Никакой магии - Карен Брукс

Нерида наспех состряпала обед и поела вместе с Нортоном в его комнате. Джози и Слоун сидели в столовой. Тягостное молчание то и дело нарушалось взрывами лихорадочной болтовни. Даже собаки вели себя странно. Только рыжий кот, как обычно, спал мертвым сном.

— Ты слышал, Слоун? У Мэйвис Дункан вчера умерла мать. Она просила похоронить ее в подвенечном платье. Чего только не приходит людям в голову перед смертью…

Слоун предпочел промолчать. Чему приписать эту истерическую словоохотливость? Видно, что-то случилось. Он не успел поговорить с Неридой, но несколько раз поймал на себе ее красноречивый взгляд. Ей не терпелось рассказать какую-то важную новость.

— Гарриетта Фосдик думает, что учительница собирается замуж за Уолтера Чайлза. Придется искать новую. Я сказала Гарриетте, чтобы они взяли мужчину. Эти легкомысленные девчонки больше думают не об учениках, а о женихах.

Нерида жевала механически, не ощущая вкуса еды. Какое дело Джози до чужих детей?

На улице раздался крик. Ничего необычного в этом не было. В этот час многие торопились домой. Кто-нибудь окликнул приятеля или спросил дорогу к гостинице…

Но тут же прозвучал второй крик, громче первого. В нем слышалась угроза. По спине Слоуна побежали мурашки. Он отодвинул стул и шагнул к двери. За ней стоял Боб Кепплер.

— Извини, Слоун. Дело плохо.

— Что случилось?

— Парень, который затеял днем драку, вернулся, приведя с собой дружков. Они сидят в трущобах, кричат, что в Кокерс-Гроуве все жулики и что они положат этому конец.

Все было совсем не так, как в ту ночь, когда разыгрался пожар. Нерида выскочила на крыльцо, но не побежала за Слоуном. Сейчас она была бы ему помехой. Сердце у нее сжалось.

В сумерках были хорошо видны фигуры пяти мужчин, бьющих стекла в лавке на дальнем конце главной улицы. Казалось, кроме дубинок, оружия у них не было. Один из них вылакал из горлышка последний глоток, швырнул пустую бутылку в разбитое окно и наклонился за камнем.

Старик в потрепанной форме конфедератов размахивал кавалерийской саблей и изрыгал проклятия в адрес ненавистных янки. Скрипнула дверь, и на крыльцо вышел дед.

— Что происходит? Их целая толпа, или просто несколько пьяных хулиганов?

— Их немного, но они могут быть опаснее целой толпы…

Раздался новый крик, и на улицу высыпали горожане. Старый вояка взмахнул саблей над головой, но кто-то с виду похожий на молотобойца вырвал ее и сломал о колено.

— Может, тебе лучше войти в дом, Нед? Пусть этим занимаются начальник полиции и его помощник.

Нерида покачала головой. Пока не начнут стрелять, она останется здесь. Вдруг Слоуна ранят?

Макдонох не видел у буянов огнестрельного оружия, но на всякий случай вынул из кобуры револьвер. Их было человек двадцать — двадцать пять. Те, кто крушил лавку в Хиллз-Сэддлери, составляли лишь небольшую часть погромщиков. Другие ворвались в помещение компании по перевозке грузов. Они могли лишь разрушить здание: ни товаров, ни денег, ни вина в конторе не было.

Спеша за погромщиками, Слоун покачал головой. Злые и пьяные, они были обречены. Взбешенные бизнесмены попросту изрешетят их.

Откуда-то выскочил Берлингейм.

— Вы назначаетесь моим заместителем, Уинн…

Прежде чем член совета успел принять или отклонить предложенную ему честь, окна компании озарились пламенем. Повалил густой черный дым. Стекла дождем посыпались на мостовую.

— Проклятые ублюдки! — прорычал Берлингейм на бегу. — Черт побери, они сожгут весь город!

— Только через мой труп! — хрипло ответил ему Слоун.

В свете пожарища он заметил одного из обитателей трущоб. Тот бежал зигзагами, словно пытаясь избежать пули. Слоун остановился, прицелился, выстрелил и отвернулся, когда человек упал.

Забил пожарный колокол, и Нерида загнала старика в дом. На диване в гостиной уютно расположилась Джози, просматривавшая последние номера журнала мод.

— Какой отвратительный шум, — не поднимая головы, пробормотала она и перевернула страницу.

Нерида отвела Нортона в комнату, а потом ответила:

— Вы сидите с журналом, а в это время горит контора фрахтовой компании. Вас это не волнует?

— Нет, нисколько, — спокойно прозвучало в ответ.

— Слоуна могут убить! Это вас тоже не волнует?

— Мисс Ван Скай, меня не волнует ничто на свете. А теперь будьте добры помолчать и не мешать мне просматривать журнал.

Нерида взмахнула рукой, и злополучное периодическое издание отлетело на другой конец комнаты.

— Смотрите на меня, когда я говорю! — прошипела она. — Человек готов отдать за вас жизнь, а вам все равно? Сука бессердечная! Ты не стоишь того, чтобы он ударил для тебя палец о палец!

Зеленые глаза мигнули, полные губы сжались в ниточку, но Джози отнюдь не была обескуражена неожиданным нападением.

— Если я и стала бессердечной, то только благодаря ему. Ты, дорогая гостья, и понятия не имеешь, что он со мной сделал. Плевать мне на то, убьют его или нет! Он выбрал это место, не я. Ему захотелось стать начальником полиции в захолустном городишке. Еще бы! В Сан-Ривере он был никем.

— Неправда! — вырвалось у Нериды. Она тут же спохватилась, но было поздно.

— Да? И что же он тебе рассказывал? — спросила Джози.

На улице пронзительно завизжала женщина, и этот звук заставил их оцепенеть. Джози опомнилась первой. Она подошла к окну и подобрала журнал.

— Едва ли он говорил, что бросил Сан-Ривер как раз тогда, когда в нем больше всего нуждались. Рэндалл был смелый и красивый, но не умел управлять плантацией, даже маленькой. Слоун умел, но не захотел помочь.

Раздалось несколько выстрелов, послышались новые вопли. У Нериды по спине побежали мурашки. Захотелось выскочить на улицу и найти Слоуна, но что-то заставляло ее внимательно слушать Джози.

— Знаешь, я ведь должна была выйти замуж за Рэндалла. Это было решено задолго до того, как мой папочка умер от белой горячки. Никто не сомневался, что я перееду в Сан-Ривер, хотя Рэндалл и говорил, что не женится до двадцати пяти лет, когда ему предстояло получить наследство от матери. Мне было тогда шестнадцать, а ему двадцать. Если бы я решила ждать, то рисковала остаться старой девой.

— Но все же пришлось подождать, верно?

Джози вернулась на диван и снова раскрыла журнал. Однако желание выговориться было слишком велико.

— Шла война. Рэндалл хотел присоединиться к конфедератам, а Слоун пытался убедить его, что он должен позаботиться о нас и плантации. Но Рэндалл не захотел остаться, а Слоун не смог, потому что должен был ехать в свой идиотский Бостонский университет. Он бросил нас, а Рэндалла подстрелили в первом же бою.