Оникс. Когда ты обречён - Дар Ветер

Что-то полыхающее, яркое показалось в проходе. Оно приближалось и это настолько испугало Оникс, что она подошла к женщине и схватила её за руки, ища у неё защиту.

Ослепнуть можно…

Оникс села и стала тереть глаза. От множества свечей в глазах запрыгали солнечные зайчики. Рядом Бэрил тоже тёр глаза. Осмотревшись, он сказал:

— Занятно, — и потом, — как мы здесь оказались, ты не знаешь?

— Спешу поздравить вас, дети мои, — вестник, которого они заметили только сейчас, склонился перед ними в поклоне, — ваши души нашли путь к друг другу, обряд успешно завершён. Отныне вы муж и жена.

На его лице сохранялось всё то же блаженное выражение, глаза просветлённо сияли.

Бэрил облегчённо засмеялся:

— Как вы, однако, ловко всё провернули, посланник богов! Теперь я понимаю, зачем был нужен разговор накануне.

Он ловко соскочил с ложа, потянулся и предложил руку Оникс. И, как только та стала на ноги, крепко обнял её:

— Я так рад. Пойдем, расскажем твоим родным?

Вестник проводил их через одну из боковых дверей, украшенную белыми и красными цветами. Как и другие новобрачные, они прошли через благоухающую цветочную арку, ступая по белой щебёнке, красивые крупные белые и красные пинны сопровождали их и скрывали от взоров любопытных. Они вышли на центральную улицу, ведущую к замку и тут их ничто не прятало. Редкие прохожие, проснувшиеся на рассвете, останавливались на миг, провожали их взглядами, и снова спешили по своим делам.

— Посмотри на серьгу! — слышались шепотки.

— Откуда он такой выискался? Берёт в жёны нашу принцессу.

— Теперь я совсем своя, а ведь недавно была ужасной колдуньей, — шепнула Оникс Бэрилу.

— Поздно спохватились, — губы Бэрила растянулись в улыбке, — теперь ты моя.

Оникс вспыхнула и опустила глаза. Бэрил держал принцессу за руку крепко-крепко, его рука была горячей как расплавленный воск, а улыбка обжигала. Оникс улыбалась ему в ответ. Она сделала свой выбор, она нужна ему, и сейчас совсем не хочется думать о том, что ожидает её вскоре.

Глава 6. Портал

— Возьми, это тебе пригодиться.

Бэрил протянул Оникс связку бус. Камни тускло блестели. Принцесса подняла их, держа двумя пальцами, как нечто грязное.

— Зачем мне это? Они совсем некрасивые.

— Это не украшение. У нас нет денег. Их слишком легко подделать. Поэтому вместо монет в Тарде мы используем камни, невосприимчивые к колдовству.

— Может быть вы и одежду обычную не носите и живёте в пещерах? Что ещё мне следует знать о твоём городе?

— Как знать, как знать… — не стал вдаваться в подробности её муж, — магия меняет реальность, места, пропитанные ею сотканы из абсолютно другой, непонятной обычным людям материи. Пусть всё в Тарде будет для тебя сюрпризом. Этот город время от времени удивляет даже меня.

Они стояли у ворот, рядом переминались с ноги на ногу два великолепных трирога коричневой масти, готовые вести карету в неизвестность. Бэрил сказал, что будет управлять ими, сидя в карете. Скоро, вот-вот, все соберутся здесь, чтобы проститься.

— А вот и наш спутник, — Бэрил кивнул в сторону и Оникс впервые увидела Сина.

Мужчина оделся тщательно, даже щёгольски. Так одевались горожане, мечтающие стать в ряды главных модников. Плащ-халат, из-под которого выглядывали узкие брюки с яркой шнуровкой и круглая шляпа.

— Эту суповую миску я видела сегодня на кухне, — громко, с задором, сказала Эдит. Она смотрела на незнакомца прищурившись, точно так же как она смотрела обычно на грязь на туфлях, — ай-ай, как же не стыдно воровать!

Мужчина взглянул прямо на неё, и лицо его приобрело жизнерадостный зелёный оттенок.

— Помолчала бы, простушка! — выплюнул он, — сейчас это самый шик. А если некоторые служанки не могут разглядеть драгоценный камень, то зачем тратить на них время?

— Кусок грязи, ты имел в виду? — поджала губы Эдит, — пойдём, Оникс, у нас есть ещё дела. Ты ведь не взяла свою сумку, по-моему, я видела её где-то неподалёку.

Стоило им немного отойти в сторону, как Эдит взорвалась.

— Ехать с таким как этот! — возмущалась она.

— Ты его знаешь?

— Знала когда-то. Держись от него подальше, он прохвост! Не нравятся мне спутники твоего мужа.

***

И вот они в пути. Оникс долго не могла отойти от прощания, мысль, что возможно она видит всех обитателей Серого замка в последний раз, пугала и печалила её, на глаза то и дело наворачивались слёзы. За окном тянулись сначала сёла одно за другим, потом их сменила степь, казавшаяся бесконечной. Так они ехали весь день, останавливаясь ненадолго, чтобы перекусить и размяться. К вечеру Син начал беспокоиться, у него закрались подозрения, что у Бэрила нет намерений останавливаться на ночлег.

— Мы что же, будем ехать всю ночь? — с недовольством спросил он, — тебе известно, куда мы направляемся?

— Ты видишь в округе гостиницы или таверны? Ни одной, — Бэрил говорил спокойно, словно не замечая недовольства слуги, — мы будем ехать всю ночь и часть дня. Потом придётся пройтись немного пешком.

— Пешком? — в ужасе переспросил Син, словно надеясь, что ему послышалось, — и тебя это устраивает? — обратился он к Оникс.

— Абсолютно, — уязвлённая его грубым обращением, она тут же решила принять сторону мужа, хотя долгий переход пугал её не меньше, чем слугу.

— Что ещё взять с колдунов! — воскликнул Син, — у вас вторые ноги, что ли, приделаны?

— А говорят у предсказателей скверный характер, — сообщил Бэрил, — мол, дар накладывает отпечаток. Теперь я вижу, что всё это предрассудки.

Оникс нервно захихикала и тут же отвернулась к окну — ей не хотелось новой вспышки недовольства Сина.

— И ещё один факт о предсказателях, — шепотом, чтобы не слышал Син, сказал Бэрил, — если захочет, он может услышать любой разговор сквозь закрытую дверь и даже стену, если она недостаточно толстая. Но не все об этом знают. Он тоже. Расскажем?

Оникс замотала головой. Син покосился на них с подозрением, надулся и остаток дня молчал.

***

Трирогов пришлось отпустить. Бэрил переоделся, вместо новой богатой тёмно-красной куртки одев старую, чёрную, явно ношеную, левое плечо и рукав которой были выделаны из толстой отоксовой кожи и к тому же какие-то потрёпанные. Ему явно не впервой были долгие переезды. Оникс то и дело зевала — с непривычки заснуть в карете ей было сложно, она то и дело просыпалась. Кроме того, она впервые так долго находилась наедине с мужчинами, а тут их было двое. Бэрил заботливо укутал её одеялом, но это