Последний штрих - Диана Кизис

– Даже близко к еде не подходи, – заявил Зак, вынимая нож из колоды для рубки мяса. – Помнишь, как мы однажды отправились кататься на сноуборде и ты решила приготовить тосты по-французски?

– Что, плохо вышло? – спросила Джулия.

– Бурда с привкусом кленового сиропа. – Зак подмигнул мне. – Ты лучше присаживайся, чувствуй себя как дома. Вот тебе вино. – Он протянул мне хрустальный бокал, который я сразу узнала: из таких мы пили на их свадьбе с Сесил. – И орешки погрызи.

Я села и послушно принялась жевать фисташки, в то время как Зак обучал Джулию готовить курицу. Он объяснял, что главный кулинарный секрет заключается в том, чтобы просунуть под шкурку масло с чесноком: тогда мясо пропитается его ароматом.

– Я люблю готовить, – заявила Джулия, – но куда мне до тебя!

– Ты готовишь? – удивился Зак.

– А куда подевались Брин с Дэвидом? – перебила их я.

– Они звонили несколько минут назад, сказали, что опаздывают, – ответил Зак.

– Я остановилась у родителей, и мы решили, что будет лучше, если я приеду на собственной машине. – Джулия улыбнулась. – Прелестный хрусталь, правда? – прибавила она, кивнув на свой бокал. – Обожаю хрусталь от Тиффани.

«По тебе заметно», – подумала я, стараясь не смотреть на нее испепеляющим взглядом.

Пока Зак занимался приготовлением какого-то месива – при этом яйца он разбивал одной рукой, – я взяла свой бокал и отправилась в гостиную. В стерео звучал голос Эллы Фитцджеральд, горели свечи. Мой взгляд упал на одну из фотографий в рамках, что стояли на каминной палке, снятую на помолвке, примерно за полгода до смерти Сесил. На фото она смеялась, запрокинув голову. Белокурые волосы ниспадали ей на плечи. Свежевыбритый Зак что-то нашептывал ей на ухо. «Тогда он был стройнее», – подумала я. Интересно, заметила ли Джулия снимки? Почувствовала ли она то, что Сесил повсюду? Эти диванные подушки мы с Брин подарили ей на Рождество несколько лет назад. На пристенном столике стояли два серебряных подсвечника – свадебный подарок Генри и Хамира. Уже после смерти Сесил были присланы запоздалые подарки из модного магазина «Блумингдейл», и Зак оставил их себе: он просто не знал, что еще с ними делать. Обрывки упаковочного пенопласта еще долго валялись по всему дому. Я окинула взглядом комнату и подумала: «Как смеет эта курица разгуливать здесь с видом хозяйки? Нацепила его фартук (в это время из кухни донеслись заливистый смех и возглас: «Боже, я никогда этого раньше не делала!») и пьет из свадебного хрустального бокала Сесил». Я сама удивилась своим чувствам: когда я поняла, что замышляет Брин, то особо не возражала. Но теперь, заслышав радостный смех «просто Джулии», я едва не ворвалась в кухню с воплем: «Эй, ты! Ты хоть понимаешь, что этот красавчик, на которого ты положила глаз, десять месяцев назад потерял жену? Почему ты ведешь себя так, словно это ремейк фильма «Холостяк»?» Я слышала, как Зак сказал:

– А теперь завяжи веревочку... Поздравляю, ты связала ножки и крылышки своей первой жареной курице!

И тогда я поняла: он и есть холостяк, – по крайней мере сегодня вечером. И она, если можно так выразиться, подцепила его на крючок.

Я не знала, что мне теперь и думать.

Услышав, что к дому подходят Брин и Дэвид, я распахнула дверь: мне вдруг захотелось взглянуть на обещанного Итана. Но никакого Итана с ними не было.

– Привет! – Брин обняла меня за шею. – Ты выглядишь просто потрясающе! Правда, милый?

– Действительно, потрясающе, – отозвался Дэвид. Он чмокнул меня в щеку и отправился на кухню.

– Послушай, приятель, – сказал он Заку, – Итан прийти не смог.

Я вопросительно взглянула на Брин: как все это понимать?

– Извини, – бросила она. – У него сегодня ужин с какими-то важными клиентами. Ненавижу мужиков.

– А Зак ненавидит кошек, – ляпнула я ни к селу ни к городу.

– Брин! – На пороге появилась Джулия и бросилась подруге в объятия, стряхивая с рук капельки воды. – Боже, ты выглядишь просто великолепно! Ты что, похудела?

– Да нет, а вот ты и вправду выглядишь обалденно! А руки-то, руки! Какие мускулы! Дэвид, скажи, она потрясно выглядит!

– Сегодня все выглядят потрясно, – отозвался тот из кухни, открывая банку пива.

– Я опять участвую в марафоне, – сказала Джулия, поднесла бутылку с водой ко рту и пшикнула. – Нужно следить за тем, чтобы организм не терял влагу. Это самое главное.

На столе было столько съестного, что вино пришлось пристроить на разделочный столик, а хлеб – на подоконник. Все блюда были отменно приготовлены. Приправа из уксуса с шампанским приятно покусывала язык; жареная курица, обильно приправленная маслом и чесноком, таяла во рту; каша из кукурузной муки и жареных каштанов была куда вкуснее привычных кукурузных хлебцев. Беседа сверкала остроумием, но все мои мысли вертелись вокруг моего нелепого прикида: платье из зеленого шелка подошло бы почетной гостье, но уж никак не такой, как я. Я вполуха слушала, как Брин с Дэвидом описывают понравившийся им дом.

– Представляете, шестьсот футов красного дерева, – говорила Брин. – Аиз ванной виден знаке надписью «Голливуд» и видно Гриффитскую обсерваторию.

– Да, приятно любоваться всем этим, сидя на унитазе, – изрек Дэвид. Брин игриво закатила глаза. Они были счастливы.

Гостей рассаживала Брин. Джулию она усадила рядом с Заком, Дэвид и сама она сели напротив, а меня приткнули с краю. Что ж, знакомый расклад: я всегда сидела через стул от ближайшего мужчины. Всякий раз, обращаясь к Джулии, Зак наклонял голову, чтобы лучше слышать, что она говорит. Он уложил волосы каким-то гелем, и они топорщились на макушке. Интересно, заметила ли это Джулия? Если и заметила, то ей было плевать. Зак был сама любезность: подливал ей вино в бокал, смеялся над ее шутками. Он даже налил ей воды в бутылку с пшикалкой из кулера, стоявшего рядом с раковиной. Брин, похоже, была довольна: все шло, как она задумала. Дэвид делал вид, что ничего не замечает.

– Давайте сыграем в какую-нибудь игру, – предложил Зак.

Ужин был съеден, и я помогала Брин убирать со стола.

– Обожаю игры! – воскликнула Джулия и захлопала в ладоши. – А во что будем играть?

– В «знаменитости»? – предложил Дэвид. Все с радостью согласились.

– Чур, я с тобой в одной команде. – Джулия положила руку Заку на плечо и продержала ее там чуть дольше, чем требовалось. До сих пор Брин наблюдала за развитием их отношений с самодовольной миной, но теперь она схватила тарелку и с грохотом опустила ее в раковину. Наверное, тоже решила, что Джулия чересчур уж прыткая.

Зак предложил нам с Брин составить вторую пару.

– А Дэвида мы возьмем к себе, – сказал он. – От него все равно никакого проку.

– Да пошел ты!.. – буркнул Дэвид. Все рассмеялись.