Жена по принуждению - Алиса Ковалевская

– К чему я должна быть готова? – отложила книгу, которую читала.

– Будешь сопровождать меня на переговорах.

– Твоя бывшая жена тоже сопровождала тебя на переговорах по первому требованию? – ляпнула и только когда слова повисли в воздухе, поняла, что это было совсем неуместно. И дёрнул же чёрт за язык! При чём вообще тут его бывшая жена?! Разве что при том, что она – его бывшая жена…

– Моя бывшая жена сопровождала меня везде, где мне это было нужно, – прочеканил. – И не задавала глупых вопросов.

Я было снова взяла книгу. Хотела проигнорировать его, но Яков такой возможности мне не дал.

– На этот раз китайцы тоже будут с переводчиком, но мне необходимо, чтобы ты внимательно следила за каждым словом.

– Так я должна сопровождать тебя: в роли жены или в роли переводчика? – поняла, что к книге уже не вернусь и закрыла её.

– И в той, и в другой. Платье привезут к пяти. Остальное, что тебе может потребоваться – тоже.

– У меня есть платье, – он начинал злить меня. – И всё остальное, – с нажимом, – тоже.

– Уже нет, – выходя из гостиной.

Я нахмурилась.

– Яков, – встала и пересекла комнату. Заставила его остановиться. Тон, которым прозвучало это «уже нет», мне очень не понравился.

– Надеюсь, ты не хочешь сказать…

– Не забывай, ты – моя жена. Твоё барахло не соответствовало твоему положению.

Я едва не задохнулась от гнева. Резко взбежала по ступеням и, оказавшись в своей спальне, распахнула шкаф. Ничего. Пусто… Только на одной из полок лежало бельё, подаренное мне когда-то Серебряковым. Два комплекта и ничего больше. Нет… На полке ниже – пижама с короткими шортами с приклеенным к ней стикером.

Оторвав его, я прочитала: «В этом у тебя отличная задница».

Зарычала и, смяв, кинула стикер обратно на полку.

– Сволочь, – захлопнула дверцу шкафа. Выдохнула, но гнев не улёгся. – Какая же ты сволочь, Серебряков!

Глава 22

Мирослава

– Мы поженились всего несколько дней назад, – ответил Яков, давая понять, что продолжения данной темы не будет.

В момент, когда он представил меня тем из партнёров, с кем я ещё не была знакома, не только как своего переводчика, но и супругу, лицо мистера Сяо вытянулось настолько, что я забыла о злости. Китаец даже как будто немного приуныл.

Я искоса посмотрела на Якова, пытаясь понять, на кой он это сделал, но, как всегда, не смогла увидеть ничего за его беспристрастностью.

Вечер шёл своим чередом. Попрощавшись с китайцами, мы покинули ресторан, однако к машине Яков возвращаться не торопился. Дал знак ожидающей нас охране.

– Куда мы? – спросила, когда он указал мне вперёд.

Обычная улица, освещённая фонарями.

– Немного пройдёмся.

Конечно же, спрашивать меня, хочу я этого или нет, он не стал. После переговоров прогулка была кстати, так что я тоже не стала ничего говорить и просто пошла рядом.

– Удобно, – заметила, намеренно не продолжая. Дождалась, когда Серебряков посмотрит с вопросом и договорила: – Жена, любовница, переводчик… Хорошо ты устроился.

– Неплохо, – согласился он с чуть различимой усмешкой.

Я сунула руки в карманы перехваченного поясом пальто. Лёгкое, из тонкого кашемира, оно было тёплым и мягким. Платье, изящные сапожки… Можно было сказать, что я тоже устроилась неплохо, только ничего из этого не вызывало у меня чувства радости.

– Что с моим обвинением?

Мы шли по улице как совершенно обычная пара, и это было непривычно. Осталось только взять Якова под руку и прижаться к нему. Этого я делать, само собой, не стала. Поглубже убрала руки, опять из-под ресниц взглянула на Якова. Будто почувствовав это, он повернулся ко мне.

– Обвинения сняты, – выговорил, огорошив меня.

– Сняты?

Внутри вспыхнула злость. Для этого было достаточно секунды: его непроницаемый вид, это сказанное, как нечто незначимое «обвинение сняты». Даже не знаю, что раздражало сильнее – то, что он даже не пытался сделать вид, что ни при чём или то, что не удосужился поставить меня в известность о том, что тюрьма мне больше не грозит. Хотя нет… не грозит она мне до тех пор, пока я буду покорной ему девочкой.

Серебряков остановился, я тоже.

– Тебе нужны ещё одни серёжки, – поправил шарф на моей шее, откинул волосы за спину.

– Перестань, Яков! – взорвалась и снова заметила усмешку.

Сволочь! Он специально… Хотя, о чём я?! Конечно же, он специально.

Он неспешно провёл по моему виску пальцами, очертил ушную раковину. Я так и смотрела на него, закипая всё сильнее.

– Как насчёт розовых бриллиантов?

– Если ты проверяешь моё терпение, оно не безгранично, как и твоё, – оттолкнула его руку. Он мгновенно обхватил меня за талию, притянул к себе, не обращая внимания на проходящих мимо людей.

– Деньги нашлись.

– И где же они нашлись? – стараясь не выдавать ярости, чтобы не доставлять ему ещё большего удовольствия.

– Да они, в общем-то, не терялись… – потёр переносицу. Я заметила смешинки в его взгляде и чуть не зарычала. – В финансовом отделе ещё раз всё пересчитали и…

– Ты… – у меня слов не находилось. Ни приличных, ни неприличных.

Рычание всё-таки вырвалось из груди, и я принялась лупить его по груди, по плечам. Слышала его глухие смешки и свирепела всё сильнее. Ему смешно?! Смешно, черт бы его побрал?!

– Это, по-твоему, шутки?! – повысила голос. – Вот так просто взять и… – ударила сильнее, ещё раз. – Ко мне с обыском пришли! Меня чуть ли не в трусах собирались забрать! – била его, уже едва не крича.

Мне тоже стало плевать на окружающих, на оборачивающихся на нас прохожих. Яков продолжал посмеиваться. Ударила, что есть силы.

– Это было ужасно, ты понимаешь?! Этот обыск, эта камера! Я ведь…