Последний штрих - Диана Кизис

С другой стороны, мы с Заком всегда питали друг к другу теплые чувства. Однажды на студенческом барбекю он заступился за меня, когда мой тогдашний парень, желая уединиться со мной в укромном месте, проронил, что, по слухам, я «готова ложиться подо всех без разбору». Не успел он закончить фразу, как Зак схватил его за руку и потащил к двери. Я слышала, как, прежде чем выставить подонка на улицу, он пригрозил:

– Еще одно слово, и ты у меня получишь, говнюк!

Я стояла в дверях и наблюдала за этой сценой. Больше всего меня удивило и смутило то, что Зак назвал его «говнюком».

– Эй, Джесси, знаешь, кто меня заколебал? – спросил Зак, вернувшись обратно и вытирая руки о джинсы.

Я покачала головой.

Он протянул мне пиво и положил руку на плечо.

– Этот урод.

Теперь мы с Заком сблизились без всяких на то причин. Я снова затянулась и почувствовала, что начинаю злиться. «Что это вдруг на них нашло? – подумала я. – Из-за того, что мы с Заком друзья, все думают, будто между нами что-то есть». Да, мы с Заком единственные свободные люди в нашей компании, но это еще ничего не значит.

Постойте-ка – у Зака же теперь никого нет! Меня как кирпичом по голове ударили. Я, конечно, знала, что Сесил уже не вернуть, но только сейчас я поняла, что из этого следует: ведь Зак свободен. Точно так же, как и я.

Лиззи Биггенз, звездная клиентка, которую Тарин заполучила благодаря мне, была крупной блондинкой лет сорока двух, обладательницей пышного бюста, который она называла «мои двойняшки». Ей нравились костюмы от Дольче и Габбаны, сигареты, новомодный комплекс упражнений пилатес и деньги. Больше, насколько я могла судить, ее ничего не интересовало. Ее дом примостился на самом краю отвесных скал. Поднимаясь по вымощенной плиткой тропинке, я дивилась на архитектуру. Дом Биггенз был словно высечен из скалы: ярусы геометрической формы из камня и стекла смотрелись на редкость органично. Добравшись до первой лестничной площадки, я переместила каменного будду на другое бедро – одно он мне уже отдавил. Тарин не пожелала отправить скульптуру с курьером – учитывая ее вес, пришлось бы выложить не меньше восьмидесяти долларов. Посему транспортировка этого просветленного создания была поручена мне. Осилив второй лестничный пролет, я остановилась передохнуть рядом с огромным цветущим кактусом. Мясистые кактусы, расставленные вдоль лестницы, смахивали на бесстрастных зеленых пришельцев. Моя драгоценная ноша весила целую тонну.

Я постучала в дверь. Мне открыла главная ассистентка Лиззи (всего у нее было две помощницы). На девушке была золотистая футболка с граффити, как у статистки из музыкального клипа в стиле рэп, и черные наушники, придававшие ей сходство с оператором из звукозаписывающей компании «Тайм лайф». Она приложила к губам указательный палец, призывая к молчанию, и жестом пригласила меня пройти во внутренний двор.

– А вот и мой дружок будда! – воскликнула Лиззи, завидев меня. Двор выходил на отвесный каньон, поросший перечными деревьями. – Сразу чувствуется, какой он старинный. – Она положила руку на живот статуи, словно та вынашивала хорошую карму. Лиззи упорно не замечала, что я изо всех сил стараюсь удержать будду и не потерять при этом равновесия. – Чертовски тяжелый, наверное. – Она отвернулась и зажгла сигарету.

Я выдавила из себя улыбку и поставила будду на тиковый обеденный столик.

– Не сюда, – остановила меня Лиззи. На ней был фирменный костюм, но туфли она скинула – они валялись на бамбуковой циновке. На ее лице совсем не было косметики, отчего оно казалось осунувшимся. Может, Лиззи выглядела бы лучше, не будь на ней делового костюма. – Сейчас покажу, где я хочу его пристроить.

– Да-да, – сказала я. – Простите.

Мне постоянно хотелось извиниться перед Лиззи Биг-генз.

Я последовала за путеводным дымом ее сигареты, с трудом подавляя искушение закурить. Мы миновали ряд комнат, обставленных главным образом по моим эскизам. В столовой стояла вычурная зеркальная этажерка (я сама ее выбирала), украшенная двумя массивными вазочками из ярко-оранжевого коралла, которые я разыскала и притащила Тарин в тайной надежде, что она их одобрит. Это я придумала сочетать корявые, аляповатые предметы интерьера с достаточно формальным шкафом – если бы у меня хватило смелости открыть собственный магазин, подобные сочетания несочетаемого стали бы моей фирменной маркой. Я улыбнулась, увидев, что Лиззи воспользовалась моей идеей, хотя она и не могла знать, что задумка принадлежит мне.

– Мой спортзал, – произнесла Лиззи и распахнула двери с матовыми стеклами. Моему взгляду предстала комната, которую я раньше никогда не видела. Вдоль стены протянулась шведская стенка. На полу – мяч для балансирования, тренажер и коврики для занятий йогой. Но интереснее всего был открывавшийся из комнаты вид: сквозь стену из цельного стекла были видны деревья и небо.

– Чудесное место, – сказала я и хотела было шагнуть в комнату.

– Сними ботинки! – гаркнула Лиззи.

– Простите. – Растерявшись, я протянула Лиззи будду и нагнулась, чтобы развязать шнурки. Когда я снова забирала статую, то заметила, что на лице у Лиззи застыло озадаченное выражение. – Куда вы хотите его поставить? – спросила я.

– Перед восточным окном. – Лиззи подошла к облюбованному месту и остановилась. – В ноябре мы собираемся устроить здесь фотосессию, – пояснила она, в то время как я согнулась и опустила будду на пол. – Модный журнал хочет написать статью о том, что помогает поддерживать форму голливудским звездам. – Она с минуту помолчала. – Лично я скучаю по тому золотому времени, когда понятие «поддерживать себя в тонусе» предполагало четыре дозы героина в день и случайный секс вместо обеда.

Я не знала, смеяться или нет, и на всякий случай решила воздержаться.

– Съемки должны быть удачными, – сказала я.

– Надеюсь, – кивнула она. – А теперь скажи мне, что ты думаешь на самом деле.

Я удивленно взглянула на Лиззи: раньше она никогда не интересовалась моим мнением. В мои обязанности входило лишь выбрасывать коробки и упаковочный пенопласт. Я оглядела простенькую комнату – если бы не открывшаяся панорама, она вполне сошла бы за среднестатистический зал для занятий йогой, – и честно сказала, что комнате не хватает индивидуальности.

– Я бы начала с освещения. Это самый быстрый и эффективный способ облагородить помещение.

И добавила, что у нас в магазине есть фонарики в китайском стиле, которые были бы здесь очень к месту. Лиззи передернула плечами, как бы соглашаясь со мной.

– Окна никак не оформлены, – продолжала я. – Но это не страшно. В самом деле, зачем портить вид? Но если здесь будет проходить съемка... Думаю, было бы неплохо привнести окружающую природу и в зал. Улавливаете, о чем я?

– Не совсем. – Лиззи повернулась ко мне спиной и уставилась на каньон. Пепел с ее сигареты сыпался в чашку с чаем.

Я объяснила, что у меня есть знакомая, ландшафтный дизайнер, которая изготовляет замечательные декоративные кадки как для сада, так и для помещений. Она использует современные емкости с геометрическим рисунком, но выбирает мягкие, землистые тона.