Я пришла издалека - Анна Линн

Что сделает тип вроде Руперта или Муртага, оказавшись в двадцатом веке? Сначала ошалеет от машин, самолетов и телевизора, потом привыкнет, научится вести себя так же, как и все, и не будет болтать. Если повезет, он сможет прожить остаток жизни в большом современном городе, и никто не догадается, что этот человек прибыл из другого мира. Он вполне сойдет за необразованного обывателя. Они одинаковы во все века. Мне везло до сих пор. У меня почти не было шансов выдать себя, сболтнув что-то лишнее. Будем надеяться, что повезет снова и я исчезну бесследно, исчезну в никуда, как и появилась – ниоткуда.

Торжественная церемония была назначена на четверг, и я не могла дождаться этого дня, изнывая в нетерпении. Накануне мое ожидание несколько скрасили двадцать человек с симптомами острого пищевого отравления, судя по всему, пострадавшие от вторничного ужина. Пока я раздавала им желудочный чай и ценные советы, прошел почти целый день. Закончив с отравленными, я отправилась на кухню, чтобы провести воспитательную беседу о гигиене. Я как раз рассказывала о сроках хранения свежей рыбы, когда на кухню вошел Дугал..

– Кого я вижу! Вы мастерица на все руки, госпожа Ормонд. Как только вы успеваете управляться и в своем кабинете, и на кухне, – ехидно заметил он. – Я не удивлюсь, если через некоторое время вы будете управлять всем замком.

– Это не входит в мои планы, – холодно ответила я.

– А что же входит, позвольте спросить?

– Уверяю вас, мои планы никак не связаны с замком Тибервелл и потому не представляют для вас никакого интереса.

– Я хотел предложить вам небольшую прогулку, если вы не возражаете.

– Неужто к капитану Рэндаллу?

– Чуть ближе. Я отправляюсь в деревню, и если вы хотите навестить Айрис Дункан, мы могли бы поехать вместе. Она будет рада вас видеть и к тому же передаст вам пряности для миссис Скотт.

– Еще пряности? Вы не боитесь новых отравлений?

– Мне нечего бояться, – загадочно улыбнулся Дугал. – Так вы едете?

Дом судебного исполнителя Артура Дункана действительно был самым большим в деревне. Видимо, он считался роскошным, но мне показался громоздким и неуклюжим. Внутри было прохладно, немного пыльно и как-то неуютно. Муж Айрис оказался именно таким, каким она его описала. Нездорово полный человек с темными мешками под глазами, он был мрачен и неразговорчив. Он выглядел измученным, как я решила, своей болезнью. Хронический гастрит, а то и язва – приятного мало.

Я поднялась в комнату Айрис по несуразной скрипучей лестнице, на которой не было двух одинаковых ступенек. Все они отличались друг от друга шириной, высотой и скрипом. Видимо, плотники восемнадцатого века не располагали достойными измерительными приборами или обладали весьма нестандартным чувством юмора.

Айрис сидела в кресле-качалке, маленькими глотками прихлебывая густую темно-вишневую жидкость из бокала. Пахло алкоголем и вишней.

– Рада тебя видеть, – сказала она, вылезая из кресла и с видимым сожалением отставляя бокал.

На ней было закрытое платье со множеством оборок, совершенно скрывающее фигуру. Я ни разу не видела Айрис в чем-то менее целомудренном. Должно быть, судебный исполнитель был суровым мужем или положение обязывало. Других причин прятаться за оборками я не находила. Айрис казалась стройной и изящной, ее нежная молочно-белая кожа была достойна того, чтобы ее показать.

– Хочешь посмотреть мой гербарий? – спросила она.

Я кивнула.

– Тогда пойдем. У меня есть отдельная комната для всякого такого – ты понимаешь. Держать это под замком безопаснее.

Мы вышли в коридор и направились в его дальний конец. В руках у Айрис был огромный ключ, которым при желании можно убить человека. При этом сам ключ был от простейшего замка и производил устрашающее впечатление только своими размерами. Айрис вставила этот ключ в замок соответствующей величины и с видимым трудом повернула. Дверь отворилась, и мы вошли в ее святилище.

