Под небом Марбельи - Адриана Алекс

— Зачем ты приехал? — делая шаг назад, спрашиваю я.

— Давай поужинаем вместе?

— У тебя есть жена. Вот с ней трапезничай.

— Нина уехала. К тому же я хочу провести этот вечер с тобой, — беря меня за локоть, говорит Вадим. — Мы вчера так сумбурно пообщались… Я всю ночь думал о тебе.

— Надо же, а я крепко спала.

— Мы все еще связаны, понимаешь? Ты не можешь развернуться и уйти, — шепчет Вадим. — Наше прошлое… такое не забывается. Счастье всегда держит сильнее, чем горе. От него невозможно отказаться, потому что тогда мы были настоящими.

— Были. Это ключевое слово. Поступки многое меняют… Они делают другими наши чувства. И нет никакого смысла кормить призраков столетней давности, когда мы оба уже изменились! Напротив, было бы мудрее держаться друг от друга подальше!

Пальцы Вадима обжигают мне кожу, и я спешу освободиться от них.

— Нет. Я верю, что мы встретились не просто так, — не сдается Вадим. — Тамара, нам надо поговорить. Иначе мы не сможем нормально жить дальше. Мы должны выговориться друг другу, рассказать всю ту боль, что пережили за эти годы, чтобы от нее ничего не осталось.

— Вадим…

— Пожалуйста, давай попробуем, — молитвенно складывая руки, просит Вадим. Его глаза блестят, светлая челка закрывает половину лба. — Мы же ничего не теряем. Прошу тебя!

— Хорошо, — внезапно сдаюсь я. — Но только один вечер.

— Обещаю, тебе понравится, как мы его проведем, — вдохновенно произносит Вадим, распахивая передо мной дверцу авто.

Пока мы едем к ресторану, звоню брату и говорю, что встретила знакомого и он пригласил меня на ужин. Надеюсь, что он не догадается, кто мой спутник, иначе претензий не избежать. А я уже не маленькая девочка, чтобы слушать нотации. Отложив телефон, исподтишка наблюдаю за Вадимом. Красивый, уверенный в себе, похожий на голливудскую модель, он по-прежнему полон магнетизма и харизмы. Как уверенно он ведет машину! Чуть хмурясь, вглядывается в дорогу. И это цепляет меня, заставляет вспомнить то, что я чувствовала прежде. Когда-то этот мужчина был моим. Если отбросить условности, то он и сейчас мой.

Вадим замечает, что я смотрю на него, и тихо усмехается. Он все понял, и я на одну позицию проиграла ему. Черт! Нельзя быть такой уязвимой перед ним, иначе это может плохо закончиться. Хотя может ли быть что-то хуже, чем уже было?

Мы приезжаем в Пуэрто — Банус — самое роскошное место Марбельи. Самые крутые иномарки, от которых пестрит в глазах, дорогие белоснежные яхты, белоснежные виллы. Мы проходим по узкой улочке между дорогими бутиками и входим в ресторан. Администратор проводит нас к столику, который Вадим заказал заранее. Судя по его разговору с молодым человеком, догадываюсь, что он здесь частый гость. Интересно, он приходит сюда с Ниной? Или это место, куда он водит исключительно своих любовниц? Приравняв себя к этому классу, едва сдерживаю смех.

— Не боишься, что Нина узнает? — спрашиваю я, садясь за столик.

— Нет, у нас свободные отношения.

— Ты ей изменяешь?

— Иногда случается, — не сводя с меня глаз, отвечает Вадим.

— А мне изменял? — спрашиваю я. Провокационный вопрос; мой собеседник опускает глаза. Официант приносит вино и разливает по бокалам.

— Прекрасный повод на контрасте предстать перед тобой положительным героем и заверить, что нет, но ты же не поверишь, — откидываясь на спинку стула, говорит Вадим. Его взгляд скользит по моим плечам и задерживается на декольте.

— Никто не мешает тебе включить на полную свое обаяние мерзавца, — напоминаю я.

— И признаться тебе, что изменял, но делал это с глубоким сожалением, — смеется Вадим. — Нет, милая, я еще жить хочу.

— У вас с Ниной официальный брак? Или вы просто живете вместе?

— Мы законные супруги.

— Звучит как издевка.

— Тебе самой захотелось это уточнить.

— Почему ты женился на ней?

— А ты как думаешь?

— У Нины много денег? — ставя локти на стол, тихо говорю я.

— Точно. Моя женитьба на тебе в сравнении с этим была полным провалом. Хотя нет. Я навел о тебе справки, и после моего исчезновения ты сильно поднялась, книжки писать начала. Я даже сам себе позавидовал: какая крутая у меня жена! Думаю, в этом есть и моя заслуга.

— С чего бы?

— Если бы я не исчез из твоей жизни, вряд ли бы ты смогла достичь таких высот. Тебе не к чему было бы стремиться. Я вот даже вспомнить не могу, чтобы, когда мы были вместе, ты интересовалась маркетингом, — говорит Вадим. Официант приносит наш заказ.

— Ты много чего не замечал.

— Я был плохим мужем?

— Ужасным! Роль любовника тебе удавалась лучше. Семейный мужчина— не твое амплуа.

— Не говори об этом Нине.

— Ты так и не сказал, почему женился на ней.

— Она забеременела от меня, — говорит Вадим и смотрит в окно. — Я сделал ей предложение, и она приняла его. Но так вышло, что за неделю до свадьбы мы потеряли ребенка.

— А ты не хочешь спросить, что случилось с нашим ребенком? — не выдерживаю я, и к горлу подкатывает ком.

— Я и так знаю, — тихо отвечает Вадим. — Не беспокойся, я не осуждаю тебя, но мне больно.

— Ты о чем? — ошарашено произношу я.

— Кристина сказала, что ты сделала аборт, — помолчав, отвечает Вадим.

— Что? — Я обалдеваю от такого признания. — Когда ты успел с ней поговорить?

— Пару лет назад мы случайно пересеклись в Берлине, — взволнованно говорит Вадим. — Я принялся расспрашивать ее о тебе, она сказал мне, что у тебя все хорошо. Ты сделала аборт, забыла меня и теперь живешь с каким-то немцем.

Не пойму, от чего я в большем шоке: от того, что Кристина не сказала мне о встрече с Вадимом, или от того, что наврала ему о ребенке?

— Она солгала мне? — пристально глядя мне в лицо, спрашивает Вадим. Берет за руку и сжимает мои пальцы.

— Да, — глухо отвечаю я. У меня кружится голова, и хочется на воздух. Машинально делаю несколько глотков вина и ставлю бокал на место. Почему она так сделала? Зачем?

— Ты в порядке? — тревожится Вадим и берет меня за подбородок. — На тебе лица нет!

— Просто…здесь душно, — тяжело сглатывая, говорю я.

— Расскажи мне, как все было на самом деле, — просит меня Вадим. — Догадываюсь, что это будет тяжело, но ведь речь и моем ребенке, я имею право знать.

— Ты потерял это право, когда ввязался в кражу с деньгами.

— Я сделал это ради нашего благополучия! — раздражается Вадим. Мои упреки задевают его за живое. — И до конца жизни буду винить себя за то, что так ошибся.