Курсантка - Василиса Мельницкая

— То есть, с твоей стороны это холодный расчет, — уточнил Матвей.

— Да, поначалу.

— И что изменилось потом? Ведь изменилось, я прав?

— Да, Матвеюшка. Потом ты явился в Таврический дворец в драных штанах и тапочках. И заявил, что ты — Шереметев.

— Я не понимаю, — осторожно заметил Матвей, так как дед замолчал.

— Ты искал моей защиты, — пояснил он. — Ты носил знак рода, но о тебе никто не заботился должным образом. Я взял ответственность, но не исполнял свои обязанности. Такого стыда я не испытывал… да со времен молодости, пожалуй. Не за тебя, за себя.

Матвей молчал, но лишь потому, что давно привык держать эмоции под контролем. Как же он ошибался! А если бы не мать… так и не узнал бы правды?

— Я воспитывал тебя, как Шереметева, — сказал дед. — Но я не вечен, а правда известна не только мне. Кое-что я смогу оставить тебе в наследство…

— Дедушка! — воскликнул Матвей, протестуя.

— Не перебивай. Я хотел, чтобы ты стал самостоятельным и не зависел от рода. В общем-то, это получилось. И повторю! Я ни о чем не жалею.

Матвей мог лишь повторить слова благодарности. Деда хотелось обнять, но тот не признавал таких нежностей.

— Ключи взять не забудь, — напомнил он, уходя.

— А он обо мне знает?

Матвей не хотел задавать этот вопрос, но в следующий раз дед может заявить, что не хочет говорить на эту тему.

— Не ищи отца, Матвеюшка, его давно нет в живых, — вздохнул дед.

Что-то в его словах неприятно кольнуло, будто мелкий камушек, невесть каким образом попавший в ботинок.

— Круто, — сказала Яра отнюдь не радостным голосом. — Теперь не вы со мной едете, а я с вами.

Выехать планировали с утра, из академии, на машине Матвея. Ему удалось убедить Яру, что его внедорожник подходит для поездки лучше, чем ее «малыш». Теперь еще и остановиться Матвей предложил не в гостинице, а на московской квартире Шереметевых.

— Может, вообще не будем заморачиваться? — продолжила Яра. — Пойдем через Испод. Сава, ты же лицензию получил? Карамелька подстрахует.

— Можем и Исподом, — ответил Сава. — Получается, зря вещи собирали, одним днем можно обернуться.

Яра прошипела что-то неразборчиво и запустила в Саву подушкой. Он легко ее поймал и улыбнулся. Матвей тоже не воспринял это шипение всерьез. Если Яра злилась по-настоящему, она делала это молча. В такие моменты лицо ее делалось каменным. А сейчас… так, ворчит для порядка.

— Да ну вас с вашим Исподом, — сказал Матвей. — Я прокатиться хочу, в хорошей компании. В квартире никого, кроме нас, не будет. Но я не настаиваю, можно и в гостиницу.

В дверь постучали. Они сидели в комнате Савы и Яры, вернее, Ярослава, и обсуждали детали поездки. Открывать пошел Матвей.

— А, это ты, — сказал он, увидев за дверью Мишу. — К Яру или случилось чего?

Днем Матвей, как и обещал, устроил Мише экскурсию по общежитию, рассказал о распорядке, о том, какими помещениями можно пользоваться круглосуточно, а куда лучше не заглядывать вовсе, познакомил с обслуживающим персоналом. В общем, сделал то, что должен сделать его сосед по комнате, он же наставник. По давно сложившейся традиции первокурсников селили вместе со старшекурсниками. Именно по этому принципу дядя выбирал наставника Яре.

— Скучно, — ответил Миша. — Хотел узнать, чем Ярик занимается. У вас телевизора нет? Там сейчас матч…

— Миш, прости, я занят, — вмешалась Яра. — Я к тебе загляну через полчасика.

— Вы куда-то собираетесь? — спросил Миша, бочком проскальзывая в комнату мимо Матвея.

Вот права Яра, этот и как снег на голову упадет, и без мыла в… короче, простота и непосредственность. Или хитрый расчет.

— Да, завтра уезжаю на несколько дней, — ответила Яра.

— Один? — не унимался Миша, обозревая несколько сумок, сваленных в углу.

— По странному стечению обстоятельств нам с приятелем нужно туда же, куда и Ярославу, — сказал Сава. — Так что решили прокатиться вместе.

Миша тяжело вздохнул.

— Жаль, я с вами не могу.

Матвей не спешил прерывать этот бесцеремонный визит. В конце концов, Миша — знакомый Яры, вот пусть она с ним и разбирается. А ему даже любопытно, чем все закончится. И Саве тоже.

— Я сейчас на мели, — продолжал сокрушаться Миша, — байк заправить нечем. Кстати, как тут деньжат срубить по-быстрому? Ну, там… подработку найти?

Это он удачно спросил. У тех, кто еще ни копейки собственным трудом не заработал. Впрочем, насчет Савы Матвей уверен не был.

— Грузчиком? — предложила Яра. — Миш, мы же обсуждали…

— Да брось! — вмешался Сава. — Сколько грузчику заплатят? Копейки! Еще и спину сорвет. Миш, если хочешь, дам адресок одного клуба, там дерутся за деньги. Правда, это не совсем законно…

Яра одарила Саву таким злобным взглядом, что даже у Матвея кожа покрылась мурашками.

— Ладно, совсем незаконно, — продолжил Сава, игнорируя явное предупреждение. — Зато платят хорошо. Разумеется, если выигрываешь бой.

— Миша, забудь, — мрачно произнесла Яра. — Сава шутит.

— Не уверен, что я хорошо дерусь, — засомневался Миша. — Но адрес возьму, вдруг пригодится.

— Да ладно, он прав, шучу, — широко улыбнулся Сава. — Адрес дам, но другой. Там курьер нужен. Скажешь, что от меня.

Обалдевшего от счастья Мишу удалось выставить из комнаты минут через десять.

— Бойцовский клуб? — спросила Яра, едва за Мишей закрылась дверь.

— Пошутить нельзя? — возмутился Сава.

— Я, по-твоему, шутку от правды отличить не могу⁈ — рявкнула Яра. — Ты там дерешься? Давно?

Матвей слушал их перепалку, довольно улыбаясь. Эти двое определенно соскучились по пикировкам, что доставляли удовольствие обоим.

— Ты его куда курьером отправил? — поинтересовался Матвей, когда Сава и Яра выдохлись и замолчали. — Предупредить не забудь.

— К отцу, — фыркнул Сава. — Там вечно курьеров не хватает, документооборот большой. Но предупредить надо, ты прав. А то не устроится наш Миша на работу… и в поездку с нами напросится. Чую, за ним не заржавеет.

— Однозначно, — кивнул Матвей.

— Ой, да перестаньте, — сказала Яра. — Не все