Айрис можно было считать настоящим специалистом в своем деле. Комната была уставлена деревянными рамами, на которых засушивались разнообразные растения. Некоторые из них я знала, некоторые нет. Надо признать, что Айри была куда более сведущим фитотерапевтом, чем я. Но зато черта с два она отличит абсцесс от гангрены, а фурункул от карбункула, подумала я гордо, рассматривая небольшую полку с книгами. Я обнаружила на полке, кроме всего прочего, произведение графа Сен-Жермена.

– Ты занимаешься черной магией? – поинтересовалась я.

– Нет. Исключительно белой. Да и то меня называют ведьмой, правда, шепотом. Потому что боятся моего мужа, – Айрис засмеялась. – Тебе когда-нибудь предсказывали судьбу?

– Честно говоря, нет. Мне как-то гадали по руке, но наговорили какой-то чуши. Я не поверила. Можешь себе представить, гадалка предсказала мне двух мужей одновременно. И вот как раз сейчас у меня нет ни одного.

– Все еще впереди, – хихикнула Айри. – Но я не буду гадать тебе по руке. У меня есть свои излюбленные способы. Садись. Сейчас я все приготовлю.

Я молча повиновалась. Никогда не испытывала желания узнать свою судьбу. Но тут мне стало любопытно, что увидит в моем будущем гадалка из прошлого.

Айри опустила шторы, зажгла свечи и курительницу, из которой тут же пошел густой сладковатый дым. Тем временем передо мной очутилась начищенная до блеска сковородка, наполненная водой.

– Граф Сен-Жермен рекомендует использовать для вызывания духов серебряный тазик, но мне прекрасно подходит и эта сковородка, за неимением тазика, – щебетала Айри, усаживаясь напротив меня.

Дым постепенно обволакивал меня. Мое дыхание замедлилось, руки и ноги потяжелели. Я не смогла бы ими пошевелить, даже если бы захотела. Меня как будто придавило к стулу. Мысли шевелились вяло. Легко узнаваемое воздействие опиума.

В моем мозгу прозвучал вопрос, который, очевидно, задала Айри. Впрочем, я не слышала ее голоса. Слова попадали прямо в мое сознание, минуя все прочие барьеры.

– Как тебя зовут?

– Юлия, – я не узнала собственного странно севшего голоса.

– Откуда ты?

– Я пришла издалека.

– Зачем?

– Я не знаю.

– Кто послал тебя сюда?

– Никто.

– Откуда ты пришла?

– Не могу сказать.

– Почему?

Внизу раздался стук, кто-то поднимался по лестнице. Айри вскочила, задула свечи и курительницу, подняла шторы, открыла окно.

– Иду-иду, Артур, – крикнула она в открытую дверь. Она отвела меня в свою спальню и уложила на кро вать.

– Полежи здесь. А то тебе станет плохо. Я сейчас приду.

И она побежала вниз. Интересно, чем бы закончился этот допрос, если бы она вдруг не понадобилась Артуру? Она явно не собиралась предсказывать мне судьбу, она хотела вытянуть из меня что-то. Что? Я бы никогда не узнала. Думаю, этот сеанс завершился бы ключевой фразой типа: «Сейчас я сосчитаю до трех, вы проснетесь и ничего не будете помнить». Впрочем, я была уверена, что много лишнего я бы ей не наговорила. Если я не могла контролировать свое тело, то все же могла отчасти контролировать свой разум. Действие опиума было мне знакомо. В студенческие годы я из исследовательского интереса попробовала курить травку и опиум. Это были разовые случаи, мне совершенно не понравилось состояние, когда ты утрачиваешь власть над своим сознанием и неимоверными усилиями пытаешься его вернуть. Я категорически против наркотиков и алкоголя в большом количестве – не люблю затуманивать свой рассудок. Но. узнать, что это такое, я хотела. Благодаря экспериментам студенческих времен я прекрасно поняла, что пытается сделать со мной Айри, но больше это ей не удастся.