинет ректора. Преподаватель семенит за нами.

А Гордей, довольный собой, поглядывает на меня.

— Проходи, садись, — ректор показывает на стул, я сажусь, ни жива, ни мертва.

Мне так страшно! Это же неправда!

— Это не я, — шепчу едва слышно, с трудом сдерживая поток слез.

— Все видели, что мобильный достали из твоей сумки, Лера, — качает головой мужчина, — воровство — это статья уголовного кодекса, ты в курсе?

— Конечно, — киваю, — но я ничего не брала. Я никогда…

Подбородок ходит ходуном. Мне так страшно! Я не виновата! Почему никто не верит?

— Позвольте, Борис Лукич, — вмешивается преподаватель, — Лера моя лучшая студентка. Прилежная, умная. Она бы в жизни не…

— Вы были в аудитории в момент совершения кражи? — ледяным тоном спрашивает ректор.

— Нет, но…

— Тогда ваши суждения оценочны. Лера, ты можешь доказать, что не брала телефон Гордея?

— Нет, — их взгляды так сильно давят, что я словно прирастаю к полу.

Сжимаю в руках сумочку, шмыгаю носом и всеми силами пытаюсь не заплакать. Время тянется, как жвачка. Заходят какие-то люди, ректор всех отсылает.

Атмосфера безумно тяжелая. Опускаю плечи, сверлю взглядом коленки.

— Если ты будешь продолжать препираться, то мы будем вынуждены вызвать полицию, — ректор откидывается на сиденье, — и тебя не только отчислят, но и посадят.

— Если тебе нужны были деньги, могла попросить, — снисходительно заявляет Васильев.

Глотаю ртом воздух, беспомощно смотрю на ректора. Не могу и слова вымолвить.

— Но я готов смягчить свой гнев, — мажор растягивается в довольной улыбке, — если Лера публично попросит прощения, и сама заберет документы из университета.

— ЧТО? — вскрикиваю. — Ты с ума сошел?

— Тогда хотя бы не сядешь, — ухмыляется.

— Значит так, Лера. Ты подумай, — всё так же сухо заявляет ректор, — предложение не такое плохое. Езжай домой, я отстраняю тебя от учебы. Завтра жду твой ответ.

Встаю и на негнущихся ногах выхожу. Не помню, как оказываюсь на улице. Так несправедливо! Чертов Гордей! Слезы льются по щекам, бреду куда-то к воротам.

— Лера! — не замечаю, как оказываюсь в объятиях Игната. — Малыш, что такое?

— Меня могут отчислить, — шепчу, уже не могу держать это в себе.

Мужчина внимательно смотрит на меня. Затем прижимает к себе. А я плачу. Меня обвинили несправедливо! Я не виновата!

— Я не виновата, — шепчу, глотаю горькие слёзы.

— Рассказывай, девочка моя, — нежно шепчет Игнат, — мы всё решим, я тебе обещаю.

— Я не… не брала… я, — вся трясусь.

К университету подъезжает машина. Оттуда выскакивает Ян и быстрым шагом подходит. Игнат сажает меня на скамейку.

— В чем дело? — рычит он. — Ты Леру до слез довел?!

— Ёбнулся? — фыркает Игнат. — Она задержалась, вышла и плачет. Бормочет, что не виновата.

— Что случилось? — Ян присаживается передо мной. — Рассказывай, кто тебя обидел, малышка?

— Я… — всхлипываю и снова заливаюсь слезами, — не виновата.

— Милая, конечно! Если это мудак Васильев, я его кастрирую, — рычит Игнат, гладит меня по голове.

Спустя несколько минут меня отпускает. Близость мужчин придает сил, и я решаюсь все рассказать. Начиная с момента якобы попытки примирения Гордея до его условий.

— Сука малолетняя, — глаза Игната зло