Чувства наизнанку - Даша Коэн

Сказала, а сама аж дыхание задержала, ожидая, когда же Марк пригласит меня на следующее свидание. И пригласит ли вообще? А вдруг ему мои ломания и ужимки уже осточертели до тошноты? Сейчас привезет меня домой и укатит восвояси к более сговорчивым дамам.

— Ты подумала, что будешь делать с квартирой матери? — вдруг нарушил ход моих мыслей Хан.

— Наведу порядок и выставлю на продажу, — без колебаний ответила я.

— Сама там жить не хочешь?

— Нет. Слишком много дурных воспоминаний.

— Расскажешь?

А я замерла каменной статуей, раздумывая, что сказать ему и надо ли вообще это делать.

— У меня была неблагополучная семья, Марк, — осторожно подвела я итог всему тому, что творилось в моем детстве.

— А этот папаша?

— А этот папаша жил на две семьи. Одна идеальная, вторая наша. Когда надо было выбирать с кем остаться, он, конечно же, выбрал не нас с мамой.

— Козинский…, — потянул Марк, — слушай, а он случайно не родственник той самой Стеллы, что училась вместе с нами?

— Он ее отец, — безжизненно выдала я.

— Оху…офигеть!

— Да уж, тут только мат может передать всю прелесть ситуации, — грустно усмехнулась я.

— А сама Стелла что ли была не в курсе вашего родства?

— В курсе, Марк. Вот только я ей в качестве сестры и даром была не нужна.

— Вот же сука!

— Да ладно, я не в обиде, — отмахнулась я и уставилась в окно, не в силах выдержать его жалости.

Она мне не нужна. Я сильная. Я смелая. Я независимая! А от чужого мнения так тем более.

— Только не злись, но я пробил за него немного. Так вот, Козинский год назад обзавелся целым состоянием, вот только по завещанию, почившей его супруги, все досталось ему одному, а не всем родственникам в равных долях. Что странно. Не так ли?

А я только плечами пожала.

— За год он все спустил в подпольных казино и на тотализаторе. Все имущество заложено, Козинский гол как сокол и в добавок торчит крупную сумму бабла черным коллекторам. Короче, Тань, это я все к чему? Твой папаша сейчас в полной заднице, а потому может вытворить самую дикую дичь из возможных.

— Что?

— Я бы предложил тебе находиться рядом со мной двадцать четыре на семь, но ты, скорее всего, не согласишься. Так?

— Конечно, — выпалила я и нахмурилась, видя его расстроенное лицо.

— Да и я не вывезу, ибо ты сводишь меня с ума…

— Марк!

— Ах, прости. Ну так вот. Таня, не обижайся, но какое-то время за тобой будут следить мои люди.

— Нет!

— Да! Следить и оберегать.

— У нас что, девяностые на дворе? — возмущенно спросила я.

— Выбирай! Или мои парни, или я сам.

— Какой ужас!

— Я бы на твоем месте выбрал второе, — улыбнулся мне и попытался снова переплести наши пальцы, но я не далась.

— А я на своем месте выберу первое! — выпалила я.

— Ну вот, — рассмеялся Марк, — опять я в пролете.

— А со Стеллой что? — перевела я тему.

— Овдовела. В восемнадцать вышла замуж за очень богатого человека, который годился ей в дедушки. Но, на ее беду, когда супруг представился, оказалось, что он все свое имущество завещал одному благотворительному фонду.

— Бедная…

— Да уж, ты зришь в корень, Тань.

— А младший ребенок, про него что-то известно?

— Тань…

— Говори!

— Он…в общем, твой брат был наркоманом. Там прям по жести. Под веществами попал в аварию и чуть не отдал богу душу. После переосмыслил жизнь и подался в монахи. Там, как мне сообщили, своя атмосфера и ему на все мирское до звезды.

— Оу…

— Приехали, — остановился Хан у моего подъезда, а я ошалело покрутила головой, не понимая, как так все быстро случилось.

Что? Это все? Совсем, совсем все?

Эх…

— Ладно. Еще раз спасибо за вечер, Марк, — опустила я глаза на свои стиснутые на коленях руки.

— Спасибо — это чудесно, но я бы предпочел хотя бы один поцелуй, — и его пальцы ласково скользнули по моей скуле.

— Поцелуй?

— Угу.

— Что-то я как-то даже не знаю, — разволновалась я и нервно оглянулась по сторонам.

— Всего один, Тань. Малюсенький, — словно змей искуситель шептал мне Марк, пока его пальцы порхали по моему лицу, шее и зарывались в волосы.

— Но…

— Крошечный, Тань.

— Ну, если только крошечный, — чуть кивнула я головой, не в силах отказать ему.

А в следующее мгновение вскрикнула, так как Марк чуть приподнялся, а затем подхватил меня под ягодицы и усадил к себе на колени. Раз — и дело сделано.

— Ты…ты что творишь? — задохнулась я возмущением.

— Собираюсь быстренько тебя поцеловать, — растянул губы в медленной улыбке и зарылся одной рукой в мои волосы, а большим пальцем второй руки оттянул мою нижнюю губу вниз, а дальше соскользнул на подбородок, чуть надавливая.

Так, что мой рот слегка приоткрылся.

— Готова?

А я только выдохнула и прикрыла глаза, не в силах больше и секунды смотреть на этого наглеца.

Целуй же уже, да я побежала.

А в следующий миг его рот накрыл мой, а язык сразу же заполнил меня, начиная свой дикий, бесстыдный танец. Лизнул губу и снова углубился, накачивая собой.

Жарко!

И толчок снизу, промеж моих ног, прямо туда, где все прошило сладкой судорогой от этого прикосновения.

И еще один, после которого я почувствовала, что он твердый как камень.

Господи! Помоги!

Руки резко вниз и теперь вместе с его толчком, он рванул меня на себя. Хотела возразить, но только стон вырвался из моего горла, а низ живота скрутил сильнейший спазм, и я с ужасом поняла, что мои трусики стали мокрыми.

А он все продолжал меня целовать. Вылизывать. Покусывать. Доводить до сумасшествия, за которым я уже не понимала разницы между да и нет. В голове билось только одно слово — еще!

Его ладони нежно гладили мои ягодицы, чуть разводили их в стороны, сжимали, а затем снова чуть вдавливали меня в его тело. И с каждым толчком мне становилось и страшно, и сладко, и запредельно остро.

— М-м…ах! — откинула я голову назад от очередного соприкосновения его твердости и моего жара, а руки Марка взлетели вверх, отыскивая на спине бегунок от молнии моего платья.

Нашел.